Пирамида
Шрифт:
Ехали около двух часов. Владимир сидел с закрытыми глазами, размышляя о крутом повороте судьбы, в то же время поддерживал общение с Лизой и оставшимися в Межмирье товарищами. Он с улыбкой слушал восторженные восклицания Тимура и Витьки, которые вместе с остальными изучали магический глобус Весты, подыскивая место для своей «резиденции», как выразился Князь. На границе сознания он ощущал недоумение и растерянность своих сопровождающих, не понимающих, почему священник так себя ведёт.
*
Когда джипы отъехали,
– Что планируешь делать в первую очередь? Где Купель будем размещать?
– Перейдём сейчас в приют, я покажу тебе комнатку. Дам поручение секретарше, чтобы оповестила тех родителей, которые от детей не отказались, стараются платить приюту за их содержание, кто сколько может. Сообщим им, что у нас появилась самая современная аппаратура, которая обеспечивает полное выздоровление ребёнка. Но излечивать надо в присутствии родителей. А когда они убедятся, что ребёнок действительно здоров, могут забирать его домой. Некоторые живут рядом, я знаю, кто откликнется сразу же. Думаю, первых можно ожидать уже завтра. Но сначала я хотела поговорить с тобой. Сегодня нам нужно помочь одной воспитательнице нашего приюта. Она у нас живёт чуть больше полугода, а история у неё очень волнительная. В прошлом году она жила в Санкт-Петербурге, муж – доцент кафедры социологии, она была его студенткой, диплом защитила как раз в прошлом году. Они поженились, когда она забеременела. У него родители – профессора университета, жили вместе в квартире родителей. Дина говорит, там такие снобы, просто великосветское общество. Когда в июне у неё начались схватки и её привезли в роддом, выяснилось, что сама она родить не может – у неё были сиамские близнецы. Ты ведь знаешь, что это такое?
– Знаю, - кивнул Дмитрий. – Где срослись?
– Очень сложно, - вздохнула Лиза. – Головками и плечиками. В общем, делали кесарево сечение, сразу сказали, что операцию по отсоединению делать нельзя, на голове никакой хирург не рискнёт проводить операцию. Узнав о рождении, как она выразилась, «уродов», свекровь Дины явилась в роддом и сообщила ей, что не может быть и речи о том, чтобы она привезла детей к ним домой. Пусть сдаёт детей в соответствующее учреждение, а ей самой они на несколько месяцев сняли комнату в коммуналке и перевезли туда её вещи. Муж уже подал на развод. Слава Богу, у Дины оказались настоящие друзья. Они нашли в Интернете сведения о нашем приюте, созвонились со мной и помогли Дине приехать с детьми сюда. Вот я и прошу тебя, Дима, первыми в купель поместить Володю и Толю. Им уже семь месяцев, такие чудесные мальчишки, мы все их очень любим. Дина, как приехала, начала работать у нас воспитателем. У нас группы по 8 детей, на каждую группу воспитатель и две помощницы, в основном монашки, которым некуда идти. Со стороны нанять никого не можем, работа трудная, а платить много мы не в состоянии.
– Хорошо, сейчас займёмся сиамскими близнецами, - кивнул Дмитрий. – А сколько детей ты планируешь взять на Весту?
– Ну, у нас 88 детей, за 60 из них родители платят. Я думаю, когда дети исцелятся, почти все они заберут их домой.
– «Когда»? – спросил Дмитрий. – Не «если»?
– Когда, - твёрдо отрезала Лиза и возмущённо посмотрела на Князя. – Я уверена, что все дети будут здоровы. И не смей сомневаться!
– Ну и хорошо, что уверена, -
– Ладно, прощаю, - постаралась успокоиться Лиза. – Если бы ты знал, как я мечтала всё время, чтобы все наши дети выздоровели, вернулись в семьи. Жалко их до слёз.
Они перешли в здание приюта. Здесь было непривычно тихо (непривычно, если знать, сколько здесь детей), только изредка доносился негромкий детский плач, не капризный, требовательный, а страдальческий, от привычной боли. Когда волхвы оказались в кабинете Елизаветы Васильевны, Дмитрий предложил:
– Давай пока боль у всех детей уберём, поставим на них общую защиту.
– Ой, и правда, - благодарно посмотрела она на Князя, - спасибо, что напомнил.
Они провели процедуру защиты, затем Лиза включила аппаратуру громкой связи и сказала в микрофон:
– Дина Анатольевна, срочно пройдите в мой кабинет.
Спустя пять минут дверь тихонько открылась, и в кабинет скользнула тонкая фигурка. Льняные волосы и светло-зелёные глаза придавали вошедшей девушке вид феи, спустившейся с небес. Дмитрий глянул в серьёзные озабоченные глаза девушки и понял, что попал. Впервые после гибели Ксюши его потянуло к другой женщине. Что-то удивительно родное ощущал он всем своим существом. Горло перехватывало от нежности и стремления убрать тревогу из её глаз. «Если это и есть Дина, уговорю её перебраться с детьми на Весту», решительно подумал он. Оказалось, что это она и есть.
– Звали, Елизавета Васильевна? – тревожно спросила вошедшая. – Что-то случилось?
«Она боится, что вдруг у неё детей потребуют», - внезапно осенило Дмитрия. – «Как видно, её муж и его родители те ещё сволочи, если её дрожь бьёт только при мысли о них».
Елизавета Васильевна тоже поняла испуг Дины.
– Не пугайся, Диночка, - торопливо сказала она. – Всё хорошо, ты даже представить себе не можешь, насколько.
– И насколько? – всё ещё настороженно спросила Дина, с недоумением поглядывая на Дмитрия. Такие мужчины в приюте обычно не появлялись. – «Может, спонсор?» - подумала она.
– Диночка, - мягко обратилась Елизавета Васильевна к молодой женщине. – Ты ведь знаешь, что мы с отцом Владимиром очень полюбили тебя и твоих детишек. Создатель не дал нам своих детей, но после твоего появления у нас такое чувство, что мы обрели дочь и внуков.
– Да, спасибо, Елизавета Васильевна, - с признательностью откликнулась Дина. – Я очень ценю то, как вы приняли меня, и у меня действительно такое ощущение, что я обрела родной дом. Только всё же что случилось? – не выдержала она. – Почему Вы это говорите? Нам надо расстаться?
– Ни в коем случае, - тут же отозвалась Елизавета Васильевна. – Понимаешь, случилось такое чудо, просто я не знаю, как тебе его объяснить. Дело в том, что есть возможность разъединить Володю с Толей без всякого вреда для них.