Петля

Евгений Кострица

Бездна глубокого космоса цвела пестрым шлейфом туманностей и миллиардами звезд. Казалось, протяни руку и зачерпнешь полную горсть. Это обманчивое ощущение близости скрывало непостижимую для нас бесконечность. Ее безграничную пустоту невозможно принять, ум требовал хоть какой-то опоры. Надежды, мечты, даже любовь – всё обреченно тонет там, где нет ни света, ни тьмы. Нет и того, кто бы это отметил. Того, кто бы там жил.

Настроения не было, мысли вязли, пропитанные угнетающе мрачной патетикой, и асур раздраженно

мотнул головой. Это движение разбудило гнездо белых змеек, украшавших череп благородного демона вместо волос. Три красных глаза под ними гневно сверкнули. Последняя попытка добыть артефакт закончилась столь же бесславно, как и все остальные. И всё из-за банальной привязанности к обычному смертному! Другим словом эту глупость назвать просто нельзя.

Недалекие люди! Истинная любовь доступна лишь божествам и асурам! Она возвышенна, драгоценна и редка, как пульсар. И, конечно же, ее нельзя получить просто так. Человек слишком мало живет, чтобы это понять. Такая любовь – дар и проклятие. Вкусивший ее обречен блуждать в лабиринтах многие жизни. Сколько их уже позади?

Мара сжал кулаки так, что когти впились в ладонь. Боль отрезвляла. После гибели Нимы, он не находил себе места ни в одном из миров. Все бессмысленны и пусты без нее, в них лишь неясные тени. И все же реинкарнация где-то случилась! Ее надо найти.

Сделать это стало единственной мечтой и надеждой. Для этого можно использовать энергию забывшихся в аватарах божеств. Проекции этих могучих существ скитаются по мирам, как и все. Как правило, распознать их почти невозможно, но Мара нашел подходящую жертву. К сожалению, Черный Кроль дал достойный отпор.

Поначалу условия и обстоятельства складывались довольно удачно, но почему-то опять неудачно сыграли в конце. В самый последний момент цель ускользала. И так повторилось несколько раз.

Мара не понимал, где ошибся. «Семь Стражей Глаза» спутали карты его тонкой игры. Просчитать всё мог бы только сам Бшишма или демон Лапласа. Но уж никак не обычный асур.

После очередной неудачи Мара решил больше не лезть на рожон. Разумнее зайти с черного хода. Использовать кого-то из свиты и завладеть оружием Черного Кроля. Только так можно выиграть эту игру.

И потому асур мрачно просматривал несколько доступных ему измерений. Благо в свое время сделал закладки, позволяющие спроецировать себя прямо в них. Крошечный вирус в теле Сансары. Когда-то Мара считал себя одним из тех, кто ее сотворил. Но тот, кто лишь посадил ядовитое семя, не может называться творцом. Скорее, одно из условий проявления того, что до этого мирно спало.

Так или иначе тьму разбудили, и Сансара неожиданно быстро распространилась по смежным планам. Одна капля упавших чернил пропитает всю книгу. Один синтетический разум изменит весь мир.

Но пока этот чуждый интеллект еще по-своему детский. С ним не должно быть проблем, он только знакомится с миром. Изучает божеств, монстров, людей. Проблема в другом. И это «другое» принимает очень разные формы.

Мара отчетливо понял, что Нима не хочет видеть его…

Последнее утро уходящего года у Мити не задалось, хотя вроде бы хорошо начиналось. Перед завтраком удалось выменять благородно заплесневевший сыр на стакан сладкой жидкости, которую здесь гордо называли компотом. Зелье давало прибавку к ловкости на весь день, но изысканно вонючий сыр обожали рогатые мыши. Шельмы игнорировали штатные сухари, которые нехотя выдавал завхоз для прикормки.

Разумеется,

без бонуса к ловкости можно обойтись, но ободранные коленки лечить дороже. За рога щедро платили, а их легко сломать, когда тащишь мышь из норы. Без сыра в нее придется лезть самому, а ушлые грызуны своих не сдавали и до последнего держали друг дружку за лапки.

Митя не любил наряд в подвал за сырость, щипучих призраков и говорящую плесень. А главное – Веруся панически боялась мышей, а значит, опять свалит на него всю работу. В прошлый раз в рану попала инфекция, и лекарства пришлось покупать за баллы заслуги. Спасти от острых мышиных клыков могла бы броня, но на Митиной одежке ее почти не было. Его стиль предполагал скорость и выносливость, а мальчики, выбравшие специализацию «Защиты», ходили не спеша и с достоинством. Как правило, они носили суровые черные шорты и белоснежные рубашки с коротким рукавом. Контраст символизировал силу духа и серьезность суждений, а с ними в детском саду традиционно непросто. Этот наряд неплохо держал средней силы укус, а в комплекте с полосатыми гетрами добавлялось еще и сопротивление к сплетням и магии зависти.

Правда, полосатых в группе Мити было немного. Обычно в них щеголяли дети постарше. У них за плечами не один рейд «За Гараж». Жаль, что маленьких туда не пускали. Зверюги водились там злые и знатные. Мите они были не по зубам, но он не раз представлял, как бросит под ножки Веруси дивную шкурку. Пушного щенколыба добыть мог не каждый. Даже тех, кто выдерживал заряд умиления, монстр бывало жестоко зализывал.

Воскрешение для младшей группы не столь болезненно, сколь унизительно. Болевой порог снижен до рекомендуемых отделом социальной опеки значений. Процесс занимал примерно два дня и вешал проклятие бессилия еще на три, списывая драгоценные баллы «заслуги». Их у Мити было немного. Упасть в глазах Веруси нельзя, поэтому он взял сыра на двоих, хотя в канун Нового года цена явно завышена.

Обменный курс колебался для каждой позиции из меню в зависимости от выданных няней нарядов. Особенно ценились кубики сахара и сухофрукты с бонусом к силе. Для Мити же больше важна выносливость, которую давала только ароматная мясная подливка. К несчастью, сейчас она бессмысленно сохла на рубашке обидчика.

Виной тому стала глупая выходка разъяренной Веруси. Глупая, потому что осадить наглеца можно было умнее. Новичка, которого вчера привели в группу, звали Диманом. Паренек день присматривался, а на раздаче еды вдруг решил резко изменить свой статус в иерархической лестнице. Возвыситься проще, унизив другого, надо лишь найти безобидную цель. Недолго думая, Диман выбрал самую щуплую. Мальчик в зеленых колготках держался особняком выглядел странно. Кто б такие надел в здравом уме?

Только изгой. Пария, подбирающий ненужные шмотки. Так считали многие, кто Митю встречал первый раз. Он был худым, но жилистым, а это не считывалось в общедоступной статистике. Да, полоска жизненных сил коротка, зато и таяли они неохотно.

Новичок запустил пробный шар, ядовито сострив по поводу зеленых колготок. Очередь с подносами мгновенно затихла. По морде здесь давали за меньшее, но объект насмешек лишь раздраженно поморщился. Свои Митю знали и старались держаться от него на дистанции. В повышении репутации он давно не нуждался, а недалекий Диман не виноват в своей глупости. Это генетика. Иначе, как можно не заметить Верусю? Рыжее исчадие ада ходило за Митей как тень, выглядя милым и славным ребенком. Но только для тех, кто ее хорошо не узнал.