Пират
Шрифт:
Самир покачал головой.
— Нет, спасибо.
Снова открылась дверь и вошел принц Фейяд. Он был одет в парадное королевское облачение, а на голове у него была белая муслиновая шапочка. Он пересек комнату, направляясь к своему кузену.
Самир и Бадр, встав, склонились перед своим монархом в традиционном знаке почтения. Фейяд с улыбкой отвел руку Самира.
— Неужели так должны встречаться братья после долгой разлуки? — Он обнял Самира за плечи и расцеловал его в обе щеки, затем, по-прежнему улыбаясь, повернулся к Бадру.
— А это тот маленький
Бадр почувствовал, что краснеет.
— Это было давно, ваше высочество.
— Не очень, — сказал принц и рассмеялся. — Думаю, тебе тогда было лет шесть.
— Теперь ему восемнадцать, — сказал Самир. — Взрослый мужчина, слава Аллаху.
— Ал-хамду л-ильла, — эхом повторил принц. Он бросил взгляд на Бадра, который был на голову выше всех. — Он высок, твой сын. Насколько я помню, выше всех в нашей семье.
— Дело в диете, ваше высочество, — сказал Самир. — Пища в Америке богата разными витаминами и минералами. У них тоже юное поколение выше своих родителей.
— Какие чудеса творите вы, ученые, — сказал принц.
— Чудеса творит Аллах, — сказал Самир: — Мы всего лишь орудия в его руках.
Принц кивнул.
— Нам надо много о чем поговорить, брат мой, — сказал он. — Но мы займемся этим с утра. Сегодня вечером мы будем веселиться и радоваться нашей встрече и тому, что мы опять вместе. — Он хлопнул его по плечу.
— Я приказал приготовить тебе помещения, чтобы ты мог освежиться с дороги. А к полуночи мы собираемся в кафе внизу, где нам будут приготовлены яства.
Самир кивнул.
— Мы очень признательны за вашу любезность и гостеприимство.
Снова появился мальчик.
— Покажи моему брату его помещения, — приказал принц.
Мальчик поклонился.
— С удовольствием, ваше высочество.
Комната Бадра была отделена от отцовской больше гостиной. Оставив отца, Бадр пошел к себе в комнату, которая была богато украшена шелками и бархатом. Как только он вошел, раздался легкий стук в дверь.
— Войдите, — сказал он.
В комнате появилась молоденькая служанка.
— Нужна ли я хозяину? — спросила она мягким голосом, потупив глаза.
— Я ни в чем не нуждаюсь.
— Может, я могла бы приготовить хозяину горячую ванну, чтобы он мог избавиться от усталости после путешествия? — предложила она.
— Это было бы великолепно, — согласился он.
— Спасибо, хозяин, — сказала она, направляясь в ванную.
Бадр задумчиво посмотрел ей вслед. Наконец-то он почувствовал, что он дома. Обслуживание здесь было не как в Америке.
Звуки труб и барабанов наполнили кафе. На маленькой сцене, обвив себя разноцветными шарфами, извивалась танцовщица и серебряный металл чаш, прикрывающих груди, бросал искры в свете ламп. Компания принца, сидящая за овальным столом у сцены, внимательно наблюдала за ней.
Принц сидел в центре стола, Самир на почетном месте справа от него, а Бадр слева. На небольших сидениях рядом с принцем размещались несколько юношей, столь же тщательно загримированных, как и тот, что встретил
Музыка достигла крещендо, и в завершение выступления танцовщица опустилась на колени. Принц зааплодировал. По его жесту официанты, подхватив бутылки с шампанским, приблизились к сцене и, открывая бутылку за бутылкой, поливали шампанским склоненную голову танцовщицы. Принц лениво взял банкнот из кучки, лежащей перед ним, и скомкав его, кинул на сцену перед танцовщицей.
Легким грандиозным движением танцовщица подобрала деньги и засунула их за пояс. Снова поклонившись, он с призывной улыбкой ушла вглубь сцены.
Принц подозвал мажордома и что-то прошептал ему на ухо. Мажордом склонил голову. Повернувшись, он сделал жест мальчикам, сидящим рядом с принцем, а затем кивнул оркестру.
С первыми тактами музыки на сцене показались четыре девушки, начавшие свой танец. Постепенно свет стал меркнуть, пока все помещение, кроме смутных голубоватых фигур на сцене, не погрузилось в полную темноту. Музыка звучала все быстрее, все резче, фигуры танцовщиц было исчезли из лучей света, затем появились снова и их движения все убыстрялись. Танец длился более пятнадцати минут и, когда он близился к завершению, фигуры неистово закружились и, наконец, рухнули ничком на сцену, погрузившуюся в полную тьму.
Мгновение стояла полная тишина и наконец принц стал аплодировать первым. Постепенно зал светлел. Танцовщицы, все еще распростертые на сцене, медленно стали подниматься. Бадр смотрел, не веря своим глазам. На сцене были не те девушки, что начали танец. Их сменили мальчики, которые сидели рядом с принцем.
Теперь принц не утруждал себя тем, чтобы комкать банкноты. Пробки от шампанского летели в воздух, а принц хватал деньги, лежащие перед ним и горстями бросал их на сцену.
Бадр посмотрел на отца. Лицо Самира было совершенно бесстрастным. Бадр попытался представить себе, что отец думает об этом веселье. Банкноты, которые принц столь бездумно бросал на сцену, были достоинством в сто фунтов — больше, чем обыкновенный рабочий зарабатывал за год.
Принц взглянул на Бадра и заговорил по-французски:
— Прекрасно, великолепно, не правда ли? — Бадр встретил его взгляд. Принц оценивающе и вопросительно смотрел на него. — Да. — Помедлив, он спросил: — Они педерасты?
Принц кивнул.
— Они вам нравятся? Можете выбрать любого.
По-прежнему не отводя от него взгляда, Бадр отрицательно покачал головой.
— Нет, спасибо. Что касается меня, я предпочитаю женщин.
Принц громко рассмеялся и повернулся к Самиру.