Шрифт:
«Конец Второй и мрачной Эры,
Веками Тёмными зовут,
Не знали письменность и веры,
Что до конца и путь пройдут,
Так не познавшие, но предки,
Ещё не мёртвые, живут!
Марш обречённых и убогих,
Сквозь континент тянулся ход,
И
Мы знаем время то, Исход,
Стал испытанием и зверем,
Нещадно рвавшим смертный род.
Лишь племена во дни былые,
Нет королей и нет знамён,
Но берега узрев пустые,
Казалось предкам, обретён!
Был новый дом, надежды новой,
Но был скалою дух сражён.
Утёсы, камни и вершины,
Что отыскать во сих чертах?
И опускались предков спины,
И не сыскать во их глазах,
Огней надежды, в час гнетущий,
Она была в вождя словах.
Поднявший речью, что огнями,
Пылала ярче всех зарниц,
Кричал толпе, ведь мы костями,
Путь проложили, многих лиц,
Не встретим более, но скоро,
Мы станем солнцем среди птиц.
И вождь, поднявший за собою,
И отправлявший к небесам,
Глаза, пылавшие звездою,
И предки, внявшие словам,
И встав за ним, они кричали,
Нам место выше, только там!
И наконец они коснулись,
И все преграды за спиной,
Ряды редевшие сомкнулись,
И тем встречавшее травой,
Плато их жёлтым эдельвейсом,
И небо лишь над головой.
И покорив невзгоды грудью,
Упрямо смевшие ступить,
Не отступавшие пред жутью,
Они достойны, будут
И облака разверзлись светом,
Чтоб ликованье разделить.
Под звуки крыльев и назвались,
То слуги первые Творцов,
Двенадцать их, они спускались,
Склонились после и следов,
В них уважения и счастья,
Как среди гор немых снегов.
Пред тем вождём они склонились,
Кто вёл достойно и вперёд,
И на короне отразились,
Лучи от солнца, и черёд,
Настал для племени людского,
Традиций старых бросить лёд.
Оставив племени устои,
Презрев и страх, и хлад, и боль,
В былом то жалкие изгои,
Восток стал домом, ныне роль,
И с высоты взирав небесной,
И тем рождён Небес Король».
– «История Неба». Лорд Вольфганг Аверин.
Тридцать шестой день Урд-Хейс. 1005 год.
Limral eirl Skarl.
Есть Limral слово и «Дорогой»,
Ты избиравший путь сюда,
Значенья «в» есть eirl, с тревогой,
Взиравший выше, где звезда,
Средь Skarl сиявшая, что «Небо»,
И понимавший лишь тогда
Сколь грандиозное творенье,
И пред собой представив путь,
Был путь тяжёлым, там мученье,
Терять мне нечего! Ты суть,
Не забывай сих слов вовеки,
Коль к Небесам готов шагнуть.
И был от запада делимый,
Восток той бурною рекой,
То есть граница, ты гонимый,
О безымянный, что мечтой,
Своей избрал путь к небосводу,
Оплатишь потом и слезой.
Коль первый ярус был равниной,
Karalg Termil названье ей,
Холм Плодородия, рутиной,
Покоя проклятый, твоей,
Душе он странника есть бренность,
Но пир узри вдали смертей.
То Igmer Zoil, клыкам названье,
Второй есть ярус, что пройдёшь,
Но не найти вовек молчанье,
Усталый странник, ты вдохнёшь,
Лишь запах пламени и гнева,
Во спешке ты отсель уйдёшь.