Плацкарт

Козлов Владимир Владимирович

В комнате горел настенный светильник с оранжевым абажуром. На шоссе шумели машины. Катя сидела на диване, положив ноги на подлокотник, я – в кресле напротив нее.

– Когда дядю убили, я ощутила, что

все – очень хрупкое… Понимаешь, раньше, когда в книгах или в фильмах говорили, что «жизнь коротка», «мементо мори» и всякое такое, мне это казалось каким-то пошлым, банальным. А после того уже нет…

– В жизни вообще все банально. Почти все. Очень многие вещи. Типичный такой жизненный путь – ты растешь, ходишь в школу, дерешься с тем, кто тебе не нравится, а с тем, кто нравится, стараешься подружиться. И все обычно хотят подружиться с тем, кто самый сильный. Потом, подростком, хочешь получить максимум кайфа, и при этом лажаешь, и большую часть кайфа теряешь… Потом идешь куда-то учиться, работать. Женишься, если срабатывают инстинкты…

– Да, все правильно… Ты извини, я опять про свое. Про «мементо мори»… Я это не так понимаю, что надо стараться получить максимум кайфа, чтобы обожраться, и из ушей полезло, нет. Просто ты живешь своей жизнью, так, как ты хочешь, вернее, так, как ты можешь, а родители, друзья, начальники или даже правительство – они все хотят на тебя надавить, к чему-то тебя подтолкнуть, но они ни фига не врубаются, не понимают. И пошли они все…

– Мы с Кириллом

про это говорили недавно. С художником – я рассказывал. Почти про это…

– А мне иногда страшно становится из-за такой неопределенности, нестабильности. Я живу здесь уже третий год – прописки нет, квартиры нет, и возможности заработать на квартиру тоже нет никакой. И домой не хочется возвращаться – там уже все по-другому, я от всего отвыкла. А что потом, что будет дальше? Или теперь так всю жизнь?

– А какая разница? Что будет, то будет.

Я встал, подошел к дивану, сел рядом с Катей. Прикоснулся к ее ноге, провел рукой по колену, почувствовал под колготками выпуклость шрама.

Суббота

Я поглядел в окно. Пес на длинном поводке тащил за собой хозяина. У щита с рекламой «Джинс 2005» остановился автобус с зеленой полосой на боку. Над бетонным забором грязно-белого цвета торчала труба, из нее валил дым.

Я укусил бутерброд с колбасой, начал жевать. Катя взяла чашку кофе, сделала глоток, посмотрела на меня, улыбнулась.

– Давай все выходные просидим дома, – сказала она. – Сходим только купим продуктов, вина… И все, больше никуда не пойдем. Ты не представляешь, как мне надоело метро. Вся эта толпа… Хотя бы два дня не видеть людей…

– Хорошо. Так и сделаем. Обязательно.

#