Пьесы
Шрифт:
Гульсум. Я.
Фикусов. А этот конверт?
Гульсум. Не видела! Взяла из почтового ящика и отнесла в кабинет. Может, он среди газет был?
Фикусов. Позови Зариму!
Гульсум. Хорошо! (Уходит.)
Фикусов (вслед). Да ничего хорошего! (Осторожно берёт пулю двумя пальцами.) Пуля! Предупреждение!
Заходит Зарима.
Зарима. Что случилось, отец?
Фикусов (бегая по зале). Отец! Отец! Случилось самое страшное! (Трясёт в руке злополучный конверт.) Откуда этот конверт?
Зарима (испуганно). Не-е знаю!
Фикусов. Ничего не знаешь про конверты, присланные в мой дом?!
Зарима. Я же ни с кем не переписываюсь. За полгода одно письмо от брата.
Фикусов. Из тюрьмы?
Зарима. Сам знаешь откуда!
Фикусов. Читай! (Протягивает ей письмо.) Дорогому Флусу Миннатовичу.
Зарима. Отец, это же не мне!
Фикусов. Да кончай ты своё «Отец! Отец!». Чтобы я стал отцом, ты должна была родить хотя бы одного ребёнка. Отец! Отец! Этот конверт не только для меня, а для всей нашей семьи!
Зарима. Не понимаю.
Фикусов. Объяснят, душечка, придёт время, объяснят! Всё поймёшь!
Зарима (ещё раз читает конверт). Да тут ни адреса, ни печати!
Фикусов. Тогда как это попало в мой дом?! На мой стол?!
Зарима. С журналами, с газетами принесли.
Фикусов. Что?! А если в наш дом принесут бомбу, об этом тоже никто не узнает?!
Зарима. Так ведь почтовый ящик на воротах висит. Кто угодно мог положить.
Фикусов. Кто наш почтальон?
Зарима. Не знаю.
Фикусов. А что ты вообще знаешь? Ты видела Азраила, ангела смерти?
Зарима. Я ещё не умирала.
Фикусов. А я уже вижу! Скоро и ты увидишь! (Тычет ей чуть ли не под нос пулю.) Что это?
Зарима. Пуля. Откуда?
Фикусов. Из конверта.
Зарима. Из конверта?
Фикусов (по слогам). Да. Из кон-вер-та вы-ле-тел ан-гел смер-ти Аз-ра-ил!
Зарима. Может, пошутил кто?
Фикусов.
Зарима. Может, Гульсум знает?
Фикусов. Задёрни оконные шторы! Живо!
Зарима. Посреди белого дня?
Фикусов. С сегодняшнего дня мы будем зашториваться и днём!
Зарима (закрывает шторы). Темно же…
Фикусов. В могиле темнее, чем в этой комнате.
Зарима. Типун тебе на язык!
Фикусов берёт пулю, выходит на передний план, на левый портал ставит пулю, на правый – встаёт сам.
Фикусов. Вот я и вот она! Видишь разницу?
Зарима. Она железная, а ты – дубовый.
Фикусов. Дура! Она – маленький кусочек свинца величиной с полмизинца. А я – живой мужик весом в центнер. Но она сильнее и быстрее меня! Она может уничтожить меня за секунду! А я беспомощен перед ней. И я, и ты! Все мы бессильны перед ней! Будь ты хоть ангел во плоти! Догонит! Эта пуля – неумолимый Азраил!
Зарима. Не каркай. Наверняка это шутка.
Фикусов. Шутка?! Может, и с директором московского «Спиртпрома» так мило пошутили? (Потрясает газетой.) Прямо в голову, сукины дети… Думаешь, у Флуса Миннатовича, руководителя с тридцатилетним стажем, нет врагов?
Зарима. Не сомневаюсь. А вот есть ли у тебя друзья?
Фикусов. Я сам различу друга от врага.
Зарима. Ой ли?
Фикусов (берёт пулю в руки, сам себе). Кому-то не нравится, как мы живём. Действительно! Кому понравится, что ты нежишься в бассейне десять на десять? Или что ежегодно отдыхаешь на Канарских островах? Думаешь, кто-то испытывает удовольствие от того, что ты живёшь во дворце и ездишь в шикарных иномарках? Это даже брату родному не понравится. Особенно, если он сидит в тюрьме. (Зариме.) Поплотней занавесь!
Зарима. Закрыла все!
Фикусов. Врёшь! Вон щёлка! Ослепла?
Зарима. Вот сейчас тебя будут искать через эту щёлку!
Фикусов. Они искать не будут. Техника найдёт. Бинокль, оптический прицел… Какой только нынче техники нет… Они могут застрелить меня с крыши через камин! Скажи этой дуре, чтобы закрыла дымоход! Как бы гранату не кинули…
Зарима. Скажу, скажу… Может, сообщить в милицию?
Фикусов. Что сообщить? Ты в своём уме?