Пешка
Шрифт:
— Выполнять! — Моя команда ударила как хлыст по нервам. Но несмотря на это среди толпы послышались возмущенные возгласы. — Тут есть более достойные, чем этот гленд их захудалого клана! Конечно я понимал, что сломить мировоззрение подгорников, дело не простое. Любой гном из вышестоящего клана с презрением относится к гленду из клана ниже его по положению. Поэтому действовал решительно и наглядно.
— Выйдете сюда, те кто считает себя более достойными. — Не смотря на испуг и то что они все теперь находятся в одинаковом положении преступников осужденных за бунт, вперед вышли
— Есть еще кто считает себя более достойным? — спросил я у толпы, замершей от такого поворота. — Ну раз нет, то всем беспрекословно выполнять распоряжения гленда Боргрина. Кто окажется не согласен, будет следовать отдельно… на встречу к отцу гномов, но без головы, — добавил я.
Миндальничать и уговаривать эту самостийную толпу не собирался. Трудные времена требуют трудных решений и в наших обстоятельствах требовалась сплоченность, жесткость подкрепленная жестокостью и беспрекословное подчинение. Здесь со мной было почти семь десятков глендов и десятка два женщин, которых осудили вместе с мужчинами. Что уж они могли такого натворить я не знал, но понимал, что те попали под раздачу вместе с мужьями братьями и отцами.
Можно было только представить какая судьба их ждет в этом гиблом мире, под тяжелыми сводами горы и навсегда для них закрытых ворот. Только они еще не прониклись пониманием трагедии и продолжали жить прежним мыслями, путаясь в самообмане. А мне нужны были хоть какие-то союзники, для того чтобы найти портал и попробовать его активировать. Поэтому я терпеливо ждал, когда новый назначенный командир под охраной Фомы превратит эту толпу в организованную и послушную колону. Шиза считывала информацию с беспамятного главаря налетчиков, и чем больше я узнавал тем меньше мне нравилась моя затея спуститься вниз.
В мертвый город, ни кто не ходил. Там жили исчадия. Добычу камня производили в верхних слоях, где его почти не осталось. Контролировали добычу многочисленные банды, используя рабский труд новоприбывших. Одна из них только что была разогнана мной. Но к нам уже подтягивались другие, узнавшие о пополнении в их рядах. Женщинам как я и думал была уготована ужасная участь — обслуживать местную братву, а после ослабленную и изнуренную ее съедали, как поедали всех кто не мог больше работать.
И что теперь? Мне надо будет с маленьким отрядом, там где не справилась вся королевская рать, пробиваться к городу? Тащить всю эту стонущую ораву вместе с собой? А чем ее кормить, где брать воду? У меня вопросов как всегда было больше чем ответов. Шиза затихла и предоставила мне как мужику решать все наши проблемы. Только орки спокойно стояли и ждали решения Худжгарха, да дзирды послушно выполняли мои приказы.
Нет задач, которые не смогли бы решить большевики! — вспомнил я слова нашего замполита. Хотелось бы верить, только где их взять большевиков, сам я из атеиста превратился… А кем я стал? — задался я вопросом. — Верующим в бога магом?
Что творец существует, я уже
Мои религиозные мысли прервал второй советник. Он подошел и видя мою задумчивость, кашлянул чтобы обратить на себя внимание.
— Докладывай! — повернулся я к нему.
В хирде семьдесят четыре гленда мужского полу и девятнадцать гленд женского. Начал он. Тех кто служил в армии четверо и хиртрагов трое. Остальные мастера и подмастерья. На десятки хирд разбит.
— Хорошо с первой задачей ты справился, — кивнул я после его слов. — Нам нужны гленды в штаб, те кто могут управлять, налаживать жизнь и добычу камня. Есть такие? Ты мой заместитель и командир этого хирда.
Тот не долго думая, сказал есть двое глендов, один заведовал рудниками, другой обучением подмастерий в гильдии каллиграфов. Но они из нижних ворот.
— Запомни Боргрин, возврата для вас нет, значит нет и верхних ворот и нижних. Теперь каждый ценится, по тому что он умеет и делает. Ты видел банду что пришла сюда, вас встречать. Как ты думаешь, из каких ворот эти выходцы и много ли среди них глендов? Так что прошлую жизнь забудь, как сладкий сон и принимай новую реальность. Для тех кто здесь живет давно — вы рабы, самки и пища. А теперь скажи ты хочешь себе такой судьбы?
Гленд надолго задумался. — Но если все так плохо, то зачем жить? Лучше покончить с собой и все, — он поднял на меня растерянные глаза.
Жить надо потому что ее дал творец, он послал и испытания, где слабые ломаются, а сильные становятся сильнее. Многие из тех кто пришел с тобой умрут, но другие станут сильнее. Могут превратиться в животных, а могут остаться глендами. Каждый решает сам за себя, — ответил я ему. Быть нянькой и вытирать за каждым глендом сопли, я не собирался, все они вступили на путь естественного отбора.
— Нам нужно оружие, руны, а нам дали только кирки, ответил он мне.
— Руны есть у меня, — подумав сказал я, — только не получить ли так, что те кто ими будет пользоваться, заставят других быть рабами.
— Этого я не знаю, — честно ответил он. Я постараюсь подобрать глендов из разных кланов, так они не смогут договориться. А по одному я их задавлю.
Через четверть часа подошли те кто мог пользоваться рунами их было пятнадцать. Подошли и местные в вразвалочку и наглые. С ними я даже разговаривать не стал и выходить в боевой режим, а запустил два торнадо в широкий проем подземного туннеля. Банда с воплем улетела обратно и думаю что живых среди них осталось мало. Я выложил перед советником руны.
— Сделаешь так как я тебе скажу, — я жестко посмотрел на него.
— Раздели их и выдавай отдельно, одним защитные, другим атакующие. Храни их у себя, набери охрану и давай только на время. — Понял?
Он согласно кивнул.
Из памяти местного атамана Шиза выудила известные ему места в подземелье, на удивление их оказалось мало. Каторжники жались к верху, не стремясь идти вниз. Но были такие которые не выдерживали рабской жизни и уходили, в глубину, в так называемые глубинные тропы. В полуобвалившиеся старые уровни, обратно они не возвращались.