Плацдарм 2
Шрифт:
Рядом зажурчало. Шест деловито водил членом, орошая бесконечность. Вроде даже восьмерку нарисовал… Отношение к масштабам верное. Голова для дела и для еды.
— Шест, слышал как-то, что если долго смотришь в бездну, то бездна, типа, тоже смотрит в тебя… Чуешь, как звучит? Что-то тревожное да… проникает в душу…
— Чет не слышал, — осторожно ответил тощий. Журчание стихло.
— А прикинь, что будет если в бездну нассать? — Развернулся и потопал к дому.
— Не, командир… шутишь, да?
Во дворе, пристроившись
— Не мясо! — Замес вскинулся, рыкнул и опал, тяжело дыша. — Хоть глаза не закрывай…
От крика Шест что-то уронил в телегу и по обыкновению ворчливо забормотал. Жаль не разобрать, значит все будут работать. Свет немного потускнел, скоро свечереет — если хотим выдвинуться с утра, а я хочу, пора готовиться.
— Пакуем избытки. Принцип вы уловили…
— Джимми… — Замес перебрался на лавочку, ожесточенно потер лицо, добавив багрянца на кожу. Не долго думал, надо же… Человек действия. Я изобразил внимание. — Должок за мной. Мягко сказано, согласен… Ты не гляди, меня немного потрепало, сбило фарт, но вроде охотником считался неплохим…
От колесницы заинтересовано развернулся Шест. А Крыса улыбалась… я бы сказал, с превосходством.
— Не растекайся, — попросил терпеливо. Да они все, как на подбор… Ладно хоть не на марше мнут.
— Возьми в группу, Джимми. По зоне лишняя пара рук всегда в зачет. А я не подведу. За меня поручиться некому, как принято, но клянусь…
— Клятвы нахер, — оборвал жестко. — И больше, чтоб не слышал. Расклад простой…
Минут за десять ровного монолога обрисовал бойцу нехитрые правила и перспективы. Особое внимание уделил «хвосту» из доброжелателей, несущих вечное и доброе. Замес растянул губы в усмешке, неожиданно хохотнул и упреждающе вскинул руку:
— Не, я не смеюсь… — Он вновь осклабился. — Просто забирает… Прикинь, пару часов назад я висел и готовился трудно выходить из жопы каннибала. А ты мне про перспективы… Я срать хотел на Разорителей и торговцев. Понимаешь?
— Более чем, — согласился. Заглянул новичку в глаза, присмотрелся к потешной нервной мимике… Подходит, немного обтешется, присмотрюсь, а там подведу итог и… вперед, боец, яйца в кулак и до победного. — Шест, выдай новенькому экипировку. Замес, твоя боль только что ушла. Приведешь себя в надлежащий вид и подберешь оружие вон из той кучки. Из стрелкового возьмешь арбалет.
— Самое то. — Мужчина кривовато распрямился. — С арбалетом привычен… только отсюда вижу говно с тетивой.
— Проявишься, получишь это. — Я ткнул пальцем в модифицированный шмалабой. — Знаком?
Замес ошалело помотал головой. Буркнув для приличия,
— Прослежу. Научу.
— Спрошу с обоих, — порадовал охотничье братство и перевел взгляд на довольную девушку. Она торопливо подорвалась к телеге, изображая деловую суету.
Задвигались тюки и пакеты. Звон, шуршанье и перестук порадовали плотностью звука. Команда живет, команда работает… Загляденье. А впереди еще досмотр и чистка оружия. И вроде швейный набор нашли… Вечер обещал быть томным.
С первым сумраком запалили пару факелов. Двор и дом мгновенно отринули нейтральность и предстали мрачноватыми силуэтами, сотканными из молчаливой облачной тьмы. Дешевый декор, но по нервам царапал…
Усталые бойцы столпились у баков. Запасы воды по бутылкам уже обновлены, излишки воды потрачены на бытовые нужды. В канистрах булькало где-то на треть — осталось подселить акву и посмотреть, что принесет ночь по части восполняемости. Дело за малым — выудить адхары со дна. Шест с блистером в руках замер у кромки емкости и нехорошо вздыхал:
— И как достанем… Она же мечется. Херанет по руке, и я чет не уверен, что хочу принять жиденького…
Выручил Замес, с недоумением посоветовавший:
— Так накапай в пузырек воды и сама прыгнет. Первый раз что ли на сборе?
— Закрой хлебальник, новичок, — веско посоветовал тощий. — Я давно на тропе…
— Ага…
— Сдается мне, вы расслабились, — протянул задумчиво. И дело закипело. Две аквы послушно перекочевали в контейнеры, а оттуда в канистры. И у нас еще в заначке найдется… Но планировал оставить запас для коммерции. Не едиными торговцами счастлив рынок, найдутся барыги помельче, уверен…
Когда расположились на отдых вокруг потрескивавшей печурки, спросил у Замеса, обретшего зачатки мира в душе после нехитрой возни с пожитками:
— Местный?
— Родился в Боу, за пару ширм отсюда. Вроде поселка, обжились, укрепились… полагаю, хорошо поднялись, если позволили себе детей… Мелочь плохо выживает, ну то есть дохнут совсем в край, свести должно… Еще говорят, если Ось позволит.
— Слышу хреновый конец? — Я взялся перебирать пистолет. В очередной раз.
— Как водится. Сухие, потом рейдеры, потом опять сухие…Родителей почти не помню, мыкался по берлогам Охотников, немного бродяжил…
— Что можешь сказать про Боу? — подвел к главному. Информацию об окружении хочу вывести в приоритет, на максимум. Карт мне не поднесут, ориентиры заботливо не наметят, так что ударюсь в кустарное творчество.
— Дыра, — ответил Замес. Подумал и добивал: — Дерьмо.
Благое намерение, да… исполнение так себе. Факт лишь один — если парень родился после удара, то зона Боу из старых, что, ровным счетом, ничего не дает. Есть безвестная полянка и есть. Дойдешь, заглотнешь и только тогда узнаешь. Все из нелюбимого… Опять повело, задумался.