Пешки
Шрифт:
Технику для погружения в иллюзорные миры использовали в развлекательных целях. Шоу «Арена», имеющее место быть в каждом головизоре Империи, ежемесячно, из года в год проводило поединок двух команд.
Художники, психологи, декораторы, режиссёры и сценаристы упорно трудились над тем, чтобы сыграть на чувствах аудитории как можно ярче. Купание в гейзере в 30-градусный мороз, средневековое сражение, восхождение на вершину горы…. Основным критерием победы в состязании считалась острота ощущений. Создатели небольших, но запоминающихся и атмосферных роликов,
Лодж никогда не был ярым поклонником иллюзий и с осторожностью относился к программам, затягивающим сознание в чужеродное пространство. Отдыхать, бесспорно, прекрасно. Но проблемы, которые преследуют день ото дня, сами собой никуда не исчезают. Том считал себя рациональным человеком, а потому старался как можно меньше обрастать зависимостями.
Взглянуть на «Призрачный Мираж» для ознакомления с современными трендами всё же стоило. Эффект погружения он ощущал до сих пор, хотелось приложить руку к щеке, почувствовать зубы, которые есть. Лодж из последних сил сдерживался, чтобы не показаться слишком впечатлительной личностью, даже перед техническим персоналом.
Виртшлем — удовольствие не самое дешевое, но требования к безопасности в Управлении общественным порядком превыше криков разваливающегося по частям бюджета. Здоровьем сотрудников в государственных организациях рисковать не принято. Поэтому — только специализированное, безопасное оборудование.
В виртуальное пространство можно заглянуть и без каких-либо посторонних приспособлений. Малообеспеченное население, как правило, заходило в мир иллюзий напрямую, используя «Нейро». Но пропускать через сознание программу погружения — палка о двух концах.
Не только на Вентре, но и повсеместно, в разных уголках Империи частенько регистрировались случаи потери рассудка и помешательства. «Нейро» не прощала частых использований, и мечта жить в виртреальности была доступна лишь немногим, а именно тем, кто мог себе позволить купить оборудование.
Болезнь, ставшая бичом XXXVII века, проявлялась постепенно и не показывала заметных признаков до финальной агонии, когда какие-либо действия становились бесполезны. Сначала имели место безобидные нарушения сна и рассеянность, дальше — серьезнее: путаница дня и ночи, неадекватность и раздражительность. Признаки нестабильной нервной системы встречаются у 87 % населения Империи, возможно ли предугадать болезнь? Поначалу кажется, что всё происходит, как обычно, но при дальнейшем использовании «Нейро» симптомы усугубляются. Незаметно, медленно, шаг за шагом больной проходит точку невозврата. Тело ещё принадлежит сознанию, окружающая действительность — уже нет.
Синдром Нейро, таков приговор реальности, помешательство, не поддающееся лечению. Молодежь, более подверженная влиянию, на своём жаргоне обзывает недуг Нейротик.
Оборудование для погружения дешевым не было, но оно гарантированно защищало центральную нервную систему от хаотичной и необратимой перестройки. Поэтому Нейротик считался классовой болезнью, недугом бедных.
Впрочем, положение
Детектив Том Лодж причислял себя к среднему классу, государственные служащие были на полном довольствии, а количества кредитов, которое они получали в виде жалования, вполне хватало на безбедную жизнь, чуждую режиму экономии.
Детектива в этом мире устраивало абсолютно все — положение в обществе, отсутствие родни, порочащей его светлый образ неподкупности и честности, работа, которую за год с небольшим он успел полюбить. Ему незачем искать счастья в виртуальном пространстве, а именно сейчас Том отчетливо почувствовал, насколько сильно может захватить паутина иллюзий.
Интерфейс мелькнул ярко-зелёным значком входящего звонка.
— Слушаю, — невидящим взглядом Лодж уставился в окно.
Утро, тяжелое, парное, омерзительно-влажное, клубилось рваными клочьями тумана. Статичная картинка перемежалась подмигиванием сине-желтых фонарей.
— Детектив Лодж, у нас труп.
— Чудненько, поздравляю! А у меня выходной. — сегодня у Тома свободный день, и все дела в окрестностях должны уходить дворнику, секретарю, младшему служащему, кому угодно, только не ему.
— По вашей части, — сухой голос оперативника заставил насторожиться.
— Дайте картинку.
Видеоряд захватил в кадр причудливые архитектурные формы Нового Петербурга. Черт! Центр! Каменное крошево мостовой, туман и обезображенный кастетом труп той самой девушки, в теле которой он находился не далее как 5 минут назад.
— Выезжаю, файл можете не присылать, осмотрюсь на месте.
Глава 1. Различия
Глава 1. Различия
— Чёрт! — Лодж выругался и с ненавистью посмотрел на техника.
Брайан загадочно показывал монитору оскал ровных, белоснежных зубов — он не обратил внимания на испепеляющий взгляд детектива. А, собственно, зачем рассматривать Лоджа? Типичный служивый с высоким ЧСВ.
— Хорошего вечера, — Том с остервенением схватил со стула плащ, так и не поняв, что от захлестнувшей злобы перепутал время суток.
— Скорее, доброго утра, — техник без доли участия, на автоматизме, поправил.
Окно голограммы мелькнуло яркой ослепляющей вспышкой.
— А-а-а! — Брайан неуклюже свалился с кресла, дернув руки к лицу.
Тело содрогалось в конвульсиях, перемежавшихся криками ужаса. Том рванулся, в считанные секунды оказавшись рядом с парнем.
— Глаза-а-а-а-а-а! — завывал техник, сквозь пальцы сочились ярко-алые ручейки.
Вопли, разносящиеся по кабинету, угнетали психику, оказывая на Лоджа зомбирующее действие. Том лихорадочно пытался расцепить руки Брайана, оторвать их от лица, чтобы понять масштаб трагедии.