Письма Клары
Шрифт:
— Совершенно отчаянный!.. — сказала Юнна. — Чего ты, собственно говоря, добиваешься?..
Леннарт ответил:
— Я хочу умереть.
Он встал и начал быстро ходить взад-вперед по комнате, а некоторое время спустя произнес:
— Женщины!
— Что ты сказал? — спросила Юнна.
— Женщины! Что они, собственно говоря, хотят?
Вода вскипела, и Мари, наполнив его стакан, сказала, что он должен пить, пока не остыло.
— Точь-в-точь так, — воскликнул Леннарт, — как говорит моя мама! Что это? Пахнет как-то чудно.
— Это
Мари подложила дров в очаг и поставила вариться картошку.
— Еда! — сказал он. — Никакой еды мне не надо! Меньше всего еды…
— Хорошо, — согласилась Юнна, — мы уже поели.
— У меня болит спина. Наверное, что-то нервное.
— Ты слишком долго греб на байдарке. Мы уберем твое весло, чтобы его не сдуло ветром. А теперь сядь где-нибудь; комната становится совсем маленькой, если кто-то все время ходит взад-вперед.
— Извините! — сказал Леннарт, сев на кровать, и серьезно объяснил: — Ну, это… с женщинами… вам, возможно, не понять, что я имею в виду, вы прожили слишком долго и слишком спокойно, вы в этом не виноваты!
Мари спросила:
— Хочешь еще стаканчик?
— Можно, но лучше без масла. В общем, вы пытаетесь завладеть кем-то целиком и полностью, не оставляя ни капли свободы! Я понимаю, вы стараетесь сделать как лучше, особенно если у вас жизнь за плечами, но в любом случае вы не можете видеть вещи в истинном свете!
Юнна сказала:
— Единственное, что я могу видеть, это как ты отправляешься отсюда восвояси со своей байдаркой!.. Что ты себе думаешь?
— Думаю умереть! — злобно произнес Леннарт. — Ведь я уже говорил вам!
Мари спросила:
— Но почему?
Юнна заметила, что Леннарт может взять и умереть завтра, если уж ему так хочется.
— Ты жестокая! — заявил он.
— Разумеется! Ты видишь берег. В окне горит свет, тебе совсем плохо. Люди пускают тебя в дом, и они еще жестоки, а как же?..
К их ужасу, Леннарт заплакал — мучительно и захлебываясь слезами.
Юнна шепнула Мари:
— Помоги ему! Я сказала глупость!
Мари села рядом с ним на кровать и стала ждать.
В конце концов он произнес:
— Вы хотите завладеть человеком! Залюбить до смерти!
— Конечно, я понимаю, — ответила Мари.
— Ничего ты не понимаешь! Почему вы не можете быть просто милыми, я имею в виду — держаться немного на расстоянии, так, чтобы с вами захотелось встретиться?
— Не выпить ли нам по чашечке кофе? — спросила Юнна.
— Тихо, Юнна, мы беседуем! Не надо с нами нянчиться!
Мари повернулась к Леннарту и сказала:
— Ты прав. Это твоя мама! Ведь так?
Он вскочил и воскликнул:
— Не вмешивай сюда мою маму!
— Пожалуйста, — сказала Мари, — хорошо, хорошо! Я собираюсь пойти и лечь спать!
— Спи! — согласился Леннарт. — Ты думала о том, что люди третью часть своей жизни спят как ни в чем
— Вот еще! — сказала Юнна. — Хорошо, что ты не проехал дальше, ты мог причалить в Эстонии.
Ветер усилился и сорвал что-то за окном, сбросив к подножию горы, видимо, это была байдарка.
Пришлось выйти и посмотреть, что с погодой. При свете фонарика они увидели: их лодка «Виктория» лежала совсем низко.
— Она справится! — решила Юнна.
— Нет! — сказал Леннарт. — Восточный линь слишком туго затянут.
— Вовсе нет!
— Лодку надо оттащить по меньшей мере сантиметров на двадцать, так, чтобы море не разбило ее. Я попробую?
— Нет! Оттащить ее… теперь не получится, поверь мне, я точно знаю. Но если хочешь, можешь спуститься вниз и проверить ватерлинию. Возьми дождевик в прихожей!
— Узнаю эти слова! — воскликнул Леннарт. — Возьми дождевик, возьми теплые брюки, ты хорошо оделся? И не возвращайся домой слишком поздно!
— Да, мой друг! Я тоже помню…
Ночь стала черной как уголь, хоть глаз выколи. Они видели, как лучик света от карманного фонарика спустился вниз, к подножию горы, и неподвижно остановился.
Мари спросила:
— Что нам с ним делать? Чего он хочет?
— Он сам не знает. Но он в отчаянии.
Когда Леннарт вернулся, Мари уже легла спать. Он сказал Юнне:
— Я никогда не видел такого красивого и мужественного судна, ни одному человеку такого не выдержать.
— Ты прав! — ответила Юнна. — Но «Виктория» — из дерева, а не из пластмассы. Лодка построена тридцать лет тому назад и волны и ветер ей нипочем.
— Да, такую лодку и надо иметь!
— Почему бы нет? Последние настоящие судостроители как раз обитают в здешних краях. Я могу дать тебе адрес.
— Никаких адресов! — ответил Леннарт. — Тогда придется кому-то писать.
Мари заснула, пока краем уха прислушивалась к тихой беседе Юнны и Леннарта о лодках, их разговор был долгим и обстоятельным.
Утром ветер стих.
Его джинсы высохли, и в один прекрасный день он найдет адрес лодочного мастера у себя в заднем кармане.
Туве Янссон
О предупреждениях
Когда-то давным-давно, во времена моей ранней юности, в городе, где я выросла, жила удивительная женщина; звали ее Фрида Андерссон. Жила Фрида одиноко в домике на окраине, но в городе у нее имелись дочь и внучка. Иногда летней порой они навещали ее, но по мере того как Фрида вела себя все более и более странно, они стали ее избегать.