Первый всадник
Шрифт:
Даже не заметила, когда потекли слезы.
– Ты сильная, смелая и стойкая. Я никогда не встречал таких. И это говорит о твоей уникальности. Не смей думать, что с тобой что-то не так, – брюнет легко улыбнулся, придерживая мое лицо за подбородок и поглаживая кожу под ним большим пальцем, – возможно, это со всеми остальными что-то не так.
И я не смогла не улыбнуться в ответ. Просто потому что напряжение отпустило, а мужчина передо мной не заслуживал видеть печаль на моем лице и дальше, особенно после такой речи.
– Я испортил момент?
От
– Отлично, ты вовремя, – произнес тренер и встал с дивана, оставляя меня одну.
Ошибочка, гость званый. Вопрос только зачем?
– Ви, позвони завтра в деканат и попроси перенести твою сдачу на неделю.
– Ага. Так они и сделали это ради одной студентки, – я скептически просмотрела на куда-то спешно собирающегося брюнета.
– Скажи, что у тебя травма. Справку я тебе обеспечу.
– Я не стану пропускать защиту!
– Могу и травму заодно обеспечить, – подняв руку, как примерный ученик, предложил Борис.
– Обойдемся без этого. Уверен, наша сообразительная подопечная сама все поймет и перенесет защиту диплома, – на этом тренер мне подмигнул и пошел в прихожую.
– А если не сообразительная? Сломать ногу? – вполне серьезно спросил ангел.
– Если не сообразительная, то стреножить, как строптивую лошадку. Ломать нельзя, чревато, – брюнет указал на кинжал на столике, – может чего случайно отрезать. Чисто на рефлексах. На твоем месте я бы не рисковал.
Борис проникся, настороженно косясь в мою сторону. Так и хотелось выкрикнуть «Бу!» и посмотреть на реакцию нимбоносца. Однако от опрометчивого поступка я удержалась.
– Все, Ви. Я вернусь к завтрашнему обеду. Ночью у меня дела, а с утра тренировка. За тобой присмотрит Боря. Его не обижать. Лучше покормить и почесать бочок. Тогда он твой со всеми потрохами.
Я кивнула, а когда столкнулась взглядом с Костей, то замерла. Тренер наклонился и легко поцеловал меня в щеку. Вот только краешек его губ случайно коснулся моих, забирая этой неосторожностью вдох. Всего чуть-чуть задержки в обратном движении, и это рождает вопрос. А случайно ли?
***
Позвонить своему куратору по дипломной все же пришлось. С самого утра, когда я только открыла глаза. Боря за этим тщательно проследил по наставлению тренера. Причем подошел он к делу ответственно и, как по мне, буквально. Когда я набрала номер преподавательницы на смартфоне, Костя купил мне его вместе с одеждой, мой сторож заставил включить динамик, чтобы слышать разговор полностью. Я повиновалась, но отойти на пару шагов не забыла. Вдруг маньяк какой. С этими ангелами ни в чем нельзя было быть уверенной.
– Софья Антоновна, здравствуйте. Это Мечник, – произнесла в трубку, держа мобильный на ладони. Боря бдел и не моргал. Даже сглотнула
– Все друзья у Орлова чокнутые, – очень тихо прошептала себе под нос.
– Добрый день, Виктория. У тебя ко мне какой-то вопрос по завтрашней сдаче? – раздался искаженный связью, провайдерами и динамиком голос моей преподавательницы бальзаковского возраста.
Борю аж перекосило. Еще бы, нашу Софочку за масляный голосок мартовской кошки, попавшей под газонокосилку, прозвали банши. Вроде и не кричит, а слова так и ввинчиваются в голову. Тут даже функция «уменьшить звук» мало помогает при разговоре по телефону.
– Она присмерти? – басом, благо тихо, спросил удивленный ангел.
– Нет, – шикнула на шатена, – будешь болтать, выключу громкую связь, – пригрозила, закрывая микрофон пальцем.
Мне в ответ кивнули, что означало «буду паинькой». По крайней мере, так я это поняла.
– Софья Антоновна, у меня беда случилась. Я повредила ногу, – как можно жалобнее произнесла я.
– Ох, моя дорогая! Как же так? Сильно? – продолжила плавить наши перепонки преподаватель по политологии.
Человек она не плохой, как преподаватель вообще великолепна, но вот общаться с ней сущая пытка.
– Что произошло? Ты в больнице? – и еще сотня визгливых вопросов, на которые невозможно ответить разом.
Я скривилась, и сквозь накатывающую мигрень начала придумывать отмазку. Все же студенты в этом одни из лучших.
– С байка упала. Неделю постельный режм…
И тут Боря так сурово на меня посмотрел, что я аж подавилась последним словом. Ангел показал мне на ногу и продемонстрировал два пальца.
Хочет, чтобы я две недели больничного взяла? Так это ж такой напряг. Ладно неделя подделанного больничного, но две? Что-то этот мужчина начал смахивать на криминального авторитета. И рожа кирпич и тело шкаф. Пугает он меня, особенно его взгляды на чудесную и очень дорогую мне ножку.
– Как же так, Виктория. Сколько раз я говорила тебе, что необходимо быть осторожной, – продолжила говорить банши, но теперь даже ее голос не так раздражал, – так ты хочешь перенести защиту диплома на неделю?
Мне к лицу тут же поднесли два пальца. Или я была так напугана, или просто близко смотрела на эти пальцы, но они мне показались размером с запястье. Боря впечатлял и все неизгладимее.
– Две, – произнесла в трубку.
– Недели две, Виктория?
– Месяца, – грозно прошептал Боря.
Я снова закрыла микрофон пальцем и глубоко вдохнула, чтобы высказать все, что я думаю об этом индивиде, сильно смахивающем на кгбиста.
– Какие, к черту, два месяца! С ушибом не сидят два месяца на больничном. У меня же не открытый перелом.
– Скажи, что перелом, – напирал, как таран, ангел. Переговоры и компромисс явно не его конек.
– А если меня увидят на байке в городе! Какая дура с переломом гоняет на спортаче? А больничный кто мне на такой срок подпишет? Будущий условно отбывающий.