Первый удар
Шрифт:
— Ты погиб, — произнес Джон. — Я видел, как ты погиб. На пленке со шлема Дженкинса. До тебя дотянулся Поток.
Чернокожий мужчина улыбнулся, обнажая ряд идеально белых зубов.
— Поток? Проклятие, Шеф, понадобится нечто большее, чем кучка клоунов из цирка уродов, чтобы прикончить сержанта Эй Джи Джонсона.
ГЛАВА ШЕСТАЯ
Время: 17:10, 22 сентября 2552 (по военному календарю) / Неизвестная система, поле обломков Гало, штурмовик «Длинный меч».
Одной
Улыбка сержанта угасла, но в глубине его темных глаз не возникло ни тени страха. Он усмехнулся.
— Все, врубился: тебе кажется, будто я инфицирован. Что могу сказать? Ты ошибаешься. Вот это, — он ткнул себя в грудь, — стопроцентный десантник… без всяких примесей.
Шеф немного расслабился, но пистолет убирать не стал.
— Тогда объяснишь, как это может быть?
— Все верно, они до нас добрались, эти похожие на грибы заразные ублюдки, — сказал Джонсон. — Они зажали нас в угол. Меня, Дженкинса и Кейза. — Он помедлил после того, как произнес имя капитана, покачал головой и продолжил: — Они лезли со всех сторон. Дженкинса и Кейза взяли, но, похоже, мой вкус им не понравился.
— Поток не обладает вкусовыми ощущениями и не ест своих жертв, — вмешалась Кортана. — Инфекционные формы переписывают клеточную структуру пораженных существ и преобразуют их в боевые формы, а впоследствии и в разносчиков — инкубатор для новых инфекционных форм. И, учитывая то, что мы до сих пор видели, они никогда не проходят мимо потенциальной добычи.
Сержант пожал плечами. Покопавшись в кармане, он извлек из него измочаленный окурок сигары и сунул его в рот.
— Что могу сказать… Я увидел нечто другое. Они прошли мимо меня, словно я был недоваренным шпинатом, поданным на День благодарения.
— Кортана, — спросил Джон, — это возможно?
— Возможно, — осторожным тоном ответила она, — но маловероятно.
Помедлив пару секунд, ИИ добавил:
— Учитывая показания биомониторов сержанта, его история подтверждается. Не могу быть стопроцентно уверенной, пока он не пройдет полное медицинское обследование, но предварительный анализ показывает, что он не переносит паразитической инфекции Потока. И, со всей очевидностью, не представляет собой бездумной, полуобнаженной машины убийства.
— Ладно. — Мастер-Шеф поставил оружие на предохранитель, прокрутил пистолет в руке и возвратил сержанту рукоятью вперед. — Но я заставлю тебя обследовать вдоль и поперек при первой же возможности. Мы не имеем права позволять инфекции распространяться.
— Я вас понимаю, Мастер-Шеф. Жду не дождусь, когда окажусь в руках медсестричек из ККОН. А сейчас… — сержант оттолкнулся от стены и подплыл к люку, — предлагаю перетащить сюда остальных.
На секунду мужчина остановился возле криокапсул.
— Вижу, вы уже подобрали пару пилигримов.
— Им придется подождать, — сказал Мастер-Шеф. — Уйдет не меньше получаса на то, чтобы разморозить их, не рискуя подвергнуть
— Нагонят, — подтвердил сержант, смакуя это слово, а затем улыбнулся. — Отлично. А я-то уже испугался, что мы решили сбежать от такой замечательной драки.
Джонсон открыл люк, ведущий к «Пеликану».
Оттуда высунулся ствол винтовки МА5В. Сержант схватил ее и потянул вверх.
Внутрь штурмовика вплыл мужчина в форме капрала. На груди его рубашки было вышито имя: Локлир. Это был загорелый, гладко выбритый человек с прозрачными голубыми глазами. Забрав свое оружие у сержанта, он оглядел окружающее пространство через прицел и только потом посмотрел в сторону люка и крикнул: «Чисто!»
— Расслабьтесь, капрал, — произнес Джон.
Наконец взгляд Локлира сфокусировался на Мастер-Шефе.
— Спартанец, — пробормотал он, недоверчиво покачивая головой. — Ну конечно. Кто еще мог соскочить с этой чертовой сковородки…
Мастер-Шеф заметил шеврон на плече капрала: золотая комета Ударных Войск Орбитального Десантирования, также именуемых «адскими ныряльщиками» и печально известных своей жестокостью в бою.
Должно быть, Локлир был одним из парней майора Сильвы, что объясняло его изначально враждебный настрой. Сильва был уводовцем до мозга костей и с самого начала кампании на Гало выказывал негативное отношение как к программе «Спартанец II» в целом, так и к Джону в частности.
Еще один человек ухватился за края люка и выбрался наверх. Он носил выглаженную до хруста черную форму с пристегнутым к поясу плазменным пистолетом. Рыжие волосы новоприбывшего были аккуратно зачесаны назад, а на воротничке виднелись покрытые эмалью планки первого лейтенанта. Этот человек не слишком удивился, увидев спартанца.
— Сэр! — Мастер-Шеф отрывисто отсалютовал.
— Произвожу коррекцию курса и движения, — объявила Кортана. На обзорном экране начала вращаться луна. — Это должно дать чуть больше одного G на палубе.
Лейтенант приземлился на пол и ленивым жестом ответил на приветствие.
— Хаверсон, — представился он, с любопытством разглядывая Джона. — А вы — Мастер-Шеф, также известный как Спартанец Сто семнадцатый.
— Так точно, сэр.
Джон был удивлен. Большинство встреченных им людей, включая опытных офицеров, испытывали затруднения, пытаясь отличить одного спартанца от другого. Как же столь молодому человеку удалось определить, кто стоит перед ним?
Затем Мастер-Шеф заметил круглую нашивку на плече Хаверсона — выполненные в черном и серебряном цвете орлиные крылья, помещенные выше трех звезд. Над ними был выведен лозунг на латинском языке: «Semper vigilans» — «Всегда на страже».
Лейтенант служил в Департаменте Военно-космической Разведки.
— Хорошо, — произнес Хаверсон, быстро обводя взглядом Локлира и Джонсона. — Что ж, раз вы с нами, Шеф, у нас появляются шансы.
Опустив руку в люк, он втащил внутрь «Длинного меча» последнего обитателя десантного челнока.