Певчая
Шрифт:
– А ты?
– Олдвилль уже ушел, мы с Пенебриггом тоже уйдем, как только сможем. Мы боимся за тебя.
– Тогда я пойду, - сказала я и застыла.
– Что такое? – спросил Нат.
– Леди Илейн! – хоть я и злилась на нее, но не хотела, чтобы она попала в руки Скаргрейва.
– А что с ней?
– Я убежала, и она погналась за мной. Она может бродить где-то…
– Убежала? Почему? Нет, забудь. Нет времени. Скажи, где ты ее видела?
– Лестница у старой реки, - я сбилась, поняв расположение. – Там тайный проход, соединяющий
Нат едва слышно выругался.
– Я приведу ее, - сказала я.
– Только этого нам не хватало, - сказал Нат. – Иди вниз, крестную оставь мне. Будет катастрофой, если Скаргрейв найдет вас.
– Но если я спою песню скрытности…
– А всюду будут бегать слуги, и Скаргрейв у двери? Нет, - сказал Нат. – Так станет только хуже. Я поищу твою крестную. Если будешь быстрой, то спустишься и без магии. Так безопаснее для нас. Хватит разговоров, беги.
Было больно признавать, но он был прав.
– Хорошо, - сказала я. – Я пойду. Но моя крестная…
– Я приведу ее к тебе.
† † †
Когда я спустилась по первой лестнице, я поняла, что времени нет. Путь, что вел к тайным лестницам, кишел слугами. Я смотрела из ниши за гобеленом, как мимо бегают служанки и пажи, готовя все к внезапному визиту лорда-защитника. Гобелены покачивались от их движений, я чувствовала себя ужасно уязвимой.
Хотелось стать невидимой.
А почему нет? Я могла становиться такой, почти такой. Конечно, Нат не советовал так делать, но он всегда опасался магии, и он не знал, насколько опасен дом. Если петь не на виду было опасно, то оставаться на виду было еще хуже.
Я закрыла глаза, вспоминая все, что узнала о доме во время вылазок с Натом. Тайный проход открывался в комнате леди Гэддинг, и там лучше всего было применить чаропесню. Это было близко, и толстые стены не дали бы услышать песню.
Выждав момент, я выбежала в комнату, где начинался проход. Оказавшись там, я прошла к середине прохода. Так тихо, как только могла – едва слышно – я запела.
Чары осторожно окутывали меня, отделяя от остального мира. Я чувствовала, как тает мое тело.
Песня закончилась, и я вышла из прохода, улыбаясь от радости. Легкие уже горели от правильного дыхания, поддерживающего силу песни, но песнь скрытности никогда еще не работала так хорошо. Я проходила зеркала, висящие по обе стороны, и видела лишь слабое мерцание в воздухе там, где было мое сердце. Я прислушивалась, но не улавливала звуков тревоги.
Я была почти в безопасности.
Но моя маскировка не была идеальной. Если со мной столкнутся люди, они поймут, что я там. А впереди было самое людное место дома, лестница, ведущая к кухням, гудела, как улей. Придется искать другой путь, не такой шумный, но для этого нужно сперва пересечь галерею менестрелей, которая была над большим залом и просматривалась. Не лучший вариант, ведь сэр Барнаби принимал гостей в зале, но других путей не было.
Я приближалась к галерее, когда снизу зазвучали низкие голоса.
Нет. Галерея была пустой, я должна была использовать шанс.
Но пока я шла по ней, голос отделился от остальных и заставил меня замереть. Он потрясал, как сильное лекарство, и был ужасно знакомым.
С кружащейся головой я посмотрела вниз и увидела Скаргрейва, стоящего на черно-белой плитке. В своем черном плаще и сапогах он напоминал короля на шахматной доске, короля, побеждающего в игре.
– Есть догадки, почему я пришел к тебе? – сказал он.
– Нет, мой дорогой Скаргрейв, - сэр Барнби говорил холодно, рука ровно лежала на трости.
Скаргрейв царапнул шпорами по полу.
– До тебя не доходили мои новости?
Я впилась в поручень, понимая, что мне нужно бежать.
Я не успела двинуться, один из людей под моим балконом, один из сопровождающих Скаргрейва, пробормотал что-то о вороновых яйцах.
– Тихо, Джайлс! – сказал его товарищ.
Тот Джайлс, которого я слышала в библиотеке Скаргрейва? Возможный охотник на Певчих? Я склонилась через поручень, чтобы услышать больше, и нога скользнула на чем-то маленьким, твердом и круглом. Камешки? Орехи? Они ужасно зашумели и упали вниз.
– Что это? – Скаргрейв развернулся, оглядываясь. К моему ужасу, он скользнул взглядом по балкону и остановился на мне. – Там! Смотрите! Что-то мерцает.
Я пригнулась за поручень и побежала к другому концу балкона и двери. Внизу творилось смятение.
– Призрак, - простонал один из людей Скаргрейва.
– Дьявол, - сказал другой.
– Певчая! – завопил Скаргрейв. – За ней!
Я пересекла порог, стрела врезалась в дерево рядом со мной.
Я побежала по коридору, добралась до висячей лестницы, где столкнулась с отрядом людей Скаргрейва, бегущих ко мне.
– Кто поймает ее первым, получит десять тысяч гиней! – кричал за ними их капитан. – Смелее! И хватайте ее живой, тогда мы отдадим ее воронам.
– Я что-то вижу, - крикнул мужчина. – На вершине лестницы!
Еще одна стрела просвистела по воздуху.
Я бежала так быстро, что рубин бился о мою грудь. Я знала дом лучше, чем они, и оставалась на шаг впереди, но я уже не могла правильно дышать, и чары скрытности рассеивались. Левую руку становилось видно, и моя тень появилась на полу. Я не могла так добежать до подвалов. Я забежала в ближайшее укрытие – тайный проход у приемной.
Я успела добраться до ширмы перед проходом, когда преследователи вошли в комнату.
– Слушайте, - крикнул один из них. – Это пение?
– Она позади, - решил другой. – Возвращаемся.
– Нет, она здесь. Я уверен.
Хотя я пряталась за ширмой, они были слишком близко, и я не решалась отодвинуть панель, открывающую проход. Я вообще не двигалась.
Я ждала, замерев, и услышала вдали крик.
– Что это? – сказал один из мужчин.
Дверь открылась, другой отчитался: