Шрифт:
Сергей Дорофеев (Дорофф)
Письма
Письмо-1.
Здравствуй дедушка.
Извини, что давно не писал. Сам знаешь, места у нас глухие, письмо и отправить-то не с кем. Но тут помог случай. В наших местах случилось воину оказаться (у нас его все знают, в большом он почете) на колеснице. Да только колесница та сломалась: колесо отвалилось. Ну, мы ему и подсобили.
Наши в кузницу сбегали, тамошнего привели, он колесницу и наладил. А я решил попросить его: на обратном пути письмо тебе передать. Он пообещал.
Ну а теперь о главном. Совета у тебя хочу
Весь из себя нарядный, одежка дорогая, аж светиться. Первый раз пришел он еще по весне. Мы тогда все в бане собрались. Банька у нас всего одна на всю деревню, но зато хозяин ее не злобливый, любой может, испросив разрешения прийти и париться. Мы часто там собираемся. Вот и в этот раз сидим паримся, дела домашние обсуждаем, и тут вваливается без приглашения.
Мы думаем, может от власти кто?
Оказалось, от власти, да только от не нашей. Всг, говорит, поклонитесь новому хозяину. Какому "новому"? У нас и старого ни когда не было. А уж кланяться вообще ни кому не приходилось. Уважать, уважали, за силу, за ум, за то, что нам не мешали. Законы чтили, да токмо за то их и чтили, что жить помогали. Стали его расспрашивать, что де, да как. А он нам все поклонитесь, да поклонитесь. Говорит, его хозяин уже полмира завоевал, теперь и до наших мест добрался. Его войска уже в самой столице стоят.
Будете вы теперь, мол, жить счастливо, потому как законы новые установлены и главный из них ни в чем хозяину не перечить и всех врагов его порабощать, а коли они не согласные, так их и уничтожить можно. Наши мужики этот разговор послушали, послушали, да и выкинули его на свежий воздух: решили, что это он от пара нашего, с непривычки, околесицу несет.
А он в лужу упал (у нас в ту пору как раз дожди шли) и давай из нее нам кулаком грозить, да еще и обзываться: нечистыми нас назвал. На себя бы посмотрел. Кто из нас нечистый, мы-то в бане, а он в луже. Так грязный в лес и убежал.
Ну пошумели мы, пошумели, да и разошлись, мало ли народу приблудного по лесу шастает. И как в воду глядели, что по лесу шастает. Через месяц один из лесного племени к нам заглянул. Мы с лесным народом в дружбе (хотя и ссоры случаются): они нам грибы, ягоды приносят, а мы им утварь домашнюю, ту что в доме не нужная. Ну и рассказал он нам, что этот "говорливый" у них по лесу дней десять шатался. Да только первых два по своей воле, пока бормотание его не надоело, а дальше уж они постарались, помучили его.
Тут уже многие задумались, чего он в лес-то поперся. Тамошние жители дикие, им такое "послушание" и даром не нужно. Но со временем и это забылось, только из окрестных деревень слухи тревожные доходили, дескать, и там похожие шляются, а где-то и не по одному, скоро плюнуть из-за них некуда будет.
Но у нас пока было тихо, думали, может, забыли про нас. Ан нет. Снова объявился. Но теперь он похитрей был.
Стал по домам ходить: к одному зайдет - поговорит, к другому. Да и речи стал вести ласковые, слащавые: мол, "вы конечно хорошие, но по простоте своей живете не
Нет, нет, хозяин мой тут ни причем, он добра желает. Если поклонитесь ему, он все вам даст". Ну а коли и это не устраивало, так он нам власть предлагал: "Будете его слугами, все люди станут вас слушаться, потому как говорить вы будете от его имени". Называл он это непонятным словом "вербовка". Но к чему нам власть, а тем более такая: хоть тебя все и слушаются, но сам сказать ничего не можешь.
Сначала мы его просто гнали, но он все равно в дом пролезал - хитрющий.
Потом, те наши мужики что покрепче, начали бить. Но и это не помогало, его бьешь, а он все свое талдычит, надоел. До того довел, что собрались мы как-то, вооружились кто чем: кто палкой, кто ковшиком, а кто и вовсе горшком (ты дедушка знаешь, мы народ мирный, воинскому искусству необученный) и погнали его аж до самой речки. А там девки, что от реки, его уж и попользовали всласть.
Но после они рассказывали, что обещал он вернуться, да с войском, и отгрохать посреди деревни домину, где власть его держаться будет. После чего нам житья и не станет.
Так вот, дедушка, испрашиваю твоего совета. Что делать дальше-то?
Кто-то уже думает: а может и правда пойти на поклон, спина не переломиться. Кто-то уходить собирается, дома покидать. Но как покидать, так ведь нельзя, мы не можем покинуть дом, в доме вся наша жизнь, от того и зовемся домовыми. Но и на поклон идти не хочется, мы народ свободный, зачем нам их Христос, нам и этого ангела с его "вербовкой" на всю жизнь хватило.
Ладно, дедушка, пора прощаться, хотел еще порассказать про нашу жизнь, но в небе увидел колесницу. Пойду отнесу письмо, пока люди в поле.
Твой внук.
Письмо-2 (Отчетная молитва)
Сие письмо Богу моему, хозяину всего сущего. Услышь меня, ибо к тебе обращается ангел твой верный.
Недавно был послан я Тобою на землю грешную, дабы сеять семена наши среди нежити языческой. По плану Твоему пришел я, как и многие другие ангелы твои, в деревню глухую.
Нашел место сбора нежити. И с порога начал я проповедовать слово Христово. За что и был брошен в лужу грязную. Но не остановился я на этом а, дав им обдумать мной сказанное, ушел в лес смущать леших законом Иисусовым. Вернулся я к ним через месяца два. И стал вербовать их на службу, расписав им все прелести жизни, коли пойдут они с ангелами небесными и веру небесную примут. Читал я им десять заповедей. На что они лишь смеялись и силу свою применяли. Но и тут не впал я во искушение.
Спасибо тебе Господин мой, что дал мне сил не дрогнуть, выдержать сие испытание. Показал я им заповедь в деле.
Когда меня били по правой щеке, подставлял я им левую щеку и продолжал обращать их к Христу. Но на речи мои, серчали они все сильнее и, не выдержав искушения, прогнали меня из деревни, отправив к русалкам речным.
Не многие лишь обратились к Христу, большинство же стало врагом считать его лютым. Так что теперь можем мы обратить их на пользу нашу. Сподвигнуть их на борьбу с врагом Твоим - Иисусом.