Вспоминается мне удивительный случай, произошедший со мной огненным летом две тысячи десятого года от Рождества Христова.
Аномальный июль иссушал жизнь: по всей стране бушевали лесные пожары. Злободневной темой для
отца стал парниковый эффект и человеческое свинство в отношении к природе. Он говорил: «Когда же уже человечество поймет, что, подчинив себе силы природы, оно само забьёт себе последний гвоздь в крышку гроба?!». Мои беззаботные и скучные деньки тянулись ленивой соленой карамелью. От жары приходилось спасаться в доме, редкие вылазки на речку несильно помогали: ближайший пляж находился за распростёртым золотым покрывалом полей протяжённостью в несколько километров, преодолевая которые, приходилось нехило пропотеть, Да и вода была настолько теплой, что купаться в ней не доставляло никакого удовольствия.
Моей жизненной необходимостью были прогулки на природе, но в такую погоду особо не погуляешь днем. Конечно же никто не отпустил бы девятилетнего мальчика гулять ночью, когда жара хоть немного, но спадала.
Я лежал в кровати. Легкий ветерок поглаживал белые прозрачные занавески сквозь распахнутую форточку. За окном восходила из розовато-синего, уже готового потемнеть, градиента, огромная оранжевая луна. Она, будто-то
младший брат, пыталась подражать безжалостному солнцу. В ту ночь мне не спалось – усталости я никакой не ощущал, да и с чего бы? Я лежал и, как часто бывало перед сном, погружался в свой воображаемый мир. Особенно сильно я любил придумывать страшилки, где я – главный герой. Сочиняя новую историю, я с нетерпением дожидался встречи с друзьями, чтобы поведать её, за что получил доброе прозвище – сказочник. Вспоминаются некоторые обрывки этих историй, например, такой момент: «…и тогда, призрак схватил моего кота и понесся к озеру. А я догнал и так отдубасил призрака, что тот больше не появлялся!» Для чего ему понадобился мой кот, да и как возможно «отдубасить» приведение, меня как-то не волновало.
Луна поднималась все выше и холодела, теряя свои огненные цвета. Вдоволь нафантазировавшись, я все же не мог уснуть и ворочался в постели. Близилась полночь. К тому моменту родители уже спали. Прохладный ветерок, ночная свежесть, бледный свет луны, что придавал ночным пейзажам свою особенную красоту – все это так и манило выйти на природу и предаться прохладным объятиям ночи. Лукавая мысль о побеге из дома уже долго меня не покидала, и вот – взяла верх над послушанием.
