Пирамида
Шрифт:
— Возьмите.
Джоан сунула одну из них в карман, а другую — в рот.
— С вашего позволения, — сказала она, наклоняясь к монаху, чтобы прикурить.
Тот снова нахмурился, однако достал из рясы зажигалку и поднес к сигарете огонь.
— Спасибо, — поблагодарила Джоан.
Карлос молча кивнул на дверь ее камеры. Пленница попятилась, открыла дверь и вошла.
— Все это вас погубит, — проворчал монах, запирая ее на ключ.
Джоан услышала, как он удаляется, и с глубоким вздохом прислонилась к двери. Женщина сдержала кашель. У
Она уселась за маленький стол и осторожно пристроила сигарету на краю столешницы. Затем, внезапно испугавшись скрытых камер, наклонилась и достала из ящика статьи по нанотехнологии, которые прислал ей молодой монах. Джоан собиралась прочитать о его теории побольше. Ее внимание привлек выделенный абзац:
«Мы пришли к выводу, что каждая отдельная структура этого металла может представлять собой некое микроскопическое устройство. Однако это поднимает два вопроса. С какой целью оно сконструировано? И кто его запрограммировал?»
Джоан чуть выпрямилась, размышляя над двумя этими вопросами. Нанотехнология? Она снова представила себе кристаллическую форму нанобота и «руки» с крючочками. Если юный ученый не ошибался, то какую цель преследует странный металл? Неужели отец де Альмагро давным-давно нашел ответ на вопрос? Это ли привело его в ужас?
Согнувшись над столом, чтобы скрыть свои ухищрения, Джоан извлекла одну из двух золотых капелек. Независимо от ответа кое-что она знала наверняка. Металл сильно напугал монаха, и, возможно, тот намекал на способ его уничтожения.
Джоан катнула золотистую капельку по крышке дубового стола. Разогретый металл походил на частичку мягкой замазки. Джоан приходилось обращаться с ним со всей осторожностью. С помощью ручки женщина сняла с шарика тончайший слой и нанесла его на стол. Приходилось экономить. Весь опытный образец был не более муравья.
Наконец она взяла сигарету, стряхнула пепел и поднесла тлеющий кончик к металлу.
«Ну, отец де Альмагро, посмотрим, в Прометее ли наше спасение».
Облизывая губы, Джоан дотронулась до металла.
Раздался звук не громче резкого кашля, но результат оказался внушительным. Она отдернула руку и выронила сигарету. Повалил дым. От удивления Джоан вскрикнула громче только что прозвучавшего взрыва. Она помахала рукой, разгоняя дым. В дубовой крышке стола образовалась дыра.
— Бог ты мой, — пробормотала женщина, благодаря свою счастливую звезду за то, что не использовала всю каплю металла целиком. Тогда исчез бы весь стол, а возможно, и стена позади него.
Джоан оглянулась на дверь и прислушалась, не идет ли кто. Все было тихо.
Решительно встав, она шагнула к двери. В голове пленницы возник план. Она взяла оставшиеся образцы металла и взвесила их на ладони. Нужно с кем-нибудь связаться. Хорошо бы — с Генри.
Однако хватит ли ей этого изменчивого металла, чтобы с его помощью пробить себе
Ученому, как и отцу де Альмагро, следовало проявить недюжинное терпение. Послание монаха шло пятьсот лет. Она пристально смотрела на дымящееся отверстие в столе. В конце концов Франсиско де Альмагро все-таки услышали...
Солнце садилось. Генри ждал на окаймленной джунглями летной полосе, пока дозаправится большой вертолет. Шесть членов экипажа заканчивали погрузку. Генри стоял в сторонке, у полуразрушенной полосы, по которой катались пустые канистры из-под масла. Неподалеку, под деревянным навесом, аббат Руис, сменивший рясу на костюм «сафари», спорил с усталым механиком-чилийцем. Похоже, их горячие дебаты вызвала цена на бензин.
Генри повернулся спиной к спорщикам. Слева от него стояли двое вооруженных охранников — на тот случай, если шестидесятилетний профессор рванет в джунгли. Впрочем, Генри знал, что даже если разоружит свою стражу, то не пройдет в этих джунглях и десяти шагов.
За кромкой леса блеснул на солнце металл — там защищали свое добро отряды партизан. Заросшая сорняками летная полоса, очевидно, служила им базой для переброски наркотиков и оружия. Генри заметил также сложенные возле укрытия ящики с водкой. Центр черного рынка, решил он.
Генри покорился судьбе. Весь день они летели из Куско на эту, не отмеченную какими-либо знаками взлетную полосу. Профессор прикинул, что часа через четыре вертолет сделает остановку еще на одной тайной заправке неподалеку от Мачу-Пикчу, а затем, часа через три-четыре, доберется до раскопок. Группа прибудет туда как раз на рассвете следующего дня.
До этого Генри должен придумать, как расстроить планы аббата.
Он связался с Филиппом Сайксом. В голосе аспиранта отчетливо слышалось облегчение, однако и страх тоже. Генри проклинал себя за то, что вовлек в передряги не только своего племянника, но и других студентов. Необходимо найти способ защитить их. Но как?
Кто-то возле вертолета крикнул, что баки заполнены.
— Заканчивайте погрузку! — перекрывая шум моторов, прокричал Руис в ответ и передал непреклонному чилийцу пачку банкнот. По-видимому, согласие было достигнуто.
Рядом с вертолетом еще стояли ящики с оборудованием для раскопок и взрывных работ. Среди всего этого Генри увидел четыре ящика с вытравленной на деревянных планках кириллицей. Наверное, контрабанда из России: гранаты, автоматы «АК-47», пластиковые бомбы. «Неплохое снаряжение для группы археологов», — невесело подумал профессор.
Аббат дал знак охранникам вести пленного к вертолетам. Генри не заблуждался на свой счет, считая себя всего лишь средством для достижения цели, от которого избавятся сразу же после использования. Он подозревал, что, как только аббат получит от него необходимое, его ждет судьба доктора Киркпатрика — пуля в голову. И такая же участь уготована Джоан, Сэму и остальным студентам...