Пистолет
Шрифт:
– У сержанта Пендера тоже, – возразил Маст. – И у старшины тоже.
– Так то у них, – сказал Паоли. – А ты рядовой. Все знают, что пистолет – самое лучшее против ихних самурайских сабель. А против ихних стрелков – что? Тут уже нужна винтовка. У меня нет винтовки. Ни у меня, ни у ребят в моем отделении. У нас только пистолеты. А у тебя есть винтовка.
– Короче говоря, раз у тебя нет винтовки, у меня не должно быть пистолета? – сказал Маст.
– Вот именно, – сказал Паоли.
– Так купи себе винтовку.
–
– Где угодно. Поспрошай.
Но Паоли, как всегда, счел, что последнее слово осталось за ним, и, не отвечая, топал дальше.
Сержант Пендер сидел на камне и чесался на солнышке. Когда они подошли, сержант безразлично поглядел на Паоли.
– Сержант, этот рядовой не подчинился приказу, – начал Паоли без предисловий.
– Да? – сказал Пендер. – Так. Какому приказу?
– Я приказал ему сдать мне пистолет. Чтобы я сдал его вам. Он отказался, сержант.
– Так, – сказал Пендер. Он поскреб свою трехдневную щетину.
– Он говорит, что купил его в восьмом артиллерийском полку, – долбил Паоли. – Так что это – краденое имущество. Он купил краденое имущество.
– Выходит, что так, а? – задумчиво произнес Пендер.
– За это полагается военный суд, – сказал Паоли, и Маст поглядел на него, на его тупое, вечно огорченное лицо, на этого нудного долбилу, которому даже невдомек, как он сам огорчил Маста, да и вообще может огорчить кого бы то ни было на свете. Знай долбит свое. Маст ненавидел его. Он вываливал на него ненависть, как кирпичи, как мешки с цементом.
– Да... верно, – сказал сержант Пендер.
– И он не подчинился моему приказу, – сказал Паоли. – Я вам и об этом хотел доложить. В уставе сказано...
– Я тоже знаю, что сказано в уставе, Паоли, – перебил Пендер.
– Так точно, сержант, – сказал Паоли.
– Маст ведь не в вашем отделении?
– Никак нет, сержант. Он в стрелковом взводе. А у него пистолет.
– Если он не из вашего отделения, почему вы сами взялись доложить о нем, Паоли?
– Потому что у него пистолет. Вот почему. В уставе сказано, что стрелкам положены винтовки, а не пистолеты.
– Ясно, Паоли, – сказал сержант Пендер. – Благодарю. Я этим займусь. Вы свободны.
– Слушаюсь, сержант, – сказал Паоли, сделал кругом и ушел; даже на короткой широкой спине его читалось сознание выполненного долга. Пендер задумчиво глядел ему вслед.
– Ну что. Маст, – сказал старый сержант и опять поскреб свою щетину. Он криво улыбнулся и покачал седой головой. – Видно, придется забрать у тебя пистолет и сдать в каптерку.
– Выходит, что так, – сказал Маст, ощущая пустоту под ложечкой. Он взялся за пояс и хотел уже снимать.
Он неплохо знал сержанта Пендера, хотя, конечно, никогда не гулял и не пил с ним, так же как с остальными стар шими сержантами.
– Слушайте, сержант, – вдруг сказал он. – А никак нельзя, чтобы он у меня остался? Чего-нибудь нельзя
– Почему? – спросил Пендер.
– Ну, он... Ну, я купил его, понимаете? И с ним... я вроде как больше чувствую себя солдатом. Понимаете? Понимаете, это еще хорошая защита от их самурайских сабель.
– Да, это верно, – мягко по своему обыкновению согласился Пендер. – Для тебя он... ну, что ли, лишняя страховка.
– Да, наверное, вроде того.
– Да, но они не у всех есть, – сказал Пендер. – Ты же знаешь. Простым стрелкам их не дают, а пулеметчикам дают пистолеты, но не дают винтовок. Хочешь устроиться лучше, чем другие? – Хитро блеснув глазами, он посмотрел на Маста.
Маст не знал, что ответить: сказать ему правду или соврать. Соврать, сказать, что он не хочет устроиться лучше других, тогда, значит, пистолет ему не нужен. Да и сам старик догадается, что он врет.
– Ну... да, – сказал он наконец. – Да, наверное, хочу устроиться лучше других. Или, вернее, так, – поправился он, – скажем, я хочу устроиться как можно лучше. А уж как другие – это их дело. Но я же не хочу устроиться за их счет.
– Если они не хотят за твой, – сказал Пендер. Маст кивнул.
– Если не хотят за мой.
Глаза у Пендера опять блеснули, сильнее прежнего, и он вдруг улыбнулся, показав съеденные, щербатые, желтые зубы.
– Ну что ж, человек ищет, где лучше, а, Маст? – сказал он. Должно быть, ответ Маста ему чем-то понравился. Он поскреб седую голову. – Знаешь, я ведь видел тебя с этим пистолетом. Еще думаю: где он достал? А потом так решил: чего я не знаю, за то не отвечаю. И больше я его не видел. – Пендер поднял брови и грустно пожал плечами. – Но теперь Паоли доложил мне про него официально, все это знают, и что мне остается? Только забрать и сдать его.
– Сержант, вряд ли кто знает, что вам про него официально доложили, – возразил Маст. – Если только сам Паоли рассказал.
– Паоли расскажет, – ответил Пендер.
– Это наверно. Выходит, никак нельзя оставить?
– Да не знаю как, Маст.
Маст убрал голову в плечи.
– У вас же есть, сержант. И винтовка есть. У старшины тоже пистолет и винтовка.
– Мне пистолет положен по штату.
Маст опять пожал плечами.
– Все ведь знают, что у вас собственный, что вы пришли с ним в роту.
Пендер поглядел на свой грязный бок и хлопнул по кобуре.
– Этот вот? Он у меня с восемнадцатого года, с первой мировой войны.
– Позвольте мне оставить, – выдавил Маст.
Сержант Пендер снова поскреб седую голову.
– Слышишь, Маст, я вот что сделаю. Я просто забуду, что Паоли привел тебя и доложил про пистолет. Ну, как? Больше я ничего не обещаю. Если лейтенант или еще кто прикажет забрать его у тебя, тогда придется забрать. А до тех пор я забыл, что Паоли приводил тебя. Ну, как?