Пёс ниоткуда

Дингер Роман

– Нет. Я только могу узнать твои эмоции. Могу мысленно говорить, но только с Бо или Мримо. Могу слышать голоса, но только когда они обращены именно ко мне. Не знаю, как это. Вот, к примеру, ты знаешь, где я, но не видишь. И мысленно зовешь, обращаясь именно ко мне. Тогда уловлю. А если начну читать твои мысли специально, то ничего не получится.

– Почему?

– А зачем?

– А… э-э-э… А вдруг, я думаю о тебе что-то плохое?

– Эмоции больше правды говорят. Ты можешь говорить приятные вещи, но чувствовать другое. И это будет вернее.

– Страшно, однако, все так

знать! – лукаво посмотрела она и остановилась. – Вот сейчас я что ощущаю?

– Удовольствие. Есть хочешь.

– Тьфу ты… И все? Мог бы сказать что-нибудь другое. А ты сразу выдаешь все хотения!

– Удовольствие – штука тоже приятная.

– Ладно, толку от тебя нет… Когда уже придем? Ноги устали…

*******

Дома я переоделся в чистое. Оксана посетовала, что нет какой-то стиральной машинки, хотя бы постирать грязное белье…

– А руками? – спросил я. – Река есть…

– Река… – усмехнулась девушка. – Ладно, потом постираю. Ужинать будем?

Я удивился. Обычно она неохотно садилась есть вместе со мной.

– Ладно, сегодня я похозяйничаю. А то от скуки загнусь скоро. Отправлять домой не хочешь, так хоть займусь чем-то.

– Дома ты тоже хозяйничала у очага?

Она рассмеялась. Облокотилась на стол и уставилась на меня:

– Нет, дома нет таких печей, как у тебя. Мы пользуемся газом. Ну, чтобы готовить.

– Газом?!

Оксана вздохнула, потом начала рисовать на столе пальцем узоры:

– Вот такая печь… такой железный ящик… в нем две, а то и четыре конфорки… э-э-э… такие штуки металлические, с маленькими дырочками, через которые идет газ, понимаешь? Нет? Ну, короче, газ идет по трубкам в конфорки… вот так… поджигаешь его, и он горит, маленьким пламенем… хватает, чтобы нагреть воду или поджарить что-нибудь… воду для супа, как для чего?.. У тебя газа нет, а терпения приготовить хороший суп на этой развалюхе… – кивнула она на печь. – … у меня не хватит. Хотя, как-нибудь попробую. Если раньше не уйду отсюда. Правда, и идти-то некуда…

Она замолчала и стала доставать из шкафа мясо и хлеб.

– А какое у тебя ремесло в твоем мире? – поинтересовался я.

Мне было интересно все. Впервые мир пошел по такому пути, насыщенный изобретениями и технологиями. Идея с газом мне понравилась, надо как-нибудь попробовать сделать что-нибудь подобное. Только где бы взять этот газ, про который она говорила…

– Ремесло? Ах, ремесло… Профессия. Я юрист. Не говорила разве?

– Не помню. Что это?

– Ну… как бы объяснить… Я помогаю людям добиваться неких прав, в соответствии с законами страны, в которой живу. Как-то так. Скажем, кому-то помочь добиться чего-то. Нет, не то…

– А, я понял! Если кто-то кого обидел, то ты поможешь наказать виновного, если стража не сможет. Так?

– Угадал, – расхохоталась Оксана. – Хотя, не только это.

– Так ты стражник закона! – обрадовался я.

– Ух… а звучит! Стражник закона. Да, можно и так сказать.

Я сел напротив и протянул ей нож:

– Порежь мясо, не надо отрывать пальцами.

– Спасибо…

– Можно еще спросить?

– Спрашивай.

Подумав,

я задал прямой вопрос:

– У тебя есть мужчина, который взял тебя в жены?

– Нет. – Она помрачнела немного, крутя нож в руке. – Был один… Собственно, Лерка его дочь. Но он оказался таким козлом… Мы в разводе.

– Козлом?! – опешил я. – Он животное?!

– Господи… Пес, ты придуряешься или вправду такой наивный?!

– Я просто спрашиваю! Мне интересно.

– Я была замужем за одним… человеком. Восемь лет. Дочь родилась, все было нормально. Потом он нашел другую. Вот и все…

– Он не соблюдал свои права, как муж?

– Можно и так сказать… Слушай, давай не будем больше об этом, а? Иди в ту комнату, я тут приготовлю поесть и туда принесу, хорошо?

Она заметно помрачнела. Я уловил нотки раздражительности и какой-то тоски, но не стал спрашивать. Пришлось уйти в другую комнату и достать из шкафа шкатулку, выточенную из синего камня, с тонкой крышкой, на железной пружинке, которая сама по себе возвращала крышку на место, если отпустить. Там была врезана тонкая металлическая пластинка, упругая и сильная, толкающая крышку. Уже не помню, где раздобыл такую шкатулку, но мне она нравилась своей идеей. Подвинул все на столе, расстелил чистый кусок ткани и вытащил фигурку из дерева, которую нашел на Охоте. Сидящее существо, безглазое, худое, обвивало себя отростками-руками, запрокидывая голову вверх. Вполне тонкая работа, учитывая, что существа слепые. Или не слепые? Глаз не видел, но они ориентировались очень хорошо, я еще помню, как ловко они выскакивали из травы, не ошибаясь, и как легко находили меня и Бо. Может, они звуком пользовались, как маленькие змеи в Каменном мире? Свист – и звук отражается от препятствия на пути, змея его слышит и сворачивает. Что ж, вполне возможно. Но как они тогда вырезали фигурку? Работа тонкая, и детали аккуратные. Получается, что глаза есть, но как бы другие? Бр-р-р, запутался! Если каждый раз так свистеть на фигурку, чтобы вырезать детали – голова взорвется… Надо бы как-нибудь вернуться в тот мир да проверить, как они это делают.

– Ух, ты! – раздался голос Оксаны над головой. – Это что?

– Где?

– Вот это! – Она взяла у меня фигурку и повертела перед глазами. – Интересная штука. Ты делал? Это что такое?

– Не знаю. Я взял это с последней Охоты, там обитатели на это вот похожи.

– А глаза у них есть?

– Нет. Но они хорошо видят! Мне пришлось туговато, когда они нападали.

– О! Ультразвуком пользуются?

– Чем?!

– Звук такой. Я его не услышу, он слишком тихий для человеческого уха. А некоторые летучие мыши и киты им пользуются.

– Не видел. Может и… как ты сказала?.. Может, и ультразвук. Но как можно слепому вырезать такое?

Она тоже не знала. Зато с интересом рассматривала остальные предметы, которые доставала из шкатулки…

– Это что?!

– Стекло. Такие шарики делают ремесленники в Тихом мире. Он у них обменный предмет.

– Как деньги?

– Наверное. Да, скорее всего. Они меняют его на еду, одежду и оружие.

– Точно, как деньги! Это тоже?

– Что? А, нет, это просто украшение…