Письма президентам

Минкин Александр

Может, у нее плохой характер, а может, ее кто-то в этот день обидел и она на нас зло сорвала. Но ведь она не виновата. Это ж ваши министры (в данном случае путей сообщения) придумали такой способ оплаты проезда, который провожание хромого старика не предусматривает.

Чтобы выйти на платформу, надо купить билет. Чтобы потом вернуться в Москву с платформы, надо купить еще один. Вы когда-нибудь сталкивались с такой ситуацией в своих поездках? Понятно, что нет; это вопрос риторический. А вам ктонибудь рассказывал про это? Уверен, что нет. Кто же будет вас беспокоить такими низменными мелочами?

Чиновники,

городя турникеты, думали не о людях, а только как денег больше взять. И все равно толку не вышло.

Берут люди билет не в Тулу, не в Можайск за 200, а до первой станции (дураку-турникету все равно – дорогой билет или дешевый), а потом контролеру 30 рэ. Ни один контролер не знает, что государственному служащему нельзя деньги брать.

…Вы появляетесь на экране – молодой, крепкий как огурец, отдаете решительные распоряжения: сто миллиардов туда, пятьсот миллиардов сюда, ядерное оружие, судебная система, армия, рождаемость, Россия…

А что происходит с человечками, с солдатиками, вы не знаете и, увы, похоже, не хотите знать.

Когда вы еще только шли к легко предсказуемой победе (на президентских выборах), вы объявили программу из четырех главных «И». Ваши агитаторы всюду восторженно повторяли: «Институты! Инновации! Инвестиции! Инфраструктура!» Человечкам места не нашлось, не с той буквы начинаются.

А жизнь этих человечков, в нашей стране полна бессмысленных и жестоких унижений. Есть страны гораздо более бедные, но людям там живется легче, потому что они не натыкаются ежедневно на издевательства.

Безногому везде плохо, но в богатых (а теперь и в бедных) странах для них делают пандусы, специальные туалеты, лифты. А у нас их нет даже в столице.

Павлины, говоришь? Нанотехнологии, говоришь?

Темная ночь

7 октября 2008

Г-н президент, знакомы ли вам слова: «Верю, встретишь с любовью меня»? Все, кого спросишь, сразу начинают петь:

Темная ночь, только пули свистят по степи…

Это одна из самых знаменитых военных песен. Может быть, и вам (несмотря на вашу молодость) она знакома. А если нет – поверьте: эти слова и мелодия будят в душах людей святые чувства. Не парадные, госпатриотические, а гораздо более глубокие…

Это песня не о Победе, не об атаке; здесь нет ни армии, ни товарищей – никого. Солдат совершенно один. И он мечтает вернуться живым, но не знает: здоровым или калекой. «Верю, встретишь с любовью меня, что б со мной ни случилось» – это он верит, что она будет любить его даже безногого.

…Недели две назад в метро на стене вагона, на каком-то рекламном плакате вдруг читаю: «Верю, встретишь с любовью меня!» Под зелененькими буквами молодая довольная морда, а сбоку темный лес. Геолог, что ли, думаю, в тайге чего-нибудь нашел? А внизу написано: «Вклады стали выгоднее» – и название Сбербанка.

Знаете, так иногда бывает: и смешно, и противно. Смешно, потому, что, увидев эту морду и тайгу, я успел подумать (сдуру), что парень нашел кусок золота и поэтому верит, что баба встретит его с любовью. А потом, когда прочел «вклады

стали выгоднее», опять смешно, потому что в этот самый день рухнула биржа, затрещали банки, об этом непрерывно кричали ТВ и радио, и эта реклама выглядела просто идиотски [39] .

39

Если кто забыл – грянул кризис.

А почему было противно, объяснять не стоит. Если кто не понимает, то и не поймет. Только для вас надо сделать исключение. Потому что вы теперь Верховный Главнокомандующий и обязаны каждый год говорить высокие слова в День Победы.

В этом году вы в первый раз поздравляли народ, принимали парад, произносили речь:

– Мы должны беречь память о подвиге отцов, дедов и прадедов, беречь по призыву чести, совести и долга.

Г-н президент, что такое «беречь память»? Меньше пить? Помнить войну и помнить о войне – большая разница. Помнить войну может только старичье. Воевали они, или работали в тылу, или были детьми, голодной шпаной, – все равно им уже за семьдесят. И ваши призывы «помнить» им не нужны.

А беречь память – значит: не давать хватать ее грязными руками; мягко говоря, не позволять на ней зарабатывать. Такой цинизм приносит больше убытков стране, чем доходов по депозитам.

Видишь такую рекламу, и получается – жену фронтовика, что у детской кроватки не спит, заменил депозит. Но действительно ли он ждет с любовью? Если задуматься, то банку ведь лучше, чтобы вкладчик сгинул в тайге – тогда ничего отдавать не придется.

Несуразные соображения возникают, если задумаешься. Лучший выход: не надо задумываться.

Банки аморальны по определению. Но на Западе банкиры знают, как выгодно иметь население, воспитанное на идеалах добра и справедливости. Там даже торговцы табаком и алкоголем не продают свой товар подросткам (хотя это очень выгодно). Там понимают, что вред, причиненный нации, не окупят доходы. А у нас…

Отодрал я от стены вагона этот плакат (люди смотрели, но никто не упрекнул), выхожу из метро, а над головой огромный билборд – гигантские буквы «ВЕРЮ, ВСТРЕТИШЬ С ЛЮБОВЬЮ МЕНЯ», гигантская пустоглазая рожа и «ВКЛАДЫ СТАЛИ ВЫГОДНЕЕ».

Сами понимаете, оторвать билборд мне не по силам – потому вам и пишу. Ведь ваши слова «мы должны беречь память о подвиге отцов, дедов и прадедов, беречь по призыву чести, совести и долга» – эти слова, наверное, обращены и к вам самому. Вы же, приказав народу беречь, не хотите сами остаться в стороне, правда? [40]

Конечно, банк, используя песню, никого не хотел огорчить, он хотел как лучше. Он хотел произвести хорошее впечатление. Знаете, так бывает: человек бахвалится каким-то своим поступком, не замечая, что слушающие опустили глаза.

40

Никто не дернулся. Циничная реклама висела везде, а по ТВ даже шла под музыку, подтверждая, что именно фронтовую песню приватизировали циники Грефа.