Пешка
Шрифт:
— Лукас? — хрипло прошептала я. — В чём дело?
Он подошёл и встал перед моей камерой.
— Хватит прикидываться, Джесси. Мы нашли планшет.
— Какой планшет?
— Тот, что ты спрятала в подвале своего дома, — он обхватил пальцами эфес меча, висевшего на его бедре. — Надо было спрятать получше и использовать более сложный пароль. Фаолин с лёгкостью взломал его.
Я покачала головой в полном замешательстве.
— У меня нет планшета.
Он скрестил руки.
— И как полагаю, ты не делала снимки, которые мы у тебя нашли. Фотографии со
— Идеальный момент для чего?
Я с трудом улавливала ход его мыслей. Я застряла на этом таинственном планшете, который, по его мнению, принадлежал мне.
— Прекращай строить из себя невинную овечку, — прорычал он. — Я читал записи в твоём списке о лучших способах подобраться ко мне поближе. Ты забыла добавить один из них… тот, где рассказала нам о небольшом заговоре убить меня на гала-концерте. Это был гениальный ход. Ты даже Фаолина провела этим.
— Остановись, — заорала я. — Я понятия не имею, откуда вообще появился этот планшет, но он не мой. Ты должен поверить мне.
Его рот изогнулся в жутком оскале.
— Да, брось ты. Второй раз я уже не попадусь на твои невинные уловки. Тебе повезёт, если я не позволю Фаолину убить тебя за то, что ты сделала.
Я отшатнулась от злобы в его голосе.
— Я ничего не делала. Почему ты мне не веришь?
— Доказательства твоей вины говорят сами за себя. И это наиболее изобличающая улика.
Он запустил руку в куртку и вытащил фотографию, которую поднёс к решётке и показал мне. На снимке был Фарис, и похоже сделали его совсем недавно, учитывая болезненную бледность фейри.
Я покачала головой.
— Я не делала этот снимок. Я до вчерашнего дня Фариса в жизни не встречала.
— И всё же ты знаешь его имя.
Во мне зародился гнев, задушив страх.
— Я знаю его имя только потому, что половину прошлой ночи провела, разговаривая с ним.
— Враньё, — выплюнул Рогин. — Он уже много дней без сознания, и всё благодаря ей.
Я бросилась к прутьям решётки и ухватилась за них руками в кандалах.
— Он врёт! Вчера Фарис сказал мне, что он месяцами держал его в цепях. Клянусь своей жизнью, что вчера он ещё был в сознании.
— Хочешь сказать, ты его держала в железе, не так ли? — льстивым голосом поинтересовался Рогин. — Ты оказалась в этой камере лишь потому, что я выяснил о твоих делах и положил этому конец.
— Спроси Фариса. Он расскажет тебе, — я посмотрела на Лукаса.
— Как удобно, — съязвил Рогин. — Спросить того, кто никогда не очнётся. А ты даже более расчётлива, чем я полагал.
Я с мольбой посмотрела на Лукаса, который лишь равнодушно смотрел в ответ. Я хотела умолять его поверить мне, но в его жёстком выражении лица я видела, что он уже всё давно решил и считал меня виноватой. Ничто из сказанного или сделанного мной не изменит его решения.
Я открыла рот, чтобы сказать ему о своих родителях, которые лежали буквально в
— Тебе есть что сказать, Джесси? — спросил Лукас с бездушием, которое насквозь пронзило меня.
Но если он ожидал, что я съёжусь от его равнодушия, то он совсем меня не знал.
Я сцепилась с ним взглядом.
— Так значит ты вернулся из своего мира и не с того ни с сего решил проверить мой подвал, где по чистой случайности обнаружил улики против меня?
— Мы получили звонок от вот этого твоего дружка, после того, как ты попыталась подставить его.
— И ты поверил ему? — заорала я. — Ты поверил на слово этому гнусному дилеру наркотиков, а не мне? Как ты мог? Что я вообще тебе такого сделала, что ты с радостью готов поверить в то, что я способна на такие ужасные дела?
Лукас открыл рот, но он уже достаточно сказал. Настала моя очередь.
— Я доверяла тебе. Я впустила тебя в свой дом, к моему брату, и я даже считала нас друзьями. Ну и дура же я была.
Слёзы прожигали глаза, но я умру быстрее, чем позволю ему видеть, как разваливаюсь на части. Он не заслужил ни одной моей слезинки.
Я приподнялась, насколько мне позволяла эта узкая камера.
— Не понимаю, и почему я так удивлена. Ты с самого начала дал ясно понять, что помогаешь мне только потому, что это служило твоим целям. Примите мои поздравления, Ваше Высочество. Вы получили именно то, что хотели.
Впервые со времени его появления, в его глазах промелькнуло сомнение.
Подошли Керр и Иан, встав рядом с ним, и они оба окинули меня взглядом. Теперь, наверное, вполне можно было заметить меня, когда их принц заметил. Достаточно было просто подумать об этом слове, как у меня скручивало всё внутри. Это они были обманщиками, а не я. Моя вина лежала в том, что я была слишком наивна, чтобы увидеть как они использовали меня. Я больше никогда не допущу такую ошибку.
— Как думаешь поступить? — неуверенно спросил Керр. — Забираем её с собой?
— Да, — ответил Лукас с ту же секунду, как я выпалила:
— Нет.
Они втроем уставились на меня. Даже Рогин выглядел удивлённым моим ответом. Но я не собиралась менять одну клетку на другую, особенно когда мои родители были здесь. Раиса пообещала помочь им, и я пойду на всё, чтобы это осуществилось.
Иан нахмурился.
— Ты хочешь остаться в этой мерзкой камере?
Я горько рассмеялась.
— Всё что я хочу, это быть дома со своей семьёй и настоящими друзьями, и забыть, что когда-то встретила всех вас. Но мы не всегда получает желаемое, не так ли? — я бросила резкий взгляд на Лукаса. — Думаю, мы закончили. Скажи Фарису, что я надеюсь, что ему скоро станет лучше, но он должен простить меня за то, что не смогу послать ему цветы.