Певица
Шрифт:
Сильным, почти неистовым восторгом встретила Ангелика мужа.
Сердце его сдавилось от блаженства. С какой-то высокой гордостью он целовал эту дивную женщину, которая просто и увлекательно высказывала ему, как она мучилась во время разлуки и как теперь счастлива.
"Ты ангел!" -- шептал он, глядясь в ее очи. Она была прекрасна, чудно-прекрасна! Но красота ее, детски невинное выражение лица, отененного негою и счастием, улыбка уст -- всё носило на себе что-то особенное. Никто бы не сказал, что это та же
"Ты ангел!" -- повторил граф.
В прихожей послышались шаги, дверь отворилась, и перед смущенными супругами явился барон Р**.
Лицо Ангелики изменилось. Из ангельского оно сделалось чем-то ужасным, почти отталкивающим. Краска гнева и злости выступила на щеках. Она вспомнила, что говорил ей барон, и жалела, и досадовала на себя за то, что расточала так много ласк мужу, может быть их не стоящему, неверному…
Барон и граф дружески поцеловались и разменялись приветствиями…
Увлекаемая порывами своей живости и каким-то неопределенным чувством, она победила первое впечатление, бросилась к мужу и хотела оттолкнуть от него барона, но одного взгляда его довольно было остановить ее стремление…
– - Ну что твое путешествие?
– - Дядя мой, который долго не прощал меня за мою женитьбу, перед смертью умилостивился и оставил мне именье.
– - Ты всё богатеешь, а я напротив. Не случилось ли с тобой чего интересного, не одержал ли ты каких побед?
– - Вот вздор!
– - Оставьте нас одних,-- шепнул барон, проходя мимо Ангелики.
Она вышла.
– - Послушай, брат, я к тебе для первого свидания с просьбой; я затеял маленький проект, а знаешь, для этого нужны деньги.
– - Изволь! Сколько тебе?
– - Пять тысяч. Отдам скоро.
– - Что за счет между друзьями.
Граф вынул из кармана бумажник и подал барону.
– - Здесь ровно столько, сколько ты требуешь.
Барон вынул деньги, повертел несколько минут бумажник в руках и потом отдал графу, который спрятал его в боковой карман.
Апгелика, подстрекаемая нетерпением, возвратилась в залу. Барон выразительно, с торжеством посмотрел на нее, и в минуту в лице ее сделалась страшная перемена: не сомнение, не ожидание чего-то печального -- роковая уверенность и ярость тигрицы отразились на нем… Судорожно вскочила она, как бы желая кинуться на графа, но повелительный, укоряющий взор барона остановил ее…
Барон скоро раскланялся, отговариваясь тем, что графу, уставшему с дороги, нужен сон. Уходя, он шепнул что-то Ангелике и вложил в ее руку записку. Злая радость, смешанная с беспредельной, мертвящей грустью, оттенила лицо ее каким-то неопределенным выражением.
– ----
Было около полуночи. Все спали в доме графа. Тускло теплилась лампада в спальне супругов. Граф крепко спал, обвив одной рукой нежную
Она вошла в кабинет мужа и подошла к письменному столу, на котором в беспорядке разбросаны были бумаги. С сильным волнением Ангелика начала их пересматривать. Откинув несколько листов, она увидела бумажник, лежавший под ними. С жадной радостью схватила она этот бумажник и развернула его. В нем лежало несколько страниц записной книжки и распечатанное письмо.
"Письмо женщины; не моя рука! Письмо женщины в бумажнике моего мужа!" --с ужасом воскликнула она, развернув письмо…
Глаза прильнули к словам. Чудные, страшные перемены происходили в лице ее, когда она читала письмо…
"Она клянется любить его так, как он ее любит! А! он изменник! Сердце мое разрывается! сердце мое, сердце мое! Он не любит меня, не любит! Он изменник".
Так стенала несчастная Ангелика. В это время часы, стоявшие в кабинете графа, пробили двенадцать. "Час, в который я должна была или увериться в измене, или забыть сомнения,-- наступил! Поздно, поздно! я всё узнала! Как счастлив этот час! Счастлив потому, что он еще не существовал, когда открылось ужасное преступление!.. Но он будет свидетелем моей мести!.. Там… в саду… он дожидается…"
Ангелика быстро пошла в другую комнату, оттуда в третью, миновала потом лестницу и вошла в сад. Свежая, летняя ночь веяла прохладой и благоуханием; ни одно облако не туманило неба; соловей сладко пел над засыпающей подругой…
Большими, неровными шагами шла Ангелика по саду…
Недалеко от павильона стоял человек, закутанный в черный плащ. Она удвоила шаги.
– - Правду ли я сказал?
– - спросил он.
– - Барон, я ваша!
– - сказала Ангелика и бросилась в его объятия.
Барон увлек ее в павильон…
– ----
– - На что ж вы решились?
– - спросил барон после долгого молчания…
– - Убейте меня, барон! если вы меня любите, если вы хоть сколько-нибудь уважаете женщин!
– - Что за странная мысль, прекрасная Ангелика; успокойтесь!
– - Я не хочу, не могу его видеть, потому что в его глазах, в которых я находила только себя, я встречу образ моей соперницы… потому что звук его голоса, который напоминал мне верного друга, теперь будет напоминать изменника…