Песнь крови
Шрифт:
— Надеюсь, у нас получится, — недоверчиво пробормотал Маттео.
Я, будучи взрослым человеком, не обиделась.
— А у тебя есть дельные мысли? — с вызовом спросил Бруно.
Матти вздохнул.
— Нет.
Он с трудом скрыл недовольство, но я отдала должное его честности.
— Втроем мы сумеем одолеть одну вампиршу, — важно заявил Бруно.
А как же иначе?
Глава 18
Я должна была ощущать полное изнеможение. Бог свидетель: последние два дня дались мне тяжело, и
Затормозив на тенистой парковке, я набрала номер психотерапевта.
— Алло.
— Гвен? Это я, Селия.
— Как я рада слышать твой голос! — Гвен помедлила. — Я знаю про Вики. Какое горе. А как ты? Держишься?
— Не очень, — сказала я. — Вы получили мое сообщение?
— Да. Но сейчас я бессильна. Уйдя на пенсию, я просрочила время очередной аттестации. Но могу порекомендовать тебе пару-тройку специалистов. Они просто превосходны. А если ты захочешь воспользоваться услугами стационара…
— Нет.
— Разумеется, тебе такой расклад не понравится. Но почему бы не признаться в том, что ты нуждаешься в помощи? Селия, это не преступление.
— Я не собираюсь под замок, Гвен. Особенно в данный момент.
— Почему же? — спросила она.
Я попробовала ответить спокойно и рассудительно.
— Гвен, я выгляжу как монстр, а точнее, как вампир. Люди от меня шарахаются. Если меня запрут в клинике, я могу навсегда лишиться ключа от двери, — внезапно вырвалось у меня. — А когда закончатся деньги, меня переправят в тюрьму.
Гвен не стала мне возражать. Полагаю, она меня поняла.
У меня действительно были причины бояться закрытых учреждений разного рода.
— А тебя не госпитализируют принудительно? Если ты выглядишь так ужасно, как чудовище, ничто не помешает властям относиться к тебе как к монстру.
«В точку, Гвен», — подумала я.
— Это твой выбор, — произнесла она наконец. — Но я за тебя волнуюсь, Селия.
— Я с вами солидарна.
— Ты хотя бы просто поразмышляй об этом, ладно? И проконсультируйся у специалиста.
Под диктовку Гвен я записала на обороте почтового конверта имена и фамилии психотерапевтов, а также номера их телефонов. Затем наш разговор увял. Между нами возникла неловкость, которой прежде не было. Казалось, от Гвен меня отделяла толстенная стена. Мне взгрустнулось, но я поблагодарила ее и заявила, что обязательно посещу кого-нибудь из этого списка.
Поглядывая в зеркальце заднего обзора, я погнала «Миату» по трассе. Отчасти я опасалась того, что за мной потащатся агенты «Ди» и «Дам», но трасса пустовала. А может, они следили за мной незаметно. Эта мысль заставила меня нервничать,
Распахнув дверь номера, я услышала приглушенный плеск воды и голос Бруно, распевавшего «Копакобану» Бари Манилоу. Я улыбнулась. Некоторые вещи не изменятся никогда. Порой кого-то из шестерых сыновей мамаши де Лука отправляли петь на виллу их дядюшки Сала. Но по-настоящему талантливым был Бруно. И он искренне обожал хиты, которые мне казались чуточку попсовыми.
— Эй, я здесь! — крикнула я, не сомневаясь, что Бруно почувствовал, как я вошла в комнату. — И у меня — китайская еда.
Я предусмотрительно сделала заказ в придорожном ресторанчике.
Воцарилась тишина: Бруно выключил душ.
— Благослови тебя бог, женщина. Помираю с голоду.
С ним всегда так. Но обмен веществ у Бруно — как у бурундука в брачный период, а это, к счастью, не позволяло ему разжиреть. А я выбрала китайскую кухню именно потому, что я ее недолюбливаю. Не знаю, почему. Наверное, мне противен запах или внешний вид яств. В общем, я принесла еду в номер, даже не завидуя Бруно. Теперь моя трапеза опять будет состоять из бутылочек молочного коктейля. Ну и что?
Я обвела номер взглядом. Мило и просто. Стандартные сдвоенные кровати. На одной — помятое белье. Большое окно со светозащитными шторами, изящный стол темного дерева, стулья и «стенка» с гардеробом. На стене висит телевизионная панель. Я присела на ближайший стул. В это мгновение Бруно вышел из ванной с полотенцем, обернутым вокруг пояса.
Я вытаращила глаза.
Любая нормальная женщина поступила бы подобным образом. У него прибавилось шрамов и седых волос на груди, но зато — ни грамма лишнего жира. Он был в прекрасной форме. Широкие плечи, мускулистые ноги (похоже, он бегал по лестницам, как в юности — по трибунам стадиона).
Бруно расхохотался, и его улыбка сменилась знакомой язвительной усмешкой.
— У нас нет времени, — поддразнил он меня.
— Верно, — кивнула я, не отводя взгляда, хотя мне было стыдно. — Мы, пожалуй, не стали бы этого делать, даже если бы у нас имелась возможность…
— Угу, — Бруно жадно выхватил у меня пакет и вытащил яичный рулет.
Полотенце висело на его талии, стянутое лишь небрежным узлом. Если разок потянуть…
И тут он мне подмигнул.
— Я ведь только что оклемался после того раза.
Я невольно покраснела.
— Боже, я так скучал по тебе, Селия, — произнес он.
Он наклонился и нежно поцеловал меня. Его ладонь прикоснулась к моей щеке, и мое тело тотчас откликнулось.
— Мы расстались, но мне тебя не хватает, — прошептал Бруно.
— А мне — тебя, — пробормотала я с тоской.
Я сильно его любила. Почему у нас ничего не получилось? Мы же старались как могли. Но и в самый худший период секс у нас был великолепен и настолько атлетичен, что однажды мы ухитрились сломать раму кровати.