Пипец Котенку! 2
Шрифт:
Бурча и бросая на меня недовольные взгляды, работяги подчиняются. Хлопаю дверью за спиной последнего из них и зову Свету.
— Всё в порядке? — спрашивает та, спускаясь по лестнице.
— В полном, красавица. Поехали завтракать.
Правильно сделал, что уволил их. Оставлять на работе тех, кого избил и унизил — плохое решение. Кто их знает, вдруг отомстить соберутся. Да и платить я им точно не хочу.
Хотя платит им Бернард, конечно. Но мои деньги в бюджете клуба тоже есть, и немало!
Блин,
После завтрака выдаю Светлане триста рублей и говорю ни в чём себе не отказывать. Пусть организует нам кухню и вообще домашний уют. Чтобы ножки не уставали, велю нанимать извозчиков — ванек на телегах в городе пруд пруди. Сам даю Эклеру шпор и скачу в магазин Китайца.
Тот, кстати, так и называется. «Магазин Китайца».
— Привет! — заваливаюсь внутрь.
— О, Рыжий, — хитро скалится кривоплечий мужик. — Привет, привет. С чем пожаловал?
— С интересным, — закрываю дверь на засов и кладу на прилавок сумку с макрами и клыками летучих мышей.
— Ого-го, интересненько… Сколько хочешь за всё?
— Ты мне скажи, сколько дашь. Я подумаю.
На самом деле я просто не очень ориентируюсь в ценах на макры. И тем более на части тел монстров.
— Ну смотри, клыки только на украшения годятся. Алхимической ценности ноль, магической тоже. Пять рублей за всю кучу.
— Хм, — обидно, я столько времени потратил, вырывая эти клыки. — А макры?
— Вот эти мелкие — по полтиннику за штуку. Вот эти, покрупнее — сто пятьдесят. А большой за двести заберу.
— Да ты охренел, Китаец. Это макр из монстра третьего уровня. Он несколько тысяч стоит.
— Так я и сказал, две тысячи, — как ни в чём не бывало, пожимает кривыми плечами торгаш.
— Слышь, — улыбаюсь я, опираясь на прилавок. — Давай прямо сейчас договоримся: ты больше никогда не пытаешься меня надуть, и я стану твоим лучшим клиентом. А если будешь пытаться дурить, я уйду к другому торгашу, а перед этим все пальцы тебе переломаю.
— Ты не угрожай, Ярослав, — хмурится Китаец.
— Я не угрожаю, говорю как есть. Вон у Бердыша спроси, как я вопросы решаю. Подумай, — отталкиваюсь от прилавка. — Похожу пока, гляну, что здесь у тебя. Дубинки есть?
— Разрешённые — вон там, справа. Если что поинтересней надо, принесу, — бурчит торговец.
— Разрешёнка нужна, — иду к обозначенной витрине.
Глаз сразу падает на телескопическую дубинку. Удобно, легко в кармане носить. А длина в разложенном состоянии — больше полуметра. Как раз то, что я хотел.
Без спроса достаю оружие, пробую на вес, наношу пару ударов по воздуху. Да, годная штука. Возьму.
— Ну что, посчитал?
— Угу, — хмуро отвечает Китаец. —
— Как ты лихо цены сменил, — не удерживаюсь от сарказма, но добавляю: — Спасибо. Глядишь, сработаемся.
— Ты молодой такой, но стержень, как у генерала, — почёсывает лысину торговец. — Откуда ты такой вылез?
— Оттуда же, откуда и всё.
— А макры где взял? Ни в жизь не поверю, что на Изнанке добыл. Подворовываешь где-то?
— Сам достал. Вот этими самыми ручками. Кстати, подскажи, как официально охотником заделаться?
Торгаш рассказывает, что да как нужно сделать. Продаю ему макры, а себе беру дубинку, «цитадель» для Светочки и полицейский свисток для неё же.
— Самый лучший вариант, чтоб позвать на помощь, — хвалится Китаец. — Погоны свой сигнал услышат, мигом примчатся. Ну а если спросят, где такой свисток взял, скажешь — нашёл. Они их постоянно теряют.
— А ты где взял?
— Нашёл, — хитро щурится мужик, становясь похожим на настоящего китайца.
— Какой ты находчивый. А я тут тоже нашёл кое-что.
Достаю из кармана расписки, подобранные в сейфе Бердыша. Честно говоря, не очень хочу показывать их Китайцу. Он ведь и правда решит, что мне больше не к кому обратиться с интересными делами, и может начать обманывать. И так уже попытался.
С другой стороны, мне действительно не к кому обратиться. Знакомства надо заводить. Вот, кстати, расписки в этом и помогут.
— Да ты полон сюрпризов, Рыжий… — торгаш внимательно изучает бумаги.
Одна из них на три тысячи рублей, другая — на целых семнадцать. Там не указано, что написавший должен именно Бердышу. Поэтому, по логике вещей, я могу заявиться с расписками и потребовать деньги. Или милостиво вернуть документ, попросив взамен услугу или что-нибудь ещё.
— Имена знакомы? — спрашиваю.
— А то как же. Вот это, — Китаец взмахивает распиской на три тысячи, — написал сын господина Рахманова, владельца угольной шахты. А вот это… — мужик аж облизывается, глядя на вторую бумагу. — Это, друг мой, написано рукой капитана Мережковского. Он начальник гвардии губернатора Еловского и, по сути, всего городского гарнизона.
Фигасе. Интересно, что такие люди забыли в притоне покойного Бердыша. Ладно сын владельца шахты, он просто транжирил папины денежки. А вот военный, приближённый самого губернатора… Хотя чего удивляться. Ну, любит человек посмотреть на кровавые бои и сделать ставки, что в этом такого?
— Продай мне их! — почти что требует Китаец. — Нет, продай только ту, что написал Мережковский.
— Сколько дашь? — просто из любопытства спрашиваю.
— А вот сколько здесь написано, столько и дам! Семнадцать, наличными.