Петя Бабочкин (сборник)

Федорова Елена Ивановна

Он поплевал себе на ладошки, потер их друг о друга и, закрыв глаза, опустил правую руку в шар. Несколько минут он стоял с закрытыми глазами, а потом потихонечку вынул одну записку. Свистунов открыл глаза, аккуратно разгладил листок, поднес его к лицу, потом отодвинул от лица и, покачав головой, проговорил:

– Не вижу никакой перспективы осуществить этот проект.

– Почему? – воскликнули жители города Фантазеров.

– Потому что это… это…

– Свистунов, перестань над нами издеваться, – строго сказала Люся Умникова. – Говори, чья это записка.

– Это записка, – Свистунов усмехнулся, – эту записку написал

всем известный нам… Мазилкин.

– Ура, строим картинную галерею! – закричал Мазилкин и принялся приплясывать.

– А кафе там будет? – поинтересовался Пончиков.

– Нет, – огрызнулся Мазилкин, – дома будешь свои плюшки кушать, обжора несчастный.

– Зачем мне дома кушать, если я могу кушать везде, где мне только пожелается. Я ведь со своими плюшечками никогда не расстаюсь, – улыбнулся Пончиков, извлекая из кармана очередную плюшку.

В обсуждении новых перспектив развития города Фантазеров принимали участие все жители, кроме Пети Бабочкина. Пока все ребята были на центральной площади, Петя сидел на берегу озера и бросал в воду камешки. Он слушал, как трещат стрекозы, как квакают лягушки, и думал, что это они так благодарят ребят за то, что они убрали мусор из леса и посадили новые деревца.

Рядом с Петей лежала собачка Кнопа и повизгивала во сне.

– Интересно, что ей сейчас сниться? – улыбнулся Петя, посмотрев на разомлевшую на солнышке Кнопу. – Вот бы посмотреть собачий сон и узнать, почему это Кнопа так весело повизгивает.

Петя отвернулся, бросил в воду еще несколько камешков, а потом воскликнул:

– Эврика! Я сейчас лягу возле Кнопы, загипнотизирую ее сон, чтобы он мне приснился, и сам узнаю, что так развеселило мою собаченцию.

Петя улегся на траву, пристально уставился на спящую Кнопу и принялся повторять:

– Сон, сон, Кнопин сон выходи скорее вон. Только ты не торопись, Пете лучше ты приснись. Сон, сон, сладкий сон…

Незаметно для себя Петя уснул. И ему приснился удивительный сон. Конечно, это был не собачкин сон, а человеческий, но Петя был уверен, что он проник в тайны Кнопиного сна.

Сначала по спокойной глади воды пошли большие круги, а потом в самом центре появился трон, на котором восседал морской царь Нептун в золотой короне. Весь он был опутан сверкающими на солнце водорослями, а в руках держал трезубец – символ своей власти.

Трон морского царя окружали русалочки, на зеленых волосах которых красовались веночки из белых лилий. Нептун ударил трезубцем по воде и громко проговорил:

– Я хочу поведать вам одну тайну. Готовы ли вы слушать, дети мои?

– Да, – пропели русалочки. Их голоса были похожи на дуновение ветерка, на шелест камыша, на стрекотание кузнечиков и даже на песни лягушек.

– Давным-давно на месте этого озера возвышались могучие деревья. Вокруг был непроходимый лес. Но однажды пришли сюда лесорубы с острыми топорами, и стали валить могучие кедры, сосны и ели. Расчистили они себе поляну и построили жилища.

Потом построили небольшой заводик, где решили делать кирпич, чтобы строить новые более прочные дома. Кирпичи делали из глины, которую добывали здесь.

Нептун стукнул трезубцем по воде, от этого в разные стороны разбежались большие круги, и послышался звук, похожий на стон.

– Сначала людям добывать глину было очень легко, она лежала на поверхности, и взять ее можно было при помощи лопат. Но, чем больше глины брали люди, тем меньше ее становилось. Незаметно на месте ровной поверхности появился глубокий карьер. Теперь, чтобы добыть глину людям понадобились специальные машины – экскаваторы и специальные вагончики, чтобы доставлять глину из карьера на завод. С первыми лучами солнца вставали люди, и лишь с наступлением темноты заканчивали свою работу. Но однажды пришли люди на рассвете к своему карьеру и ахнули. Вместо глубокой, уродливой ямы появилось красивейшее озеро с чистейшей водой, сквозь которую были видны все экскаваторы, вагонетки и рельсы, оставшиеся на дне. Погоревали, погоревали люди и ушли в другие места, а берег озера облюбовали белые лебеди. Постепенно уродливые берега выровнялись, выросли на них трава, цветы, ягоды, зазеленела молодая поросль.

Но не долго оставалось озеро забытым. Кто-то распустил слух, что на дне озера лежат несметные богатства. Толпы кладоискателей примчались сюда. Но всех их ждало разочарование. Никакого золота и драгоценностей здесь никто не нашел. Люди только спугнули лебедей, перебаламутили воду, вытоптали траву, вырвали цветы и ягоды, поломали молодые деревца и ушли восвояси, распустив об озере дурные слухи, что здесь кикиморы и водяные живут, людей в черный омут заманивают.

А не знают они того, что сам морской царь Нептун следит за водными богатствами земли, что вода в озере темная лишь потому, чтобы скрыть от людских глаз настоящие сокровища – чистейшие родники с живой водой. Это и есть та тайна, о которой я вам хотел поведать. Смотрите, никому о нейне рассказывайте…

– Не расскажем, – пропели русалочки, подняв над головами фейерверк разноцветных брызг.

Петя потянулся, открыл глаза, внимательно посмотрел на Кнопу и выдохнул:

– Вот это да! Ну ты, Кнопа, даешь…

– Рр-а-ав, – тявкнула Кнопа, приоткрыв один глаз.

Петя поднялся, поклонился озеру и громко проговорил:

– Простите Ваше морское Величество, что я камешки в вас бросал. Обещаю, что больше такого не повторится. И еще обещаю, что я про тайну вашу никому не расскажу. И Кнопа тоже никому не расскажет. Так ведь, Кнопа?

– Рр-а-а-ав, – тявкнула Кнопа, радостно завиляв хвостиком.

– О какой это тайне ты тут болтаешь? – похлопав Петю по плечу, поинтересовался Свистунов.

– О тайне? – воскликнул Петя, округлив глаза.

– Да-да, о тайне, о тайне, – строго сказал Свистунов. – Выкладывай, что там у тебя еще за тайна такая появилась.

– Да не появилось у меня никакой затайны, – замотал головой Петя.

– А вот я тебя сейчас к Микстуркиной отведу и заставлю эликсир честности пить, тогда ты у меня сразу сообразишь, о какой тайне речь идет, – сверкнул глазами Свистунов.