Письма смерти
Шрифт:
«Как бы то ни было, пора навестить того человека. Минуло восемнадцать лет; не знаю, вспомнит ли он меня…» Так размышлял Чжэн Хаомин, покидая интернет-кафе.
На улице на него налетел порыв осеннего ветра. Несколько холодных капель дождя попало за шиворот, отчего Чжэн Хаомин невольно передернул плечами.
Что это, начало новой истории? Или же ничего и не заканчивалось?..
К тому времени, как Чжэн Хаомину удалось с огромным трудом разыскать нужное место, уже полностью стемнело. Это был жилой микрорайон,
Дождь все так же лил не переставая. По проезжей части неслись потоки грязной мутной воды. Однако Чжэн Хаомин шел прямо, не выбирая дороги, пока не добрался до места назначения. Он сверил номер дома, протянул руку и два раза стукнул по деревянной двери.
– Кто там? – донесся изнутри хриплый каркающий голос.
Казалось, говоривший вложил все свои силы в этот вопрос, однако тот все равно прозвучал не громче шепота. Но, даже еле слышимый, этот голос так резал слух, словно кто-то проводил ножом по стеклу. Он неотвратимо врезался в барабанные перепонки Чжэн Хаомина, причиняя почти физическую боль. От этого кошмарного ощущения его всего передернуло. После короткой паузы он ответил:
– Я из полиции.
Вслед за тихим шорохом деревянная дверь лачуги отворилась вовнутрь. В тусклом свете, лившемся из помещения, Чжэн Хаомин увидел силуэт, напоминающий чудовище из кошмаров. И хотя он успел морально подготовиться к тому, что именно увидит, по его лицу все же пробежала невольная судорога. А кто не испугался бы, столкнувшись с таким монстром поздно ночью?..
И правда, перед ним стояло вылитое чудовище: сгорбленная спина, лысый череп без единого волоска и только полоски старых иссиня-черных рубцов на голове. Лицо тоже все испещрено шрамами, так что нельзя найти ни одного живого места. Черты лица выглядели еще более отталкивающими: неровно посаженные глаза, уродливый нос, словно от него отхватили кусок, рассеченная надвое верхняя губа.
Чжэн Хаомин сделал глубокий вдох, беря эмоции под контроль, и обратился к этому «монстру» по имени:
– Хуан Шаопин.
Взгляд жуткого калеки по имени Хуан Шаопин в одно мгновение стал серьезным. Он чуть ли не целую вечность неотрывно разглядывал человека напротив, после чего срывающимся голосом произнес:
– Вы… офицер Чжэн?
Его голосовые связки были сильно повреждены. Когда он говорил, то создавалось ощущение, что голос совершенно не слушается его.
Брови Чжэн Хаомина взметнулись вверх от удивления.
– Не думал, что ты узнаешь меня… столько лет прошло, а ты до сих пор помнишь.
– Как я мог забыть? – сквозь зубы выдавил Хуан Шаопин. Звучание его голоса было для Чжэн Хаомина медленной мучительной пыткой.
– Я тоже не забыл. Ни на минуту не забывал. – Голос полицейского тоже задрожал от волнения. – Поэтому только сейчас пришел к тебе.
– Входи, – сказал Хуан Шаопин, развернувшись и направившись в глубь комнаты. При ходьбе он всем телом опирался на костыль – теперь стало видно, что ноги его тоже сильно изувечены.
Жилье было
От увиденного у Чжэн Хаомина болезненно защемило в груди.
Так не должно было случиться. В жизни этого человека тоже все могло сложиться иначе. Но все изменилось после того трагического случая, произошедшего восемнадцать лет назад…
Хуан Шаопин усадил гостя и сразу перешел к сути:
– Вы так внезапно пришли… Удалось обнаружить какие-то новые улики?
– Да, появились кое-какие зацепки… Но пока непонятно, стоящие ли. – Чжэн Хаомин вынул фотоаппарат и включил режим просмотра. – Взгляни-ка на этих людей; может, кого-то узнаешь…
Хуан Шаопин, придвинувшись, сосредоточенно уставился на дисплей фотоаппарата. Но совсем скоро на его лице проступило разочарование.
– Нет, они все слишком юные. Восемнадцать лет назад… Это просто не мог быть кто-то из них.
– Знаю, – подавленно пробормотал Чжэн Хаомин, прикусив губу. – Но я ждал столько лет – и вот, наткнулся на эту зацепку… Я не хочу упустить ни одной ниточки, которая может привести к преступнику. Посмотри-ка внимательно. Пусть даже это не тот самый человек, но он может быть как-то с ним связан… Приглядись, не упусти ничего, что сможет вызвать у тебя смутные ассоциации.
– Какие такие смутные ассоциации? – Хуан Шаопин с недоумением глянул на полицейского.
Чжэн Хаомин не нашелся что ответить. И правда, чего он требует от собеседника? Какие вообще ассоциации у того могут возникнуть, если это изначально совсем другой человек? Поставленная задача изначально была невыполнима, и даже абсурдна по своей сути.
К счастью, Хуан Шаопин не стал заострять на этом внимания. Он все так же скрупулезно, снимок за снимком, просмотрел все фотографии, хранящиеся на карте памяти камеры, после чего отрицательно покачал головой, показывая, что никого не обнаружил.
На Чжэн Хаомина накатила опустошенность и безысходность. Тихо вздохнув, он убрал фотоаппарат в сумку.
– Что это были за люди? – спросил Хуан Шаопин, видимо, пытаясь сменить тему и таким образом отвлечь собеседника от грустных мыслей.
Чжэн Хаомин не ответил. Был ли смысл что-то объяснять? Он же совершенно не в курсе дела. В том трагическом событии, произошедшем восемнадцать лет назад, он был всего лишь безвинной жертвой…
Хуан Шаопин, словно догадываясь, о чем думает полицейский, неприятно рассмеялся. Было непонятно, потешался ли он над собой или над собеседником. При этом его рассеченная надвое губа приподнялась, обнажая ряд белоснежных зубов.
Чжэн Хаомин нахмурился.
– Тебе… тебе нужно сделать пластическую операцию. – Но, сказав это, он тут же пожалел.
– Пластическую операцию? – Хуан Шаопин натужно выдавил из себя несколько горьких смешков. – А на какие деньги? У меня есть только небольшое пособие да жалкие гроши, выручаемые за продажу собранного на улице мусора. То, что я смог дожить до сегодняшнего дня, – уже достижение.