Пик Сароса
Шрифт:
…развеять легенду прахом…
Нет, это не утверждение существования затмения как такового. Архимед намекает на то, что солнце и луну можно подставить в сарос, вопреки гневу Зевса и развеяв легенду. Что за легенда? И зачем это нужно делать, кроме того, чтобы доказать эффективность науки?
Побродив по разным преданиям – Прометей, Тантал, Асклепий… – где Зевс проявлял свой гнев, я так и не нашла что-то, связанное с солнцем и луной.
– Стоит ли принимать всё это в расчёт? – смотрю на свои выписанные в рабочий блокнот мысли, больше похожие на вопросы без
Вот бы Джефф сумел расшифровать больше! И вот бы Архимед не говорил такими неясными аллюзиями… Время за работой пролетает незаметно, и к моменту объявления посадки на самолёт моя голова готова разорваться от объёма данных и сомнений. И едва плюхнувшись в своё кресло, пристёгиваюсь и моментально засыпаю, даже не прослушав правила безопасности, рассказываемые миловидной бортпроводницей. И снится мне далеко не Блейк, а усмехающийся Архимед, держащий солнце и луну в каждой из ладоней.
***
Афины встречают невыносимой жарой, и только бриз, доносящийся с залива Эгейского моря, хоть как-то смягчает мои муки. Ветровка успешно уложена в чемодан, и я, повязав бандану и обливаясь потом, качу свой багаж по просторному залу аэропорта с трудновыговариваемым названием «Элефтериос Венизелос» в надежде увидеть своего сопровождающего. Его телефон отвечает длинными гудками, да и моя связь ловит с перебоями. И нахожу его на уличной парковке лишь через двадцать минут бесцельного поиска, поняв, что в здании я его не увижу.
Переборов лёгкое раздражение, вызванное скорее потерей времени впустую, что я так не люблю, и прибивающей к земле духотой, подхожу к машине, узнав номерные знаки, заранее присланные в письме.
– Мистер Уолш? – табличка с моим именем сиротливо лежит на нагретом капоте тёмно-серого полуоткрытого внедорожника, пока его водитель, по совместительству мой недальновидный и, очевидно, безответственный провожатый, вальяжно стоит спиной, облокотившись о крыло. – Мистер Уолш, сэр?
– Оу! – наконец он подскакивает на месте и оборачивается, чуть не выронив телефон. – Простите мне мою оплошность, сударыня. Вы и есть та самая всезнающая нимфа Рейчел Кэссиди?
Замешательство, вызванное его витиеватой манерой речи и необычным обращением ко мне, вкупе со смущением длится долгую минуту, за которую я успеваю рассмотреть Уолша: невысок, жилистый, в песочного цвета военных штанах и тёмной футболке. Взъерошенные короткие чёрные волосы. Бесчисленные татуировки на предплечьях. Тонкие аккуратные усики и бородка в сочетании с острыми скулами и чёткой линией челюсти придают ему какое-то изящество и французский шарм. Я невольно расплываюсь в добродушной улыбке, на миг позабыв о его ошибке – скорее всего, попросту опоздал, раз до сих пор на парковке, – и в этот момент Уолш снимает солнцезащитные очки и награждает меня тёплым взглядом плутовских карих глаз.
– Можно п-просто Рейчел, – дурацкая запинка, на которую он вдруг ответно широко улыбается. – Я не могла до вас дозвониться, боялась, что не найду…
В этот миг он преображается: ловким движением рук подхватив мои вещи, обходит внедорожник и заводит целую эмоциональную тираду, от которой хочется улыбаться
– Ох, сударыня, знали бы вы, сколько раз я просил наших механиков починить эту колымагу. Сломалась буквально в трёх милях от аэропорта… А я говорил командиру: пни ты этих душегубов, чтобы масла не жалели, а то ведь Ричи они не слушают, – на «Ричи» с гордостью ткнув себя в грудь, Уолш задорно подмигивает мне и с галантностью распахивает тяжёлую дверь пассажирского сиденья. – А связь у этих греков просто отвратительная: проще было послать к вам голубя, сударыня, и то было бы быстрее.
Первые несколько минут восклицаний Ричарда Уолша дали понять, что это не напускное, не кокетство, и не для того, чтобы понравиться, – он и вправду такой: с виду молодой и обаятельный, но чертовски старомодный в душе. И эти словечки и обороты чрезвычайно идут ему, в чём я успеваю убедиться за первый час пути, уже без стеснения смеясь над ними.
– …и я говорю этой юной деве: миледи, вы ошибаетесь, не я лицезрел вас нагую ночью, – Уолш травит десятую по счёту историю из очень насыщенной тридцатилетней жизни, на что я вновь прыскаю и после давлюсь хохотом. Внедорожник под его управлением несущимся ястребом пересекает трассу, и, по моим подсчётам, нам остаётся совсем немного до Фили. – Благо командир был со мной и подтвердил мои слова. О, кстати! Его, да и нас, приставят к вашей группе учёных, сударыня.
– Просто Рейчел, если ты не против, – дружелюбно повторяюсь я, потянувшись к бутылке с водой в подстаканнике.
– Тогда для тебя просто Ричи.
Уолш на секунду отвлекается от руля и по-мальчишески лукаво виляет бровями, будто мы задумали общую шалость.
– А кто ваш командир, Ричи? – зацепившись за возможность расспросить побольше, задаю я вопрос, с улыбкой вглядевшись вдаль, в холмы впереди. Несколько глотков воды и заработавший вовсю кондиционер приводят в чувство.
– Блейк Хантер. Ты, наверное, ещё не успела с ним познакомиться, – внутри словно обрывается невидимый трос, когда я слышу знакомое имя из уст Ричарда. – Вот прибудем на полигон, и тебе всё обязательно расскажут и покажут. Мистер Мюррей правильно сделал, что нанял тебя: такие умницы, светила археологии, нужны проекту.
Поджав губы, я вновь смотрю на Уолша, пропустив мимо ушей комплимент, – пальцами свободной руки он принимается оглаживать свои тёмные усы и что-то напевает себе под нос. К сожалению, Ричи, познакомиться я успела… Значит, Блейк не водитель Мюррея. И, кажется, будет рядом все эти дни. Боже, дай мне сил.
Благоразумно решаю больше не забрасывать Ричи вопросами о «проекте», об «учёных», среди которых буду, и о «командире». Хотя как раз о нём-то и хочется выведать всё.
И вдруг мой телефон выдаёт оповещение о входящем СМС. Открыв его, вижу Джеффри в отправителях. Моё сердце тут же ускоряет ритм, разгоняя по венам вновь вспыхнувшие энтузиазм и радость, на время померкнувшие из-за постоянного невидимого присутствия Блейка:
«Перевёл очередную строку дичи твоего старикашки. Но не уверен, что это правильно. Лови пока первую трактовку: Аполлон одинок, и глупый Зевс ликует. Не ведает он силы солнца, что отнял у его бога…Выдумка автора