Пираты Короля-Солнца
Шрифт:
— Ролан! Как вы там?
— Нормально, только очень тесно. Не представляю, что я тут спал несколько часов!
— Однако не разбуди я вас, вы так и дрыхли бы до самой Африки!
— А мы уже давно в пути?
— Нет, мы только-только отплыли. Разве вы не слышали выстрелы, то есть залпы?
— Нет, признаться, я вообще ничего не слышал!
— Ну и сон у вас, де Линьет! Ведь пушки палили так, что, наверно, в Алжире было слышно!
— Аой! [7] Пусть слышат! Пусть знают, что мы идем!
7
Aoi! —
— Мы плывем!
— Вот именно 'идем' , Анри, не смешите меня! Как же вы, паж адмирала, таких вещей не знаете! Я, заяц, и то знаю! Моряки не говорят 'флагман плывет' , это звучит просто отвратительно! Флагман идет! — вот как надо говорить!
— Буду знать, — согласился Анри.
Флагман-то шел, но и время шло!
— А вы не боитесь мусульманских пиратов? — спросил Анри.
— А чего их бояться? У нас столько войска, мы их непременно побьем! Но ищите, ради Бога, ищите ключ!
— Ай, черт возьми! — вскрикнул Анри.
— Что случилось?
— Я свалил вазу.
— Ну и что? Подумаешь, беда!
— Да в ней цветы.
— Какие такие цветы?
— Да… всякие разные… розы, лилии, тюльпаны… я ж не девчонка, чтобы к цветочкам принюхиваться!
— Не принюхивайтесь, засуньте их обратно, где они были, к чертовой матери, и ищите ключ, а я помолюсь! Вот уж не подумал бы, что такой вредный и мрачный тип любит цветы!
— Вы заблуждаетесь относительно виконта. Он не такой и вредный.
— Нет, вредный! Это просто чудовище! Ужасный человек! Вы только подумайте, он обозвал меня 'отставной козы барабанщиком' ! Я, правда, простил виконта, зная его героическое прошлое, но, если он еще позволит себе сказать что-либо в этом роде, я, как Бог свят, вызову этого щеголя на дуэль, здесь же, на палубе, и вы, шевалье де Вандом, будете моим секундантом. Вандом… Что вы смеетесь? Это еще не все! Если бы вы слышали — "юнец, охваченный военным психозом" — как вам это нравится?
— Очень точная характеристика, господин Отставной Козы Барабанщик!
— Какой вы бессовестный, Вандом! Вы пользуетесь тем, что я — узник этого средневекового сундука и повторяете оскорбления!
— Не кипятитесь, де Линьет, я смотрю, так ли эта ваза стояла. Вдруг я не так поставил?
— У-а-у, Вандом!
— Кстати, о цветах. Роланчик, вы-то не видели, как нас провожали местные жители! Они нас забрасывали цветами. И за несколько дней виконт развернул тут такую бурную деятельность! А местные жители без конца жаловались на набеги пиратов, и за то время, что наше 'чудовище" тут распоряжалось, люди прониклись большим уважением к 'чудовищу' . А тулонские девицы глазки ему строили, нахалки! К-кокетки бесстыжие! О герцоге я и не говорю, я сам видел — герцогу не один букет достался. И теперь вся палуба усыпана цветами.
— Рано радуетесь, Вандом. Вот я проходил Древний Рим, там розами засыпали этих самых… гладиаторов,… забыл слово…
— Триумфаторов!
— Да-да, триумфаторов, словом, победителей. Мы же еще не победили, как бы беды не накликать.
— Правда. Черт побери, какой-то тупой букет у меня получился.
— А что, вы все с этими цветочками возитесь, изверг? Вазу грохнули, ясно, что не тот вид будет.
— Да она небьющаяся, ваза, металлическая. Там какое-то сражение изображено, я все разглядываю и не знаю, какой стороной
— Оставьте вы этих человечков! Ищите ключи, вам-то что за дело до этой дурацкой вазы!
— Тут вода пролилась. И лужу нечем убрать.
— Ищите ключи! Что вам до этой воды?
— Но что я скажу виконту?
— Скажете, что нечаянно. Ищите!
— Тс! Шаги!
— Ой! Мама!
Прошло около минуты. Вандом окликнул меня:
— Эй!
— Что?
— Пронесло! Продолжаем поиски!
— Аой!
— Ролан, а может, мы напрасно ищем? Может, ключи в кармане у Гримо?
— Кто такой Гримо?
— Тот смешной дед, которого я вам показывал в Тулоне.
— Тогда вам придется залезть к дедушке Гримо в карман!
— Я никогда в жизни не лазил по карманам!
— А если вы в разведке и воруете у какого-нибудь араба ключи от темницы, где томятся наши пленники?
— Очень трудно представить Гримо в роли араба!
Я совсем извелся. И, когда мы уже потеряли всякую надежду, Вандом промолвил:
– 'Дитя мое, нельзя мне медлить' , как сказал отец Лоренцо Джульетте Капулетти в знаменитой трагедии Шекспира.
— Трагедия будет, если вы уйдете! И вовсе не так сказал отец Лоренцо, он сказал: 'Уже подходит стража. Джульетта, в путь! Нельзя мне оставаться!
— Видимо, мы читали разные переводы. А как на самом деле сказал отец Лоренцо, выясняйте у виконта — он превосходно владеет английским языком.
— Не настолько же, чтобы с ходу цитировать Шекспира?
— С него станется, — сказал Вандом.
— Верно! От этого типа всего можно ожидать!
И тут ключи нашлись! Они преспокойно лежали под шляпой этого типа. Вандом радостно завопил:
— Нашел! Эврика! Есть! Я сделал это!
— Аой! Открывайте скорей!
Вандом открыл сундук не без некоторых усилий, и мы сообща подняли крышку.
— Да здравствует Свобода! О Вандом, как мне вас благодарить!
— Тс! — Анри прижал палец к губам, внезапно бледнея:
— Боюсь, что нам не скрыться! Виконт возвращается!
— Ай, мама, что делать?
— Прячьтесь, а я пока закрою сундук!
— Обратно в сундук? Ни за что!
— Не в сундук, а за сундук! Я вас накрою.
Я забился в уголок, и Вандом набросил на меня длинный нарядный плащ господина виконта, а сам присел возле сундука на корточки и стал пытаться закрыть его.
5. ЗАСТИГНУТЫЙ ВРАСПЛОХ
Анри де Вандом стоял на коленях возле сундука виконта, тщетно пытаясь повернуть ключ. Ключ застрял и никак не поворачивался. Анри нервничал, нажимал все сильнее, но замок, похоже, заклинило.
Положение было ужасное: сейчас войдет Рауль, увидит весь этот ужасный беспорядок, увидит его на коленях перед сундуком. Анри был готов провалиться под землю, хотя, случись ему и впрямь провалиться, он оказался бы в соленой воде Средиземного моря. Анри вспомнил, как в аналогичной ситуации Шевалье де Сен-Дени сломал свою шпагу. Увы! Благородные господа и благовоспитанные девушки, оказавшись в подобных обстоятельствах, бывают совершенно беспомощны. Тогда они с Шевалье рисковали жизнью, теперь на карту поставлена репутация Анри де Вандома! 'Не надо было связываться с этим горе-барабанщиком, но, видит Бог, я же помогала мальчику из лучших побуждений. Конечно, при Дворе — тоска, пажеская должность — не сахар, по себе вижу, да и приключений хочется! И вот — приключение! И вот я попала в ужаснейшую ситуацию! И как теперь выкручиваться?