Пилюля для знакомства

Максим уныло брел по раскалившемуся за день от жары серо-черному асфальту и мысленно проклинал себя за слабохарактерность и глупость. Еще один день остался позади, а значит, лето тоже уменьшилось на один день. Он всю осень и зиму мечтал, просто грезил морем, пляжем, пальмами, загорелыми красавицами, а главное, как он с аквалангом спускается в морские глубины. Размечтался, дурачок! Как всегда, появился Никита — непутевый, неотвязный друг детства. И, как обычно, возник он не просто так, а с очередной бредовой идеей, на которую нужны деньги.

Ник

бредил кино, он мечтал быть и артистом, и сценаристом, и режиссером. В общем, кем угодно, лишь бы прославиться по части кинематографа. Вся беда состояла в том, что ни в каком из этих амплуа его не видела ни одна приемная комиссия, ни одного из кинематографических вузов, куда он неоднократно пытался поступить. Поэтому непризнанный гений решил пойти другим путем.

Идея была такова: самому написать сценарий, срежиссировать съемки и, если надо, сняться в своем детище. Ему удалось найти оператора, который был готов работать практически за идею — студента второкурсника с операторского факультета. С актерами было посложнее, так как, кроме него, по сценарию требовались еще трое. А студенты с актерского факультета, даже сопливые первокурсники мнили из себя Смоктуновских и Раневских. Поэтому даром сниматься не желали. Кроме того, аппаратура, транспортные расходы и т. д. Словом, малобюджетная самодеятельность тоже выливалась в копеечку.

Ник, конечно, пытался разжиться финансами у отца. Тот был каким-то «шишкой» в крупной фармацевтической компании. Но батя, будучи человеком здравомыслящим и практичным, денег на блажь, как он именовал творчество своего отпрыска, не давал. Сам отпрыск, ничем серьезным заниматься не желал, перебивался временными заработками. Не хотел, как он выражался, «разменивать себя по мелочам», берег талант для больших свершений на поприще кино.

Кое-каких деньжат Ника настрелял у таких же безотказных дураков, как Макс, но не доставало самой малости, и очередь дошла до друга детства:

— Макс, ну ты же мою натуру знаешь, — горячо убеждал Ника, — я, ведь, ни копейки зря не потрачу, все в дело!

— Какое, на фиг, дело? У всех твоих дел один happy end — прости, друг, опять сорвалось.

— Нет! В этот раз верняк, я тебе точно говорю! Зуб даю, дело выгорит! Сценарий классный, три месяца писал. Хочешь, почитаю?

— Ну, уж нет! Только не это! — такая пытка Максиму была не по силам.

Легче откупиться, чем слушать бред этого сумасшедшего. Как-то он уже проходил подобное испытание. Тягомотина длилась без малого два часа, причем, в лицах. Макс ужасно хотел спать, но держался, так как каждый раз на попытку зевнуть, сценарист дико обижался. Он еле дотерпел до конца, глотая зевки, но этим все не кончилось! Творец потребовал рассказать, как Макс понял концепцию его замысла. Еле отвязался тогда…

— Сколько тебе не хватает?

— А сколько у тебя есть? — вопросом на вопрос ответил соискатель.

— Вообще-то, на твое кино нет нисколько. Ты ведь знаешь, на что я коплю?

— Да, знаю я твою бредовую идею с дайвингом. Море, пальмы, девочки-русалки и ты, в ластах! Дурью маешься. Спустишь все за две недели, а что в итоге? Разве, что ракушек наловишь.

— Какая разница? Ты тоже спустишь, я хотя бы,

гуляю на свои!

— Слушай, сейчас всего лишь ноябрь, я тебе до лета все верну, в мае, точно!

И Макс расстался со своими потом и кровью нажитыми деньгами, а

заодно и с мечтой. Надежды на возврат долга, начали таять где-то в феврале, когда сначала сбежала исполнительница главной роли, а потом, и остальные актеры. Никита пытался их заменить, но безуспешно. Трест окончательно лопнул в марте, в это время незадачливого режиссера покинул терпеливый оператор. Размолвка, по словам Ника, произошла из-за разного видения режиссерского замысла.

— Просто он, наконец-то понял, что ты дурак и не лечишься! — сердито выдал ему Макс, поняв, что плакали его денежки.

— Да не обижайся ты, я все верну, там, куда ты собрался лето круглый год, так что не опоздаешь…

Вот так и пошло, Ник не пропадал, регулярно звонил или заходил, чтобы

сообщить, что денег пока нет, но они обязательно будут.

А меж тем, наступил август. Все куда-то ехали, отдыхали или уже наотдыхались, а Макс томился на своем рабочем месте, в магазине бытовой техники продавцом-консультантом. На работе, в кондиционированной прохладе обида за сорванный отдых так не чувствовалась. Но стоило выйти на улицу, в удушливую городскую жару, как она подступала комом к горлу. И Макс в такие моменты еле сдерживался от того, чтобы не придушить друга…

Сегодня Ника позвонил рано, часов в одиннадцать. Обычно, раньше двенадцати, а то и двух пополудни он не просыпался. И сообщил, что есть дело, и нужно встретиться.

— Ты собираешься вернуть долг? Деньги нашел? — с тревожной надеждой почти прокричал в трубку Максим.

— Что-то в этом роде. Не телефонный разговор, — заинтриговал его должник.

— Опять какая-то авантюра? — упал сердцем кредитор.

— Да все нормально. Давай, после работы подгребай в кафешку возле нашего дома, все и узнаешь. Я с семи вечера буду там…

Вот туда-то и двигался уныло Максим, чувствуя спинным мозгом, что добром это не кончится.

Какой еще сюрприз уготовил ему дорогой друг?

Войдя с раскаленной, дышащей выхлопными газами улицы в прохладный зал кафе, Максим словно окунулся в бассейн с прохладной водой. Он огляделся в поисках приятеля и увидел, как тот машет ему из глубины зала. Макс стал пробираться туда. В кафе в этот час было довольно оживленно: рабочий день для многих закончился, и горожане не спешили в свои душные квартиры, лето звало тусоваться и веселиться. Ник тоже не скучал:

— Знакомься, — сделал он широкий жест подошедшему Максиму, указывая на двух полуголых, в узких топах и коротких юбках, более похожих на набедренные повязки, девиц, — это Света, а это Надя, тебя вот ждем!

— Здравствуйте, — раздраженно процедил Макс, почти с отвращением разглядывая бронзовый, ясное дело, курортный загар, красоток.

— Расслабься, друг, сейчас по коктейльчику холодненькому возьмем, и ты увидишь мир другими глазами, — не унимался Ника. — Девчата, это мой лучший друг — Максим. Он на работе подустал немного, надо ему помочь расслабиться.