Пес бездны, назад!
Шрифт:
— Ты поедешь со мной на дачу?
— Нет. Хочу сгонять в Выборг, ещё раз всё перепроверить.
— На выходных надо отдыхать, — возразила Вера и наконец посмотрела в его глаза. — Заедешь хотя бы на часик?
— Угу.
— Тогда захвати Витю. Пусть парень проветрится, пока погода тёплая.
Герман хмыкнул. Погода никогда не мешала семье Веры проветриваться, ведь в разных частях света она всегда разная. Но иногда приходится чем-то жертвовать ради мира. Например, возможностью побыть наедине с собой и любимой музыкой.
—
— От школы.
— Ок.
Она подошла, положила руки на его плечи, наклонилась и чмокнула в губы.
— Ладно, я не возражаю против Леночки. Пусть уронит нас ещё на триста тысяч…
— Вер.
— Хорошо-хорошо, не буду язвить, раз уж она теперь — твоя протеже…
— Лена не моя протеже. А ошибиться может любой. Особенно, новичок. Впредь будет внимательнее.
— Ты слишком добр для бизнеса, — Вера потёрлась о его щёку, обхватила шею руками. — Ладно. Пусть тогда Тёмка к нам приезжает. Давно его не было.
— Возьми и пригласи. Я не хочу ему звонить.
— Ой, ладно тебе злиться! Младшие братья — это всегда геморрой. Уж я то знаю. Но он всё равно твой брат, не забывай, да?
— О таком вряд ли забудешь.
Она помолчала, а потом тихо уточнила:
— У нас с тобой всё ок?
Герман заглянул в её прозрачные глаза. И вдруг ощутил, что очень устал. «Взрослые отношения — это работа. Строительство одного общего дома двумя разными людьми, каждый из которых видит и конструкцию, и планировку, и интерьер по-своему».
— Нормально.
Тренькнул телефон.
— Герман Павлович! Я послала вам смс с бронью отеля в Выборге.
— Спасибо.
Вера тихонько вышла.
Освободился Герман примерно через час. И обнаружил, что у него есть часа три свободного времени. В последнее время жизнь не баловала его такой щедростью. «Вера права, — подумал мужчина, набрасывая куртку и выходя в дождь, — надо отдыхать». Он так устал, что даже собственную девушку стал воспринимать, как работу.
— Ну и как будем отдыхать? — спросил сам себя вслух. И усмехнулся. М-да.
Потёр пальцами виски. Помнится, Артём подарил старшему брату на день рожденья купон на вождение самолёта. Может, воспользоваться?
— Три часа мне не хватит, — решил Герман.
Да и не хотелось.
— М-да, это уже похоже на выгорание.
И отправился гулять. Он давно не бродил пешком.
Герман любил дождь так же сильно, как и Питер. А сейчас, в пятницу, можно было забыть о текущих делах и просто дышать, расправив жабры. Он шёл мимо модерна, отражённого в лужах, и снова чувствовал себя пятнадцатилетним пацаном. Перепрыгнул целое озеро на пешеходном переходе и улыбнулся. Душу охватило ощущение озорного всемогущества, как в юности. «Я всё смогу, — утверждало оно. — Потому что это я».
— «Кто бы ты ни был, город — вымысел твой», — прошептал Герман, запрокинув лицо к серому небу. — Город-мечта…
И внезапно понял, что
«Интересно, она третью задачку решила?»
И тут же понял, что этот вопрос может задать вслух.
— Привет.
Алиса обернулась. Её глаза вдруг просияли, а затем потухли.
— Привет.
— Не будете возражать, если я присяду?
Она покачала головой, закуталась в нежно-голубой шарфик и вернулась к ноуту. «Ну и зачем?» — спросил Герман сам себя, заказал капучино и опустился напротив.
— Как себя чувствуете? Как с работой?
— Директор дала мне две недели на восстановление. Я взяла больничный. Осваиваю вот… всё. Герман, я рада нашей внезапной встрече. Я должна сказать… Мы поговорили с Артёмом.
Мужчина напрягся. Раньше, чем она продолжила, он уже догадался, что именно услышит.
— Артём мне рассказал всё, что произошло между нами. Он предложил начать всё заново.
— И вы согласились?
— Да.
Её губы вздрогнули. Алиса нахмурилась и посмотрела на собеседника потемневшими глазами.
— Ваш капучино.
Герман подошёл, взял тяжёлую чашку на блюдце и снова сел за столик. Отпил.
— Я знаю, мы договаривались, но…
— Причём тут это? Вы показались мне здравомыслящей девушкой. Если, всё взвесив, вы с Артёмом так решили… Но мне кажется, или вы как-то не рады принятому решению?
— Не рада, — честно призналась девушка. — Артём по-прежнему мне чужой.
— А тогда зачем?
Она снова нахмурилась, опустила взгляд, подбирая слова. А Герман неожиданно для себя разозлился. Наверное, на собственное разочарование.
— Я должна была дать ему… нам второй шанс. Тем более, во всём, что произошло, виновата я, а Артём — пострадавшая сторона.
— Всегда поражало умение женщин делать трагедию из всего. А то, из чего не получилось сделать трагедию, превратить в проблему, — резко произнёс Герман.
Алиса подняла брови.
— Вы меня сейчас отчитали?
— Я посочувствовал брату. Неприятно быть должным женщине, но куда хуже, когда женщина должна тебе.
— Вы не справедливы, — буркнула девушка и снова уткнулась в компьютер.
«Я — идиот, — выругался Герман мысленно. — Трижды». Какое ему до всего этого дело? Артём — уже взрослый мужик. И Вера права: хватит опекать младшего братца. Пора Тёме самому разобраться со своей жизнью. А сейчас ещё и Алиса… Она-то каким макаром относится к Герману? Почему он вдруг чувствует себя ответственным за постороннюю ему девицу?