Песнь ветра
Шрифт:
– Так объясните.
Сергей Маркович крякнул и сплел пальцы на столе.
– Ну, смотрите. Если бы это был мой сон, я бы его понял так: моя мужская половина – она отвечает за логику, расчет и… тому подобное… – уже так затравила мою женскую половину… женская половина – это… интуиция… э-эм… фантазия…
– Творчество, – выдавил сквозь зубы Алексей – на него сейчас было страшно смотреть.
– Вот-вот, именно творчество… Так затравил, что моя женская половина уже смертельно устала! Она имеет великий дар и с его помощью делает какую-то важную, тяжелую – эмоционально тяжелую – работу, которую никто больше делать не хочет.
Над столом повисло гнетущее молчание. Алексей смотрел на сомнолога, как кролик на удава. Действительно, с этого ракурса многое становилось понятным. Да что там многое, кардан и форсунки – все становилось ясно, как день!!! И его писательский застой, и отсутствие идей, и даже его нынешние тщетные потуги придумать хоть что-то стоящее. И сейчас он ощущал лишь одно: судьба его фантазий целиком зависит от того, что скажет сейчас вот этот человек напротив.
Сергей Маркович, видимо, прочувствовал его состояние и сбавил обороты. Кашлянул.
– Вам, Алексей, нужно понять, кто все эти замученные и убиенные, которых она чистит.
Алексей с трудом отодрал от сомнолога намертво прилипший взгляд и отрешенно отхлебнул кофе, не чувствуя ни температуры, ни вкуса.
– Что там понимать… Книги это… мои ненаписанные книги.
По комнате пролетел маленький торнадо. Маленький, но мощный – это торнадо всегда все делал бегом. Он имел кулачки, зубы и ногти, а в некоторые моменты еще полное отсутствие инстинкта самосохранения. Но торнадо еще и рычал как одержимый, поэтому комендант успел обернуться и даже выстрелить, но пуля лишь чиркнула Миа по щеке, оставив пустяковую царапину и след от ожога. Пустяк для Мамбо, и говорить не о чем.
Миа сдала свой главный экзамен, и становилась такой же Мамбо, как и Грейс. Так как поняла наконец то, что наставница талдычила ей день и ночь, год за годом: Вуду – это самопожертвование. И любовь. Так что женской тюрьме не придется больше посылать своих почивших за тридевять земель, у них будет собственная Мамбо, и она заслужила свой ассон по праву.
Грейс шагнула вперед и ткнула коменданта пальцем в хитрую точку за ухом. Тот рухнул, как подкошенный, а вот с разъяренной Миа пришлось повозиться. Этот смертоносный вихрь Грейс еле оттащила от беспомощного мужчины, у которого в глазах вместо ненависти стоял теперь лишь слепой ужас. А ведь Мамбо не зря сомневалась в его умственных способностях: какой дурак еще будет размахивать пистолетом всего в двух шагах от заветной стены Миа? Воистину, он получил то, что и заслужил – все, до чего дотянулась кекере, было изодрано в кровь. Чудо, что уцелели глаза, но уж к чудесам Грейс была привычна.
Гладя по спине вцепившуюся в нее ученицу, которая отчаянно ревела в голос, хотя за годы обучения у Миа не было замечено ни слезинки, наставница отрешенно думала, что теперь делать с комендантом. И у нее было великое множество вариантов. О, этот бедолага совершенно забыл, к кому заявился в дом качать права. Магия Вуду – магия рабов, не имевших под рукой абсолютно ничего, что можно противопоставить хозяевам. Ничего, кроме глины и бешеной ненависти. Так появилось Вуду, и жрицы его в совершенстве изучили все,
Грейс передернуло. Какое счастье, что она не Бокор. Ненависть – их стезя, а Мамбо пусть практикуют свою. Рабы ведь еще и своих родных оберегали – и вот это как раз и привело к возникновению истинной Магии.
Миа потихоньку успокоилась. Подняла зареванное лицо, смешно шмыгая носом.
– А я думала, что мертвых вы любите больше, чем живых…
Грейс захохотала. И этого смеха стены дома не слышали отродясь. Как и не видели слез Миа – не иначе сегодня был день чудес.
– Ох, лань моя… Ты не лань, ты пантера. Иди, умойся… на кого ты похожа… стой!!! Не смей! Теперь ты – Мамбо. И больше никаких поклонов! Обряд посвящения через неделю. Все, иди с Эвой…
Миа упорхнула. Едва ли не стремительней, чем появилась.
Грейс, подперев щеку, посмотрела на коменданта. Он хотел жить. И тоже должен был рассчитывать на ее любовь – ведь у него тоже есть мпунгу… А для этого нужно снять у нее ожесточение и злобу. А с этим справится лишь Ори, владыка разума. Мамбо нашла взглядом на священной стене нужный алтарь и улыбнулась – ей расхотелось бросать свою работу.
С таким-то покладистым начальником, в котором не будет недостатка ни в доброте, ни в разуме. Ну, разве что в памяти.
И то, совсем чуточку.
Алексей сидел в машине и смотрел, как по стеклу сбегают капли. Питер… Даже зимой идет дождь. На улице плюс, сугробы вдоль дорог почернели и скукожились. Действительно, чего их убирать, если само растает. Когда-нибудь.
Из такси он ушел – есть куча другой работы, творческой и интересной – его внутренняя Хуанита должна быть довольна. Чудом спасенная Хуанита.
– Вы поймите, – говорил тогда Сергей Маркович. – Не надо зацикливаться на книгах, – творить и фантазировать можно почти в любой сфере деятельности. Единственное, к чему нужно стремиться – уходить от автоматизма и тупой обыденности. Творческий человек – он и в Африке творческий, и за станком, и за рулем… м-мм… Ну, за рулем, правда, нужно очень постараться…
– А говорили растолковывать не придется… Ва-аш со-он вы поймете без всяких толкова-аний…
И хотя он в это сомнолога не посвящал, Алексей понял, зачем его приснившаяся Хуанита чистила своих забитых людей-книг. Она отчищала их от ненужного и отпускала – чтобы эти идеи наконец дошли до писательского ума.
В котором слишком часто доминирует логика и насущные проблемы. Финансы, например.
А капли сбегали и сбегали. Рисуя затейливые, извилистые дорожки. И город сквозь них сверкал и преображался.
Тест на мораль
1
«Медея» на прошлой неделе перевалила за экватор. Это означало, что данный сервер заполнен игроками более чем на половину от рекомендуемого производителями числа – и пора уже подумывать о создании следующего. Известно, что в ролевых играх каждый хочет быть первее и сильнее всех; а какой смысл начинать, когда ранее начавшие играть конкуренты уже обскакали тебя на безнадежно недостижимую дистанцию – догонять их становится бесполезно, да уже и не интересно. Доминирующие кланы сформированы – а новичков туда практически не берут; земли поделены, и у топ-игроков маячат на горизонте финальные уровни с последними, равными себе, мобами-противниками. Дальше только космос, как говорится, – игра-то по сути бесконечная, но без развития интерес начинает гаснуть.