Пират

Роббинс Гарольд

— Я не нуждаюсь в твоих услугах! — фыркнула она. — Я не желаю, чтобы ты хоть что-нибудь говорил отцу, понятно тебе? Ни слова!

— Хорошо, не буду, если ты этого хочешь.

— Да. Хочу! Если я захочу ему что-то сказать, то сделаю это сама!

— О’кей, о’кей!

Она схватила со стула свой халат и пошла к двери, потом обернулась.

— Вы все дрожите перед моим отцом, а я — нет. И когда-нибудь все вы это увидите!

Он долго сидел на кровати, выкуривая сигарету за сигаретой. Это серьезней, чем просто совпадение.

Даже с учетом того, что семейство Риадов и Мафрадов были в большой дружбе, ее горячее участие в этом деле при нынешних специфических обстоятельствах настораживало изобилием совпадений.

Он размышлял, следует ли ему обо всем доложить Бейдру, но решил этого не делать. Это только обнаружило бы их отношения и означало конец его службы. При всей либеральности взглядов Бейдра на многие вещи, он все-таки был ее отцом.

Скорей всего к утру она утихомирится. Тем временем он решил проделать одну процедуру.

Несмотря на поздний час, он взял с ночного столика приватный телефон, включил антиподслушиватель, благодаря которому никто в доме не мог услышать разговор по параллельному аппарату. Набрал номер частного детектива, услугами которого компания неоднократно пользовалась.

После того как он положил трубку, переговорив с нужным ему человеком, он почувствовал себя лучше. С этого момента, куда бы Лейла ни направилась из дома, она будет под наблюдением. К концу недели он получит полное представление о том, с кем она повидалась, и о каждом из ее женевских друзей. Быть может, когда все это сложится вместе, ему удастся обнаружить какой-то смысл в ее поведении.

Еще не было восьми, когда он вошел в офис, зная, что не застанет там никого и сможет поговорить с Бейдром во время завтрака. Шифратор, очевидно, уже подключен. Он набрал номер.

Ответил сам Бейдр.

— Дик?

— Да.

— Включай свой.

Он услышал на линии шум и нажал кнопку шифратора. Шум резко оборвался.

— Теперь все в порядке?

— Отлично, — сказал Бейдр. — Так в чем дело?

Дик Кэридж был краток:

— «Арабские куклы» — крыша. Боюсь, мы возим для них наркотики… — Он сжато рассказал обо всем, что ему стало известно.

Бейдр заговорил не сразу.

— Как мы в это влезли? Это дело обтяпали в Бейруте?

— Нет, в Париже. Мне сообщили, что контракт пришел лично от Юсефа.

— Я этого боялся. Я слышал, что у него была встреча с Али Ясфиром, но никак не думал, что у Юсефа хватит пороху пойти на подобные штуки самостоятельно. Должно быть, в ход были пущены большие деньги, раз он поддался.

Кэридж был удивлен:

— Вы знали о контактах между ними?

— Да, но я полагал, у Юсефа это просто был способ поддерживать связь. Я допустил явную ошибку. Я утвердил все его побочные мелкие сделки. Они были более или менее обычные. Но тут кроется что-то другое.

— Что нам следует предпринять в данной ситуации?

— А нам делать нечего. Мы не можем

взять и вскрыть все это, потому что история грозит обернуться для нас ящиком Пандоры. Одно слово — и мы потеряем брокерство на таможне США, равно как и морские транспортные привилегии. Мы должны с этим делом разобраться внутри. Первое, что надо сделать, это вызвать сюда Юсефа. Необходимо выяснить, насколько глубоко мы увязли.

— Вы приедете сюда для встречи с ним? — спросил Дик.

— Нет. Женева битком набита любопытными. Будет лучше, если ты предложишь ему навестить меня в Гштаде.

— О’кей. Вы хотите, чтобы я приехал тоже?

— Думаю, тебе лучше оставаться на месте. Чем меньше людей он увидит вокруг, тем лучше.

В голове у Дика промелькнула еще одна мысль.

— До моего слуха дошел случайный разговор о том, что Мафрад и Риад чуть ли не компаньоны, так они близки. Вы не думаете, что в это дело вовлечен ваш бывший тесть?

— Исключено! — Реакция Бейдра была убедительна. — Риад — старомодный консерватор. Он и близко не подойдет к такой проститутке, как Мафрад, будь тот хоть с головы до пят в золоте.

— Просто я подумал, вы должны знать… — сказал Дик.

Ему снова пришла на ум Лейла. Слова готовы были сорваться у него с языка, но он передумал. С этим можно повременить до конца недели, когда он будет знать больше. Он положил трубку и некоторое время сидел в задумчивости. Если между семействами связи нет, для чего же она, говоря об этом деле, напирала на якобы существующую дружбу? Пока ничего осмысленного не вырисовывалось.

Открылась дверь, и вошла его секретарша. Женщин застыла от изумления.

— Мистер Кэридж, — сказала она по-английски со швейцарским акцентом, — вы рано пришли.

— Да. Мне надо было сделать с утра несколько важных звонков.

— Не хотите ли кофе?

— Сделайте одолжение. И захватите сюда ваш журнал. Я хочу послать в Париж телекс Зиаду.

Когда она вернулась с журналом регистрации, он успел передумать и вместо телекса решил позвонить по телефону. Вызов Бейдра в этом случае мог бы прозвучать не столь официально и настораживающе, как холодный телекс. Он потягивал свой кофе, когда по телефону ответил Юсеф.

— Шеф просил позвонить вам и передать его приглашение, если у вас найдется время навестить его в Гштаде.

В голосе Юсефа послышалась тревога:

— Что-нибудь важное?

Дик засмеялся.

— Не думаю. Между нами говоря, я полагаю, ему просто наскучило изображать отца семейства. Быть может, он просто подыскивает удобный повод выбраться оттуда.

Дик уловил, как отлегло на душе у Юсефа.

— У меня есть подходящая для такого случая новость, — совсем другим тоном сообщил Юсеф. — Винсент согласился на расторжение контракта с нами без каких-либо выплат ему помимо того, что уже заплачено. Я могу передать, что шефу надо будет прибыть для подписания бумаг.