Пипец Котенку! 2

Майерс Александр

Недолго подумав, киваю и протягиваю руку:

— Равноценный обмен.

— Полностью согласен, — Николай Павлович крепко пожимает мою ладонь. — Значит, приступаем. Я велю своим людям сделать всё необходимое. Когда придумаем, как заполучить титул без шума и крови, сразу же приступим. Ты, в свою очередь, разузнай подробности о гибели ведуна и поговори с Котом.

— Хорошо. В городе спокойно? Мы со Светой хотели бы вернуться к себе.

— Зачем? Разве вам плохо здесь? — разводит руками Мережковский.

—

Не будем злоупотреблять гостеприимством, — улыбаюсь я. — Да и рано привыкать к дворянскому быту. Думается мне, что единокровный братец не отдаст свой титул просто так.

— Если он ещё жив. Вполне возможно, что придётся бороться не с ним, а с твоим племянником. Впрочем, не будем загадывать… Скоро всё станет ясно.

Прощаюсь с Николаем и топаю к Свете. Она даже рада, что мы вернёмся в комнатушку над спортивным залом. В конце концов, она немало сил вложила в то, чтобы создать там уют.

Я прошу слугу оседлать Эклера, а пока Светлана собирает вещи, погружаюсь в медитацию. Кот просил не беспокоить его по пустякам, но сейчас дело серьёзное…

Сходу попасть в обиталище пушистого бога не получается. Будто что-то мешает. Он что, опять мне блок поставил? На фига? Подружились же вроде.

Но потом преграда исчезает, и я оказываюсь в бесконечном пространстве, затянутом серым туманом. Громадный мурлыка сидит, задрав заднюю лапу, и вылизывает пузо.

— Здравствуй, — кланяюсь. — Зачем ты постоянно вылизываешься, ты же бог?

— Привычка, — отвечает Кот. — Когда ты в облике животного, поневоле перенимаешь его поведение. Чего хотел, Ярослав?

— Мне очень надо знать, чей я сын.

— Зачем? — гигант опускает лапу и широко зевает.

— Графом хочу стать.

— Графом, да? — Кот причмокивает и облизывает усы. — Зачем?

— Блин, да хочу я так!

— А я хочу нормально поспать, чтобы меня не тревожили.

Пушистый бог снова зевает, потом вдруг падает набок и потягивается.

— Ладно, давай взглянем на это по-другому, — говорю. — Когда я стану графом, то смогу ещё быстрее набирать силу. Я женюсь, заделаю детей, наберу себе слуг и гвардейцев, и все эти люди будут поклоняться тебе.

— Му-р-р, да, звучит интересно… Но ты вот только собираешься стать графом, а другие уже графы. Зачем мне именно ты?

— А я уникальный. Я за несколько месяцев в этом мире сделал столько, сколько другие за всю жизнь не делают.

Кот переворачивается на живот и долго смотрит на меня своими огромными глазищами.

— Преувеличиваешь, конечно. Но всё же да, ты стал значительно сильнее… И мне это нравится. Ладно, подожди.

Кот садится ровно, как статуэтка, и закрывает глаза. Терпеливо жду, хотя со временем начинает казаться, что божественный мурлыка просто задремал.

— Как любопытно, — наконец, говорит он и открывает глаза. — Я не могу увидеть, чей ты сын.

— Почему?

—

Не знаю, и меня это бесит, — хмурится здоровяк и нервно облизывает нос. — Хотя нет, всё понятно. Ты же подселенец, не родная для этого тела душа. Вот поэтому я ничего и не вижу. Придётся тебе, Ярослав, самому искать родителей, человеческими способами. Но если что, помогу, чем смогу. Только часто ко мне не лезь…

— Не буду, — соглашаюсь, потому что выбора всё равно нет.

— Прекрасно. Ну, пока! — кот взмахивает лапой, и меня выкидывает в реальный мир.

Вот так. Обидно, но ничего не поделаешь. Придётся как-нибудь крутиться самому.

Покидаем со Светой губернаторское поместье. Спору нет, здесь жить гораздо комфортнее. Но я никогда не любил пользоваться чужими благами, и предпочитал добывать свои.

Рассказывать Светику про своё происхождение не спешу. Во-первых, ещё не точно, во-вторых, чем меньше людей знают, тем лучше. Светочке я доверяю, конечно, да и кому она расскажет? Но всё равно, лучше не разбрасывать такую информацию направо и налево. Мало ли.

Я несколько дней не был в спортклубе, но, когда захожу, вижу работников на месте. Ребята молодцы, ответственные. Да и Бернард наверняка приезжал, проверял, как идут дела.

Он и сейчас, кстати, здесь. Идёт навстречу, вопросительно разводя татуированными руками.

— Котов! Ты где пропадал? Здравствуй, Света.

— Здравствуйте! — Светочка освещает улыбкой всё вокруг. — Ярослав, я пойду наверх, ладно? Надо что-нибудь поесть приготовить! Бернард Хенрикович, вы останетесь?

— Как я могу отказаться, — подмигивает тренер.

Мы с ним осматриваем оба зала и убеждаемся, что ремонт почти окончен. Остались мелочи, и можно будет приступать к чистовой отделке, а затем заносить снаряды, тренажёры и прочее оборудование.

— Думаю, что через две-три недели откроемся, — говорит датчанин.

— Будет здорово. Не переживайте, к тому времени мы съедем. Света, конечно, всё тут обустроила, но лучше нам найти нормальную квартиру.

— Да я и не переживаю. Оставайтесь сколько хотите, никому мешать не будете.

Может, и не будем. Но одно дело жить в пустом здании, а другое — когда сюда начнут приходить посетители, будут шастать работники и так далее. Будет как минимум некомфортно.

Светик на скорую руку готовит рагу, которое мы все с аппетитом уплетаем, а потом всей дружной компанией отправляемся в интернат. Тренер думает, что мы хотим повидаться с друзьями, Отчасти так и есть. В отношении Светочки — на все сто процентов. А вот у меня ещё есть разговор к Августине Филипповне насчёт Степана…

Приезжаем уже к вечеру. Бернард говорит, что нам могут выделить отдельную спальню — парочка комнат для персонала пустует. Вот и замечательно, не хочется ехать обратно в город посреди ночи.