Письма

Пелусиот Исидор

121. Диакону Палладию.

На слова: аще кто епископства хощет (1 Тим.3:1).

Не вникнув в смысл апостольских слов, скрытый в написанном, но смотря только на самую только букву, кричишь ты на все стороны: аще кто епископства хощет, добра дела желает, как будто должно любить таковое начальство. Посему могу тебе доказать, что Апостол сказал не так, как ты говоришь. Впрочем, и согласившись со словами твоими, опровергну твое понимание.

Пусть

Апостол сказал нечто подобное сему; по какой причине ты, не зная сам себя и будучи не в состоянии управлять собою, желаешь такового начальства, которое не только выше, но и труднее царской власти? Не думаешь ли ты, что это неподотчетная власть, а не служение, подлежащее ответственности? Но если ты превзошел всякую меру безумия, то безумен был бы и я, если бы не попытался уврачевать твою немощь.

А для меня, блаженный, и это: аще кто — страшно и до глубины потрясает самую душу; потому что показывает величие сего начальствования.

Если же спросишь: почему? — отвечу на сие: Апостол не осмелился предписывать, даже увещевать и советовать. Он не сказал: «Всякий, кто ни пожелает епископства, хорошо делает», — тогда бы иные, может быть, одобрили твою любовь к делу сему. Но Апостол, как бы остановив на средине желание священства, и не побуждает к нему, чтобы недостойных не побудить к делу неудобоисполнимому, превышающему всякий род жизни и всякое достоинство, и не удерживает от него, чтобы не заставить бегать от того, что важнее всякой царской власти.

Но оставив совет свой в неопределенном положении и каждого сделав судьею своего сердца, св. Павел сам не повелевает ни желать священства, ни избегать его. И очами, и бровями, и всем лицом показывая слушателям жала страха, он как бы взывает: дела, зависящего от Божиего определения и рукоположения, не предоставляю человеческим пожеланиям, а увещеваю и свидетельствую, что желающий сего должен знать, что желает не чего–либо обыкновенного. Ибо служение, а не покой означает епископство.

Если же не веришь, то, прочитав ниже следующее, узнаешь нашу мысль; ибо епископ должен быть украшен всеми добродетелями и признавать чужие бедствия своими. Не для себя, но для подчиненных живет он, и его жизнь испытывается тысячами глаз и языков.

122. Епископу Исидору.

Писал ты: по какой причине св. Павел не сказал просто: со всеми человеки мир имейте, но присовокупил: аще возможно (Рим.12:18). Посему, пишу в ответ: иногда бывает сие и невозможно, когда спор идет о благочестии, о справедливости, о целомудрии и, просто сказать, о всех добродетелях.

Как будет в мире благочестивый с нечестивым, правдивый — с неправдивым или целомудренный — с похотливым, который готов растлить не только чужую, но и свою собственную красоту? Если же думаешь, что это мои умствования, посмотри, со всеми ли был в мире святый Павел? А если угодно тебе возвести слово выше, посмотри, со всеми ли в союзе был и Христос? Начальники иудейские дошли до такого неистовства, что даже пригвоздили Его ко Кресту.

Посему, что же значит: аще возможно? Вот что:

ты не давай повода ко вражде, не допускай, чтобы кто–то по праву или по основательной причине был твоим врагом. Если же кто–то без основания, снедаемый завистью, враждует на тебя, это не причинит тебе вреда. И Христос, сказав: возненавидеша Мя туне, — повелел не врагов не иметь, потому что в этом мы н не властны, но никого не обижать, не насаждать корня браней, и особенно — когда нет никакого вреда благочестию.

А если люди злонравные ненавидят добрых, то не удивляйтесь сему; потому что и лжеапостолы ненавидели Апостолов, и лжепророки — Пророков. Сие и сам ясно зная, Ап. Павел, написал: держися мира со всеми, призывающими Господа от чистаго сердца (2 Тим.2:22). Посему вини не того, кто имеет врагов, но того, кто сам делает людей своими врагами. Если же тьма не сходится со светом — это и невозможно, — ничто сие для света. Если нечестивый не намерен возлюбить благочестие — ничто сие для благочестивого. Если похотливому не угодно поучиться целомудрию — ничто сие для целомудренного; если неправдивый не хочет отстать от неправды, ничто сие для правдивого. Но страшно сие для иных, добродетели ближних почитающих обличением своей порочности.

123. Схоластику Алимпию.

О чтении, против язычников, о благодати Богодухновенных Писаний и о пользе от них.

Поскольку, как сказал ты, иссыхают словесные источники, упокоевающие душу, желающую орошения, то советую тебе, ученейший муж, открывать те, которые более всего изобилуют богатыми и неиссякаемыми токами и не имеют нужды в орошении из других хранилищ.

124.

На слова: Аз есмь Бог Авраамов и Исааков, и Иаковль (Исх.3:6), и: защищу град сей ради Давида, еже спасти его (Ис.37:35).

Добродетель, блаженный, есть достояние божественное, богоугодное, блаженное, бессмертное, непрепобеждаемое забвением. Ибо в славе она у людей и приснопамятна у Бога, Который вещает иногда: Аз есмь Бог Авраамов, и Исааков, и Иаковль; а иногда: защищу град сей, еже спасти его ради Давида, раба Моего. Такого о себе Божия попечения и такой чести у Бога достигают, скончавшись, те, для которых добродетель была вожделенна. Если же Господь здесь так прославляет их, то какими дарами наградит их там?

125. Ирону.

Раздражение и гнев, кажется мне, почти одно и то же. Но первое указывает на быстрое движение страсти, похищающее и способность мыслить, а последний — на долговременное пребывание в страсти. Почему первое называется так от слова «воспламенение» , а второй от слова «вскисать» ^a и «желать отмщения» ^a.

126. Ираклию.

На слова: волцы и агнцы имут пастися вкупе (Ис.65:25).