Первый...

Юдина Екатерина

Брат еще несколько раз спросил, точно ли у меня все хорошо, после чего мы договорились созвониться вечером.

Как только разговор был окончен, Агеластос жестко посмотрел мне в глаза.

— Кто такой Ксенон? Тот твой друг из Кастории, который хочет с тобой встречаться?

— Нет, — я отрицательно качнула головой.

Почему-то мне показалось, что воздух стал тяжелее, будто он пропитался металлом, который вспыхивал и подобно извергающейся лаве, испепелял спокойствие. Я до сих пор смотрела на Кириана с ненавистью и в его глазах тоже было

нечто такое, что обжигало.

Кажется, Агеластос хотел еще что-то сказать, но уже на этот раз наш разговор был прерван тем, что кто-то позвонил в дверь. Причем, довольно настойчиво, из-за чего даже я понимала, что приход незваного гостя нельзя будет проигнорировать.

Кириан мрачно посмотрел на дверь и пошел ее открывать. Оказалось, что пришла какая-то девушка из университета. Она как раз и протянула Агеластосу пакет с его футболкой и кофтой. Мило улыбаясь, она начала рассказывать о том, как нашла их и узнала чьи это вещи, после чего не смогла их так просто оставить. Более того, она уже успела постирать и погладить кофту и футболку.

Кириан выглядел так, будто ему было плевать. Создавалось ощущение, что он вот-вот захлопнет дверь, из-за чего я не стала тратить время впустую. Быстро обулась и, схватив свой рюкзак, очень ловко и быстро проскользнула на лестничную площадку. А уже там побежала с той скоростью, на которую только была способна.

Я понимала, что Агеластос тут же побежал за мной. Если я не ошибалась, он даже не закрыл квартиру и не обулся. Более того, я слышала его оклик «Очкарик, стой», но, естественно, слушать не стала.

Он почти догнал меня, но я успела проскочить перед машинами, которые как раз въезжали во двор, а в следующий момент мне еще очень сильно повезло со светофором. В итоге, я даже успела забежать в автобус, который тут же закрыл дверцы и начал отъезжать.

Я видела Кириана, который, как раз выбежал на улицу и словно хищник оглянулся по сторонам. Явно искал меня и, когда увидел меня в окне автобуса, с силой стисул зубы. Голубые глаза опять запылали.

Я же показала ему язык и одними лишь губами сказала парню, куда ему следовало пойти. Думаю, Кириан меня понял. По его взгляду это было понятно.

Отвернувшись от окна, я села ровно, но все никак не могла успокоиться. В какой-то момент достала из рюкзака шапку и чуть ли не на глаза ее натянула. Закопалась в собственное сознание и не заметила того, как заехала черти куда.

Позже я узнала, что находилась в Калифеях, но домой не спешила. Некоторое время ходила по каменным широким заборчикам. На них же сидела и пила горячий чай.

Сейчас был только обед — ехать в университет уже поздно, а на работу еще рано. Поэтому я еще некоторое время гуляла. Мне следовало побыть в одиночестве и, как говорила моя подруга из Кастории — «перебеситься».

— Чертов Кириан, — прошипела, бросая камушки в стену заброшенного одноэтажного здания. — Гори ты в аду, Агеластос.

Для него все это какие-то нелепые игры, о которых он забудет, как только пройдет интерес, а для меня нечто

подобное казалось куда более пагубным. Тем, что постепенно переворачивало жизнь с ног на голову и оставляло следы.

И я не хотела так реагировать на Кириана. Не желала, чтобы такой человек, как он оставлял след в моей жизни.

Вот только, гуляя по узким улочкам, продолжала думать про Агеластоса. Про его поцелуи и руки.

Про те редкие моменты, когда он относился ко мне не так уж и паршиво.

А потом вспоминала о том, как он в университете зажимал разных девушек и в груди начинало пылать.

Приличным девушкам следовало держаться подальше от него. И уж тем более, не следовало ни на что рассчитывать.

Мне понадобилось два часа для того, чтобы успокоиться. К этому моменту я опять нашла остановку и села в автобус. Несколько раз мой телефон звонил, но я даже не доставала его из рюкзака.

Уже добравшись к дому, в котором жил мой отец, я зашла в пекарню и там купила булочек. Несколько разных видов, но обязательно по три штучки — для папы, Хтонии и меня.

Заходя в квартиру, я сняла обувь и на тумбочку положила рюкзак, после чего, держа в руке пакет с выпечкой, пошла на кухню.

— Пап, ты чай будешь? — крикнула, прекрасно зная, что Хтония сейчас на работе. Звать ее не было смысла. — Я булочки купила.

Я собиралась как раз пойти на кухню и поставить чайник, но, проходя мимо гостиной, резко замерла. Как раз там на диване сидел папа. И он был не один — в кресле разместился Кириан.

— Ты долго, Чара, — папа говорил без упрека. Более того, он улыбался. — Тебя вот гость ждет.

— Вижу, — буркнула, стараясь не выдавать тех эмоций, которые полыхнули в сознании.

Папа спросил, что там с булочками и так же Агеластосу предложил чай, говоря, что в ближайшей пекарне действительно очень вкусная выпечка, но я, стараясь сохранять внешнее спокойствие, взяла Кириана за руку и резко потянула на себя, сказав папе, что мне с Агеластосом нужно поговорить.

Кириан не сопротивлялся и пошел за мной, а я тут же завела его в свою спальню и закрыла дверь.

— Какого черта ты тут делаешь? — спросила очень тихо, но при этом максимально зло.

— Ты опять убежала, — Кириан тоже говорил жестко. — Больше никогда так не делай.

— А ты не нашел чем заняться? Вон к тебе какая-то девушка пришла. Уделил бы ей внимание.

Воздух в комнате мгновенно полыхнул и прошелся искрами. Гнев и ненависть схлестнулись, так же пропитываясь чем-то мне непонятным, но до жути горячим. Чем-то таким, что испепеляло сознание.

— Когда ты оставишь меня в покое? Когда наиграешься? Уже и домой ко мне пришел, а это вообще личное. Не лезь ко мне. Прекрати. Слышишь? Найди другую девушку для развлечений, — я не выдержала и ладонью ударила его в торс. Пыталась оттолкнуть, но не получалось. Кириан даже бровью не повел. — Я уже не знаю, что сделать или сказать, чтобы ты оставил меня в покое. Я по-твоему не человек? Меня слушать не нужно?..