Песня дельфина
Шрифт:
— Нужно все проверить. А что если найдем?
На втором этаже на самом деле располагался бар, но он был далеко не пустым. Вдоль стены лежали в ряд мотки пластикового провода, у окон стоял письменный стол и шкаф для хранения документов. В комнату проникал тусклый лунный свет, но его для поисков не хватало. Ребята внимательно осмотрели помещение, убедились, что в нем никого нет, подождали некоторое время и наконец рискнули зажечь фонарь. Первым делом они увидели пластиковые провода:
— Кабели! — воскликнула Мартина.
— Тогда мы, может,
Но в шкафу для бумаг, как и в коробках в столовой, ничего интересного обнаружить не удалось. Обычные документы, совершенно невинные. Только почерк сильно хромал. Заказы на цемент, письма от планового отдела о задержках в строительных работах.
— Было бы здесь что-то важное, дверь бы заперли, — разочарованно сказал Бен. — Компьютеры, телефоны и радиопередатчики, наверное, в жилом доме.
Они уже хотели уйти, но тут Мартина заметила под столом корзину. Девочка взяла у Бена фонарь и отодвинула стул. В корзине лежал смятый клочок бумаги, Мартина достала его и разгладила. Это оказалась распечатка письма с электронной почты. Кто-то оторвал адрес отправителя, но само сообщение осталось:
«Уважаемый М., спасибо, что любезно разрешили провести дальнейшие испытания в назначенный срок у берегов острова Дюгонь. Они состоятся в 12 часов, сила звука составит 235 децибел. Оплата, как и раньше. ВС».
— Испытания сонаров, — Бен присел рядом с Мартиной. — Больше нечему. Что еще измеряется в децибелах? Все-таки эти люди связаны с сонарами.
Мартина осмотрела лист.
— Даты нет, но, скорее всего, об этих испытаниях говорил Клавдий. Значит, времени у нас — до завтра, до полудня. Или завтра уже наступило? Сейчас уже, наверное, за полночь?
Она выключила фонарь.
— Слушай, Бен, киты на Багамах погибли как раз от 235 децибел. С этих цифр начинается наш номер в Савубоне, поэтому я и запомнила. Под водой шум от такого сонара не меньше, чем от ракеты.
— Значит, дело очень серьезное. Надо найти телефон или радиопередатчик и послать сообщение отцу на корабль. Если дозвонимся, он свяжется с береговой охраной или морским ведомством. Без помощи нам не обойтись.
Низко пригнувшись, дети пошли к выходу в форме арки. Бен приложил палец к губам.
— Шшш! Ты слышала?
— Слышала что? — шепнула Мартина, но было уже поздно. Кто-то больно ударил ее по лицу, повалил на пол и заломил руку.
28
— Ну, по крайней мере, мы попытались, — сказала Мартина, — сделали все, что в наших силах.
— Да, — согласился Бен.
— Но мы всего лишь дети! Глупо было думать, что мы сможем перехитрить людей, которые взрывают мант. Тем более тут, на каком-то заброшенном острове.
— Ты права. Мы всего лишь дети.
— Только вот… — с тоской сказала Мартина. — Я все думаю, а что было бы, если бы мы по-другому себя повели? И нас бы не поймали? И мы все еще могли спасти дельфинов? Мне плохо от одной мысли о том, как они будут
— Понимаю, — ответил Бен. — Но не все потеряно. Попытаемся сбежать и помешать испытаниям. А то такое чувство, что мы подвели Лучика, Конфетку и остальных. Мне кажется, мы можем сдержать обещание, которое дали Мини.
Трудно было не расстраиваться. Они могли помочь дельфинам, а теперь…
Детей поймал молодой сторож Фернандо и отвел их к шкиперу. Тот взбесился. Кричал, что так и знал, что Клавдий врет. Он был на острове не один. И что «Клавдиса» — так шкипер звал мальчика — непременно накажут, но «не слишком строго, чтобы не разозлить его отца».
Бен же возразил, сказав, что в некотором роде Клавдий не врал, потому что они с ним не общались.
— Когда мы попали на остров, он первым делом велел нам держаться от него подальше, — сообщил Кумало.
К несчастью, слова Бена дали обратный результат. Шкипер понял, что можно подработать. Он решил с утра отослать Клавдия отцу, а Мартину и Бена оставить у себя на пару дней. Связаться с их семьями и попробовать получить еще денег. Мартина заметила, что шкипер старается не упоминать миллион рандов в присутствии сторожа.
И тогда она сказала:
— Зачем вам еще деньги? Не хватает того, что получаете за испытания?
Шкипер как будто получил электрический разряд в несколько сотен вольт.
— Что вы знаете про испытания?! — заорал он.
— Все, — блефовала Мартина. — Мы даже знаем, что они состоятся завтра в полдень. Островитянам очень не понравится то, что вы задумали.
Если бы взглядом можно было убить, девочка бы уже сгорела.
— Посади их под замок, Фернандо! — закричал шкипер. — Я подумаю, что с ними делать.
Через несколько минут у Мартины и Бена появился шанс на спасение. Они шарили в темноте по полу, разыскивая фонарь, и тут Кумало нащупал что-то твердое и тяжелое. Мартина же наконец нашла фонарь и зажгла его.
— Не может быть! — удивился Бен и рассмеялся. — Наверное, сторож обронил, когда ловил нас. Мартина, это радиопередатчик!
Вдалеке гулким эхом отдавались чьи-то шаги.
— Бен, кто-то идет! — испугалась девочка, но друг уже набрал номер и поднес ко рту микрофон.
— Это Бен, сын Думизани Кумало. Обращаюсь к «Авроре». Как слышно?
Ответа нет.
— Это Бен Кумало. Обращаюсь к «Авроре». Вы меня слышите? — повторил он.
— Бен, нас поймают! — предупредила Мартина.
Кумало заговорил без остановки.
— Я вас не слышу, но, надеюсь, вы меня слышите. Прием, — четко произнес он. — Завтра в двенадцать у одного из островов архипелага Базаруто, у Дюгоня, будут проводиться испытания сонаров силой 235 децибел. Прием. Возможно, из-за них на берег выбросятся десятки дельфинов. Прием. Пап, если ты меня слышишь, мы с Мартиной и Клавдием Рейпьером находимся на «Райском» острове — на Святой Каролине. С нами все хорошо, но если сможешь, помоги нам после того, как спасешь дельфинов. Конец связи.