Петр III
Шрифт:
Продолжение ваканций по случаю предстоящаго путешествия в Москву.
Там занятия идут медленно.
Personnelle Morale о Петре I. История и Dagnet, Insruction d'un Prince.
Охота в Измайлове и прогулка верхом.
Прибытие принца Августа из Голштинии в Марте месяце. Его Светлость привез для Ее Величества портрет принцессы Цербской, написанный в Берлине живописцем Реше. В этом портрете почти нельзя было узнать кисти этого художника, потому что он от старости потерял силу и прекрасный талант.
Его обхождение с великим князем.
Живет при Дворе с своими адъютантами — полковниками Фон Шильдом и Хагером.
Императрица приказала взять из
Прибытие княгини Ангальт-Цербской с ея дочерью. Восторг Императрицы. Характер этой прекрасной и умной княгини. Императрица Елисавета первое время была ею совершенно очарована. Она подарила ей тогда драгоценный перстень с большим брильянтом и сказала: «Так как он был назначен ея прежнему жениху, епископу Ейтинскому, брату княгини, который умер до обручения, то она дарит его сестре его, чтоб еще раз скрепить их союз».
В ноябре торжествовали обручение и наименование невесты великою княжною.
Ея Величество занемогла воспалением в груди и лежит при смерти. Суше и Боергаве дежурят при Дворе.
Нарыв в легких прорвался, и она выздоравливает; чудо от Св. воды из Троице-Сергиевой лавры, настоятель которой щедро награжден подарками.
Болезнь доставила великому князю полную свободу к праздности и фамилиярному обхождению его с своими служителями.
Путешествие Двора летом в Киев.
Великий князь получил в подарок Ораниенбаум.
Великий князь занемог колотьем в боку (pleuresie). Хирург Барре кинул ему кровь три раза в продолжение двенадцати часов.
Императрица посылает свою камер-юнкферу рассказывать ему сказки из 1001-й ночи (. . Абрамова, впоследствии Мелыунова).
1745 года, в феврале, великий князь в Хотилове; на половине дороги от Москвы до Петербурга занемог настоящею оспою.
В ноябре 1744 года была у него в Москве ветреная оспа, которую доктор Суше принимал за настоящую, но Боергаве признал за ветреную и в доказательство предсказал настоящую через несколько месяцев.
Императрица, тотчас по возвращении своем в Петербург, отправилась назад в Хотилово, сделала там все нужные приготовления и осталась сама в течение двух месяцев. Великая княжна с матерью находилась также при Ея Величестве.
Великого князя лечат по старой методе, в теплой комнате; весь дом обит войлоками и досками, как футляр.
Хотиловской ямщик, Патрикевич, сделан придворным ямщиком, а по восшествии великого князя на престол произведен в Титулярные Советники в Ямской Приказ.
1745 года, в феврале. Двор благополучно возвратился и праздновал день рождения великого князя (10 февраля) балом и аллегорическим фейерверком. Императрица спешит бракосочетанием великого князя. Приготовления продолжаются до 25 августа, когда оно и было совершено (врачи советовали, чтобы оно было отсрочено, по крайней мере, на год).
Ея Величество произвела наставника великого князя в надворные советники и в его библиотекари, с непременным приказанием быть постоянно при великом князе, чтобы Его Высочество мог пользоваться его наставлениями. Она приказала ему, чтобы он каждое утро присутствовал при вставании и одевании великого князя, чтоб удержать дерзких камердинеров и лакеев от непристойных разговоров с Его Высочеством. Некоторые из них были вдруг отосланы, между прочими камердинер Румберг сослан в крепость, а потом в Оренбург, откуда возвратил его
25 августа совершено бракосочетание с великим торжеством.
Вскоре после этого мать великой княгини возвратилась в свое княжество Ангальт-Цербст.
Она возбудила в канцлере подозрение своим прусским и французским образом мыслей, и потому он хлопотал у императрицы об ускорении отъезда и бракосочетания, которое, однако ж, по причине оспы совершилось в августе следующего года. Так как она придерживалась более партии Лестока и графа Брюммера, чем канцлер, граф Бестужев, то ее лишили благосклонности и доверия императрицы, которая, чтоб удалить ее, спешила бракосочетанием великого князя вопреки советам придворных врачей. Великий князь дал отставку своему прежнему обер-гофмаршалу, графу Брюммеру, и обер-камергеру Берхгольцу, предложив им должность в Голштинии. Но они, не доверяя миру, отказались и получили от императрицы, чрез обер-егермейстера, графа Разумовского, ежегодную пенсию: первый в 3000 р., а второй в 2000 р., и избрали своим местопребыванием Висмар, где граф Брюммер умер через несколько лет, но Берхгольц жил до 177… года [32] .
32
Фридрих Вильгельм Берхгольц (1699–1765) находился в России в 1721–1728, 1742–1746 гг. Автор «Дневника», представляющего исторический интерес.
1745-й. В безбрачном состоянии великий князь проводил время в одних увеселениях.
Для ежедневного обхождения находятся при Его Императорском Высочестве его дядя, принц Август голштинский, подполковник Шильд, адъютант принца Августа, камер-юнкер Вилльбуа и Чернышев, голштинский камергер фон Дюккер и проч.
Место обер-гофмейстера занял при нем генерал-фельдцейхмейстер Репнин. Для договора, касательно Голштинских дел, тайный советник Пехлин (фон Левенбах — министр, а голштинский камергер фон Бразен — секретарь).
Штелин по утрам, во время одевания Его Императорского Высочества, читает ему газеты и объясняет их в разговоре, но и это случается не каждый день; все употребляется на забавы, на пригонку прусских гренадерских касок, на экзерцицию с служителями и пажами, а вечером на игру.
1746-й. Двор великого князя провел лето в Ораниенбауме; там, на лугу, была выстроена крепость и зала с несколькими отделениями, где давались частые празднества, как, например, день обручения с иллюминацией, пушечной пальбой и проч. Комендант крепости, граф Головин, камергер и гофмаршал великого князя.
Там в первый раз высказалась в большом размере страсть к военному (militaire marotte) в Его Высочестве устройством роты из придворных кавалеров и прочих, окружающих великого князя. Он сам — капитан, князь Репнин — его адъютант.
Вечером и утром стрельба с вала крепости [Екатеринбург] сигналы; ежедневное ученье, маршировка, маневры с огнестрельным оружием, с 4 часов после обеда до позднего вечера.
Возвращение из Ораниенбаума в Летний дворец. Экзерциции с служителями и пригонка аммуниции продолжаются потом к величайшему неудовольствию императрицы. Ложный доклад об этом Ее Величеству Репнина был открыт после точнейшего исследования. Чрез это он лишился доверия императрицы и вскоре после этого был послан, при вспомогательном войске, к союзной армии в Германию. Он дошел только до Бромберга, потому что в Ахене был заключен мир, и умер на обратном пути.