Песня кукушки
Шрифт:
За их спинами ниже по склону мелькнул свет — бело-желтые огни, послушно порхающие взад-вперед и прикрываемые листвой. Лампы или ручные фонари.
— Пен, — выдохнула Не-Трисс, — они идут. Они идут за нами, Пен.
Она отчаянно уставилась на круглое упрямое лицо Пен. «Пожалуйста, Пен, пожалуйста! Я едва сдерживаю крик! Не заставляй меня нести тебя! Я не могу! Я не могу!»
— Нам надо выбраться на дорогу, Пен, — услышала она свой голос. — Станет легче. И мы уже почти там.
— Лгунья… — пробурчала Пен, с болезненной медлительностью поднимаясь на ноги. — Лгунья…
Но она продолжила подниматься в гору, с всхлипыванием втягивая воздух.
Когда начался дождь, Не-Трисс не сразу поняла. Она заметила только, что внезапно на нее обрушился свежий ледяной воздух, и лес испустил долгий вздох, словно от облегчения. Потом она почувствовала на голове тяжелые холодные крупные капли воды, и до нее дошло. Она с благодарностью закрыла глаза. Наконец-то погода на ее стороне. Теперь преследователям будет сложнее расслышать, шорохи и похрустывания, сопровождающие их шаги.
«Мы, должно быть, уже близки к вершине. Пожалуйста, пусть мы будем близки к вершине». Эти слова навязчиво крутились у нее в голове и почти утратили свое значение к тому моменту, когда она перебралась через очередную кочку и обнаружила перед собой извивающуюся, посеребренную лужами дорогу. Ее ноги горели, и голова была легкая.
— Мы пришли. — Она не смогла добавить ни капли ликования в свой голос. Осознала, что не имеет ни малейшего понятия, что делать дальше.
— Трисс, — сдавленно произнесла Пен, глядя вниз, откуда они пришли.
Не-Трисс посмотрела в ту же сторону, и все ее тело содрогнулось от паники. Преследующие их огни были намного ближе. Она даже могла различить темные очертания фигур. Что с того, что их преследователи не могли слышать их за дождем? Они знали, что девочки могут направляться только к дороге. Не-Трисс бросала взгляды туда-сюда в отчаянных поисках вдохновения, но первой заговорила Пен сквозь влажную пелену волос.
— Нам надо поймать машину. Нам нужна машина.
Пен словно сотворила призывные чары, потому что на изгибе дороги лужи стали ярче. Секунду спустя две круглые желтые фары появились из-за поворота, их свет приглушал дождь. Девочки отчаянно замахали руками в направлении приближающейся машины, и Пен завопила в попытке привлечь внимание водителя. Однако водитель и не подумал снизить скорость и перестроился на другую сторону дороги. Не успела Не-Трисс остановить ее, как Пен выскочила на середину дороги, оказавшись на пути автомобиля…
Бум. Послышался высокий детский вскрик. Не-Трисс чуть не задохнулась под струями дождя. Машина резко затормозила в десяти ярдах. На дороге навзничь лежала маленькая фигурка. Не-Трисс показалось, что ее кожа покрыта мурашками и она не владеет своим телом. Лишь через несколько секунд она смогла почувствовать свои руки и ноги, к этому времени водитель вышел из машины и с ужасом смотрел на тело Пен.
— Она… она выбежала… — беспомощно бормотал он.
— Она жива! — Не-Трисс снова могла двигать руками и ногами, хотя ей казалось, что все внутри у нее перемешалось и перевернулось вверх тормашками. — Ей надо в больницу! Вы должны отвезти ее в больницу!
Водитель присел, чтобы осмотреть
— Где ваши родители? — спросил он.
— Их здесь нет! Здесь только вы, и вы должны что-то сделать! Ей холодно, она мокнет под дождем, и ее сбила машина! — Не-Трисс теряла самообладание. Если она поведет себя неосторожно, ее крики разорвут лес на части, словно ураган. — Мы должны отвезти ее в больницу!
— Да-да, отвезем. Не бойся. — Водитель разгладил свои влажные волосы, словно приводя в порядок мысли, потом осторожно поднял Пен. Положил ее на заднее сиденье, и Не-Трисс уселась рядом.
У этой машины не было ключа зажигания, как у «санбима», и Не-Трисс пришлось наблюдать, как водитель сражается с заводной ручкой в передней части машины, чтобы включить двигатель. Не-Трисс была на грани срыва, когда он наконец сел на водительское сиденье. Едва машина тронулась с места, Не-Трисс увидела два фонаря, появившихся из леса и светивших им вслед. Ее мысли были сосредоточены на Пен, поэтому она не сразу поняла, кто это, а потом фонари исчезли за поворотом. «Не вздумай умереть, Пен. — Это все, о чем могла думать Не-Трисс — снова и снова. — Я никогда не прощу тебе, если ты умрешь».
— Около Элчестера есть больница, — сказал водитель, явно с трудом сохраняя спокойствие. — Это в двадцати милях отсюда. Всего лишь в двадцати милях. Это недолго.
Он продолжал вести отсчет, пока они ехали. Каждый раз, проезжая дорожный указатель, Не-Трисс понимала, сколько им осталось.
— Три мили, — наконец сказал водитель. — Мы проезжаем Боббек-ридж…
Именно в этот момент произошло нечто совершенно неожиданное. Пен села, бросила взгляд сквозь влажное стекло и постучала в спинку водительского сиденья.
— Эй! Можете нас здесь выпустить. Мне… уже лучше.
Водитель чуть не выскочил из кожи вон и едва не въехал в дорожный указатель. Он скатился на обочину и оглянулся через плечо.
— Что?
У Пен был чрезвычайно кроткий вид.
— Я в порядке. Просто потеряла сознание. А сейчас мне лучше. И мы живем тут рядом. — Она указала на сомнительного вида дома по обе стороны реки. — Спасибо, что подвезли!
— Эй! — Лицо водителя покраснело. — Ты что, притворялась?
Пен не стала продолжать разговор, а просто открыла дверь и выпрыгнула под дождь без каких-либо признаков травмы. Не-Трисс последовала за ней как можно скорее. Они быстро пошлепали по лужам прочь от машины, а водитель бросил им вслед подозрительный взгляд и сосредоточился на сложной задаче, как выехать обратно на дорогу.
— Ты и правда притворялась! — не веря своим глазам, воскликнула Не-Трисс. — Но… я слышала звук столкновения!
Пен пожала плечами.
— Я швырнула камень в крыло машины и закричала. Машины всегда останавливаются, когда думают, что кого-то сбили. Ты ничего не знаешь, да? — Секунду спустя самодовольство на ее лице увяло и зубы застучали. — Мне надо в туалет, — решительно объявила она, затем повернулась и неловкими шагами начала спускаться по мокрым деревянным ступеням к берегу реки.