Пифагор
Шрифт:
Святилище Геры находилось в сельской местности; в результате в самом городе у претендента на тиранию оказалось гораздо меньше потенциальных противников и он смог занять акрополь и другие стратегически важные пункты. А с самосцами, ушедшими помолиться богине, "разобрались" братья Поликрата; им опять же задача была облегчена тем, что граждане, приступив к празднованию, разоружились.
Впрочем, с какой степенью доверия следует относиться к процитированной истории (в некоторых деталях довольно странной) — сказать трудно. Все-таки она приведена писателем достаточно поздним и не всегда во всём точным. Интересно, что Геродот — а уж он-то прекрасно знал самосские дела, к тому же Поликратом интересовался специально, — не сообщает никаких подобного рода деталей, повествуя
Как видим, между свидетельствами Геродота и Пол иена есть только одна совпадающая деталь: у Поликрата было два брата (причем имя одного из них двумя авторами передано с небольшим разночтением), и они помогли ему провести переворот. Он же по отношению к ним проявил самую черную неблагодарность: стремление к полновластию оказалось сильнее родственных чувств.
В целом именно благодаря Геродоту мы неплохо знаем о Поликрате и его деятельности и имеем возможность ответственно утверждать, что это был один из самых ярких представителей тирании в архаической Греции. Поликрат относится если и не к главным героям Геродотовой "Истории" (все-таки основной предмет этого произведения — Греко-персидские войны), то, во всяком случае, уж точно и не к второстепенным. Геродот рассказывает немало интересного об этой неординарной личности {95}.
"Он заключил договор о дружбе с Амасисом, царем Египта, послал ему дары и получил ответные подарки. Вскоре затем могущество Поликрата возросло и слава о нем разнеслась по Ионии и по всей Элладе. Ведь во всех походах ему неизменно сопутствовало счастье. У него был флот в 100 пятидесятивесельных кораблей и войско из тысячи стрелков. И с этой военной силой Поликрат разорял без разбора земли друзей и врагов. Ведь лучше, говорил он, заслужить благодарность друга, возвратив ему захваченные земли, чем вообще ничего не отнимать у него. Так-то Поликрату удалось захватить много островов и много городов на материке" (Геродот. История. III. 39).
Тиран Самоса и в этом рассказе предстаёт как правитель расчетливый и циничный. Как видим, фактически он занялся пиратством (это, как мы знаем, и вообще было в традициях самосской знати), причем превратил разбойничий промысел, можно сказать, в государственное дело, в источник обогащения для своего полиса. В качестве боевых кораблей он использовал небольшие, быстрые и маневренные пентеконтеры, в то время как в остальных ведущих греческих городах уже получили распространение более крупные и мощные триеры.
Самос при Поликрате фактически стал сильнейшей морской державой Греции, держал под контролем чуть ли не всё Эгейское море. И конечно же богател: ведь на остров стекалась привозимая из пиратских рейдов добыча. Самос и раньше принадлежал к числу процветающих полисов, но именно теперь его блеск достиг апогея.
"…Самосцы воздвигли на своем острове три самых больших сооружения во всей Элладе. Во-первых, они пробили сквозной тоннель в горе высотой в 150 оргий [8] , начинающийся у ее подошвы, с выходами по обеим сторонам. Длина тоннеля 7 стадиев [9] , а высота и ширина по 8 футов. Под этим тоннелем по всей его длине они прокопали канал глубиной в 20 локтей и 3 фута [10] ширины, через который в город по трубам проведена вода из одного обильного источника… Это одно из трех сооружений. Второе — это дамба в море, возведенная вокруг гавани. Дамба эта 20 оргий высотой и более двух стадиев в длину. Третье сооружение — величайший из известных нам храмов" (Геродот. История. III. 60).
8
Оргия —
9
Стадий — основная древнегреческая мера длины, около 180 метров.
10
Греческий фут, как и английский, составлял около 30 сантиметров, греческий локоть в разных полисах варьировал (за усредненное значение можно принять около 50 сантиметров).
В этом отрывке из Геродота Поликрат, правда, не фигурирует; однако названные тут постройки напрямую связаны со знаменитым тираном. Храм, о котором идет речь, — это, разумеется, самосский Герайон. При Поликрате он был вновь перестроен (уже в который раз!), с еще большей пышностью, и теперь-то уж точно стал самой большой в греческом мире культовой постройкой, не имеющей себе равных. Дамба (наверное, точнее было бы назвать это сооружение портовым молом) была нужна для того, чтобы в гавани Самоса находился в безопасности от бурь и шквалов флот — основа благосостояния островитян.
Специально остановимся на Поликратовом тоннеле. Этот уникальный памятник сохранился до наших дней. Он, со своей длиной более чем в километр, действительно способен поразить, а в те времена, несомненно, производил сильнейшее впечатление на всякого, кто его видел. Пробивали тоннель одновременно с двух сторон и, что интересно, встретились посередине, почти не допустив ошибки. Подобной точностью можно только восхититься, если учитывать, на сколь ранней стадии развития инженерного дела всё это происходило: строители, естественно, не располагали никакими приборами, кроме собственного глазомера.
Тоннель сооружался, чтобы служить водопроводом, но, несомненно, не только с этой целью. Иначе непонятны большие размеры отверстия: для подачи воды вполне достаточно было бы узкого желоба с уложенными в нем трубами. Обратим внимание, что высота тоннеля, судя по вышеприведенным данным, была как раз такова, чтобы по нему могли свободно, не нагибаясь, пройти взрослые люди с факелами в руках. Поликрат явно спланировал всё так, чтобы тоннелем можно было пользоваться и как потайным ходом из города на случай каких-нибудь военных невзгод (например, для совершения неожиданных вылазок против осаждающей вражеской армии).
А превратностей такого рода постоянно приходилось ожидать в неспокойном мире греческих полисов, постоянно враждующих друг с другом. Однажды против самосского тирана пошла войной сама Спарта. А ведь она пользовалась заслуженной репутацией сильнейшего в военном отношении государства Эллады. Однако Поликрат и тут оказался на высоте, сумев отразить нападение.
"…Лакедемоняне высадились на Самосе с сильным войском и осадили город. Они проникли до городской стены и уже взобрались на башню (что стоит в предместье со стороны города). Тогда подошел на помощь Поликрат с сильным отрядом и оттеснил их назад. А с другой башни на вершине горы наемники и большой отряд самосских горожан сделали вылазку… Лакедемоняне же после сорокадневной безуспешной осады Самоса отплыли назад в Пелопоннес. По одному известию (конечно, недостоверному), Поликрат подкупил лакедемонян самосскими деньгами, будто бы приказав выбить монету из позолоченного свинца, а те, получив эти деньги, отплыли домой" (Геродот. История. III. 54–56).
Эта последняя версия и вправду выглядит смехотворной. Даже простоватые спартанцы, конечно, не приняли бы свинцовые монеты за золотые. Впрочем, вполне возможно, что Поликрат добился успеха, сочетая силу и хитрость, как он всегда и делал. Как бы то ни было, знаменателен уже сам тот факт, что спартанцы — лучшие воины Греции, обычно возвращавшиеся на родину с победой, — на сей раз ушли несолоно хлебавши. Это одно из редчайших поражений в спартанской военной истории интересующей нас эпохи. Правда, к дальним морским экспедициям спартанцы тогда совсем не были привычны; у них усиленно культивировалось сухопутное боевое искусство. Но всё же триумф самосского тирана от того почти не умаляется.