Плачь, Алиса

Орехов Евгений

– Глупая ты – тогда выделялось всё, и то, что мы выделялись, замечали лишь те, кто должен был это замечать. А теперь это видят все, кому не лень.

– Почему тогда вам не перестать выделяться или не уйти в другое место? – снова сразила их реальной логикой Алиса.

– Если мы перестанем выделяться, дура дурошлёпкина, то станем как тупой скот. А по мне уж лучше погибнуть, чем опуститься до уровня тех же жалких, ничтожных карт! А идти нам больше некуда. Страна Чудес не резиновая!

– Точно! Да! – поддержали Мышь все остальные звери.

– Давайте устроим ей мировую бестолкотню! – выкрикнул Лори-попугай.

Как

будто Алисе не хватало того, что она очутилась в «чудесном кошмаре», так теперь ещё против неё восстанет добрая половина его обитателей.

После слов Лори-попугая все звери накинулись на девушку. Они не то собирались её повалить, не то хотели распластать её по внешней стенке комнаты. Она чувствовала, как кто-то стянул с её правой ноги туфлю и начал прогрызать чулок.

После этого Алиса то ли инстинктивно, то ли от злости, закрыв глаза, начала махать огромным топором во все стороны. Сейчас для неё он уже не был таким тяжёлым.

Девушка не рассчитывала кого-то покалечить и тем более убить, но эффект был прямо противоположным. После того как Алиса открыла глаза, перед ней предстало настоящее поле брани. Она отсекла часть крыла Лори-попугаю, обезглавила Орланчика, располосовала брюхо Уткогусю, пронзила грудину Древнему Дронту и разрубила Мышь пополам. Крови после этой бойни было много. Зрелище её шокировало, и к сознанию подкатил комок отвращения. Прежде всего к себе.

Алиса вспомнила, как однажды на пруду увидела лягушку и забросала её камнями. Лягушка долго не хотела отдавать жизнь и всё не умирала, а Алиса продолжала метать в неё свои снаряды, как во время войны, до тех пор, пока от противника ничего не останется. Даже после того, как бедная квакша перестала прыгать, дрыгать лапками и у неё не вылезли кишки изо рта, девочка не прекращала её бомбить. А когда прекратила, только тогда она поняла, что в первый раз убила кого-то. И ей стало до того тяжело на душе, до того тоскливо, что она расплакалась над тельцем мёртвой квакши, а после убежала и дала себе обещание никогда не возвращаться на тот пруд.

В этот раз всё оказалось так же. Не успела она и двух часов пробыть в этом забытом Богом мире, как уже совершила три подобных убийства.

Да – они первые напали на неё и она защищалась, но разве для собственной совести это будет достаточным оправданием, чтобы спокойно спать по ночам и не видеть «призраков»?

Оплакивая погибших от её беспощадной руки, она подумала: «Как бы я себя чувствовала, если бы убила того мальчишку? Так же? Или хуже? А может, в этом плане с людьми вообще всё проще… Нет – хватит об этом!»

– Ну, хватит ныть! – заговорила висящая за спиной улыбка. – Что сделано, то сделано, и их уже не вернёшь! Вот насмотришься на смерти и убийства так же, как я, – через неделю слёзы лить перестанешь совсем, независимо от повода.

Алиса, заслышав намуркивающий на ухо голос, быстро сорвалась с места и побежала в глубь сада, куда глаза глядят.

5. О-оу

Ей казалось, что она бежала долго, но тем не менее дыхание не сбила. «Вот плюс того, что всё это происходит не по-настоящему – можно делать то, что в реальной жизни не получится. Но это и доказательство того, что я сошла с ума», – подумала Алиса и остановилась в ту же секунду.

Она поняла, что уже успокоилась, раз начала рассуждать

о таких отвлечённых вещах. И это казалось ей странным. Она только что совершила три убийства, а думает не о своей вине перед семьёй несчастной Мыши, а о том, что дыхание при беге не сбивается.

Но она ничего не могла с собой поделать. Мысли сами лезли в её голову, и остановить их было совсем непросто. Алиса знала, что контролировать свой разум – одна из важнейших задач взрослого человека. И что это долгий и трудный процесс. В придачу, справляются с ним далеко не все. Именно поэтому в мире есть убийцы, которые лишают жизни «по велению голоса», а есть абсолютно серые граждане.

«Но ведь убийце-маньяку приятно, когда он убивает, а невзрачному человеку, наверное, неприятна его рутинная жизнь без удовольствий. Вот бы им поменяться местами! Интересно, как скоро убийца задушит и съест пилящую его жену, а гражданин станет воспринимать убийства как рутину? Ведь если человеку что-то не нравится, то первая его мысль – это устранить раздражающий объект. Видать, все мы – потенциальные убийцы, а быть законопослушным человеком с чистой совестью не вполне естественно», – подумала она, и это немного её успокоило.

А говорят, от проблем не убежишь.

Тут Алиса увидела чуть дальше, в конце хорошо протоптанной тропинки, домик. Она его быстро узнала: тут жил Белый Кролик.

Девушка подумала, что это будет хорошим местом, чтобы передохнуть. Подойдя к дому поближе, она увидела, что он, в отличие от той части новой Страны Чудес, которую она видела, не изменился. На поляне перед ним росли всё те же странные растения, штукатурка дома была без единого скола или трещины.

Алиса решила зайти в дом, но подумала, что Белый Кролик, скорее всего, не сильно обрадуется её визиту. В прошлый раз он был такой деловой и почти не обращал на неё никакого внимания, как будто она была лишь вещью.

С другой стороны, он ведь на посылках у Королевы Червей и его может не оказаться дома. А следить за состоянием домика могут и слуги Кролика. «С ними я договорюсь – совру, что меня прислал сам Белый Кролик следить за их работой», – подумала она.

После всех своих раздумий девушка всё-таки решилась войти и открыла дверь. Над ней сразу зазвенел колокольчик.

Изнутри домик был светлый, красивый и ухоженный, но не успела Алиса как следует оглядеться, как из соседней комнаты выскочил Кролик. Он был одет в тот же, что и в первый раз, фрак чёрного цвета с красной окантовкой по краям.

– Что здесь делаешь? – безразлично и очень быстро пробормотал он, смотря не на гостью, а на её ноги.

– Я… – начала было она, как вдруг у Кролика в кармане что-то зазвенело. Он тут же достал из кармашка фрака часы.

– О-оу. Пятнадцать часов. Разложить одежду, – пробормотал Кролик и тут же ринулся в противоположную дверь. Говорил Кролик так, как будто каждая фраза была последней (с пониженной интонацией), тщательно выговаривая каждую букву.

Алиса отправилась за ним. В той комнате, где находился Кролик, был большой шкаф. Девушка увидела, что вся одежда в шкафу развешана по определённой системе: от самой светлой к самой тёмной, но Кролику то ли что-то не нравилось, то ли он что-то искал. Снимая одежду с вешалки, он осматривал её, встряхивал, а потом опять вешал в шкаф на то же самое место. Всё это продолжалось довольно долго.