Пьесы

Мамилиев Аширмурад

Мария складывает бумаги в папку и тоже выходит.

Входят К а л а ш и н и К у р б а н - Т и л ь к и ч и.

К а л а ш и н. Итак, Тилькичиев, вы против назначения Гельды-Батыра командиром добровольческого отряда?

К у р б а н - Т и л ь к и ч и. Решительно против, товарищ Калашин.

К а л а ш и н. Но почему, почему, черт возьми?! Ведь его рекомендует на этот пост сам Атабаев! Лично звонил сегодня.

К у р б а н - Т и л ь к и ч и. Вы — новый

человек, товарищ Калашин. Всех наших дел не знаете. Мы здесь, на местах, лучше знаем своих людей. Последнее слово должно быть за нами.

К а л а ш и н. Для меня вопрос не ясен, черт возьми!

К у р б а н - Т и л ь к и ч и. Сейчас объясню. Вы видели жену Гельды-Батыра? Она только что была здесь, разговаривала с Марией. Так вот, Сахрагюль — родная сестра Мердана-Пальвана. Вы понимаете, басмача Мердана-Пальвана?!

К а л а ш и н. Неужели родная сестра, черт возьми?

К у р б а н - Т и л ь к и ч и. Да, единоутробная.

К а л а ш и н. Действительно, фактик! Но Атабаеву я обязан подчиниться. В последнее время ваш Мердан-Пальван действует не так активно, как прежде. Очень нетипичный басмач, черт возьми! Мечется. Сначала был на нашей стороне и принимал активное участие в борьбе с белогвардейцами и интервентами. Затем заступился за Аталы-бая и поссорился с нами. После этого, говорят, побывал за кордоном в гостях у самого Джунаид-хана. Кажется, после этой встречи он прозрел. Вернулся — и весь свой скот поголовно отдал государству.

К у р б а н - Т и л ь к и ч и. Когда ваш предшественник Иванов в прошлом году встретился и поговорил с ним, он опять согласился помогать нам. И опять дружба не вышла. Однажды ночью вскочил на коня и снова подался в пески. Ни с того ни с сего.

К а л а ш и н. Ни с того ни с сего ничего на свете не бывает, Тилькичиев. Запомните это. Диалектика! Вы с Ивановым и загнали его в Каракумы, черт возьми! Левак вы, Тилькичиев! Как минимум — левак!

К у р б а н - Т и л ь к и ч и. Товарищ Калашин, у туркмен есть поговорка: «Волчонка не приручишь». Мердан-Пальван — коварный барс. Он и до революции занимался разбоем, грабил людей. На него нельзя ни в чем положиться, ему нельзя верить. Сотня-другая овец, которых он для виду передал государству, едва ли составляет десятую часть его отар. Если я не ошибаюсь, его скот должен находиться где-то возле Уч-депе или же в урочище Гум-гиден.

К а л а ш и н. Откуда у вас такие подробности, Тилькичиев?

К у р б а н - Т и л ь к и ч и. Да уж знаю. Туркмены — народ подвижный, много ездят по пустыне — туда-сюда, все видят, все замечают.

К а л а ш и н. Так, так. По моим сведениям, до революции Мердан-Пальван грабил только богачей.

К у р б а н - Т и л ь к и ч и. Не только, не только! Бедняки тоже пролили немало слез из-за него.

К а л а ш и н. Тилькичиев, хочу спросить у вас одну вещь.

К у р б а н - Т и л ь к и ч и. Спрашивайте, товарищ Калашин.

К а л а ш и н. В девятнадцатом году вы отказались служить в отряде Гельды-Батыра? Ушли от него. Причина?

К у р б а н - Т и л ь к и ч и. Вы уже спрашивали меня об этом.

К а л а ш и н. Да, спрашивал. Но тогда вы ответили мне весьма туманно.

К у р б а н - Т и л ь к и ч и. Честно говоря, товарищ Калашин, мы с Гельды-Батыром просто не любим друг друга.

К а л а ш и н. Из-за

чего?

К у р б а н - Т и л ь к и ч и. Да так…

К а л а ш и н. А все-таки?

К у р б а н - Т и л ь к и ч и. Это допрос, товарищ Калашин?

К а л а ш и н. Я хочу знать.

К у р б а н - Т и л ь к и ч и. Хорошо, скажу. Я был заместителем командира отряда. И я потребовал ликвидировать Мердана-Пальвана как классового врага, как изменника. Комиссар отряда был согласен со мной. Дело в том, что в самый драматический момент боя с белогвардейцами и англичанами Мердан-Пальван со своими нукерами повернул коней и умчался в аул. Он предал нас. Это было покушение на революцию. Из-за него погибли бойцы. Мы обратились в ревтрибунал, потребовали расстрела Мердана-Пальвана. Нам удалось поймать его. Но Гельды-Батыр каким-то образом организовал ему побег. Вскоре он женился на его сестре. Вот почему я ушел из отряда. Я решил, что мне нечего делать в отряде врага.

К а л а ш и н. Легче, легче, Тилькичиев! Субъективные оценки оставьте при себе!

Входит Г е л ь д ы - Б а т ы р.

Г е л ь д ы - Б а т ы р. Разреши, Владимир Петрович?

К у р б а н - Т и л ь к и ч и. Мы заняты. Подожди немного.

К а л а ш и н. Входи, входи, Гельды-Батыр! Здравствуй! Почему не позвонил из Ашхабада?

Г е л ь д ы - Б а т ы р. Не было возможности, Владимир Петрович.

К а л а ш и н. Ну, удачно съездил?

Г е л ь д ы - Б а т ы р. Кое-что сделал.

Входит А н т о н о в.

А н т о н о в. Разрешите? Привет старым знакомым!

К у р б а н - Т и л ь к и ч и. О-о-о, товарищ Антонов! Какими судьбами? Здравствуйте, здравствуйте!

А н т о н о в. Здравствуйте, Тилькичи. Слышал, слышал! Стали большим начальником. Поздравляю.

К у р б а н - Т и л ь к и ч и (улыбчиво). Товарищ Антонов, мы с вами давние знакомые, а вы все никак не можете запомнить, как меня звать. Я не Тилькичи — Тилькичиев. Хорошо?

А н т о н о в. Простите. В отряде вас звали все Тилькичи, вот и я тоже.

К а л а ш и н. Добро пожаловать в наши края, товарищ Антонов! Наслышан.

А н т о н о в. Спасибо. Будем вместе работать.

Г е л ь д ы - Б а т ы р. Владимир Петрович, просили тебе передать. (Достает из нагрудного кармана бумагу, передает Калашину.)

К а л а ш и н (читает). Так, ясно. (Передает бумагу Курбану-Тилькичи.) Вот познакомьтесь.

К у р б а н - Т и л ь к и ч и (читает). Что это значит?

Г е л ь д ы - Б а т ы р. Это — приказ, Тилькичи. Азата-Шемала надо освободить.

К у р б а н - Т и л ь к и ч и. Азат-Шемал — предатель. Потому и арестован. Его отец, его брат…

А н т о н о в (перебивает). Вы неправильно арестовали его, товарищ Тилькичи.

К у р б а н - Т и л ь к и ч и. Тилькичиев.

А н т о н о в. Да, Тилькичиев.

К у р б а н - Т и л ь к и ч и. Товарищ Калашин, но ведь…