Первый удар
Шрифт:
Если не считать многотысячного воинства инженеров, Джон увидел лишь двух ворчунов, носящих на мордах белые дыхательные аппараты. С этим цветом в их одеяниях спартанцы сталкивались впервые. Карлики толкали перед собой тяжелые тележки, нагруженные бочками с какой-то жидкостью, плещущейся внутри. Обойти ворчунов проблемы не составило.
Вдоль одной из стен тянулся ряд герметичных дверей, которые, скорее всего, вели к воздушным шлюзам. С противоположной стороны Мастер-Шеф увидел широкое метровой толщины окно, из-за которого лился
Через каждые тридцать метров в этой стеклянной стене располагались альковы. В ближайшем из них были свалены фиолетовые многогранники грузовых контейнеров, старые плазменные батареи и пластины серебристо-синего сплава, используемого ковенантами. Но подлинное любопытство Джона вызвало нечто иное: голографический терминал возле этой кучи хлама.
Сто семнадцатый щелкнул коммуникатором, привлекая внимание остального отряда, указал на свалку, поднял вверх два пальца и снова указал на альков.
Спартанцы прекрасно поняли его приказ и кивнули.
Фред и Линда бесшумно скатились вниз по веревке, пробежали по палубе и укрылись в тени алькова. Следом ангар пересекла Грейс.
Джон оглядел каждый дюйм огромного пространства, убеждаясь, что рядом нет ворчунов. Вместе с Уиллом он быстро спустился и укрылся позади плазменной батареи размером с «Бородавочник».
Обеими руками Мастер-Шеф указал на Фреда и Линду, а затем свел ладони вместе, одновременно кивая на голографический терминал.
Линда залегла справа, на самом краю тени, скрывающей альков; Фред занял позицию слева. Они должны были прикрыть своего командира, пока тот будет взламывать консоль.
Сто семнадцатый поднес руку к основанию черепа и извлек из шлема чип Кортаны. А затем на животе пополз вдоль стены к терминалу. Оказавшись на месте, он вставил чип в разъем консоли и вновь укрылся в тени.
— Я внутри, — произнесла Кортана по рации. — Мне удалось обезопасить нашу частоту и закодировать сигнал. Так что теперь можно говорить свободно.
— Молодец, — ответил Джон. — Где находится главный реактор базы? И насколько хорошо он охраняется?
— Подождите. Приходится действовать осторожно. Эту систему защищает враждебный ИИ.
Мастер-Шеф очень надеялся, что копия подпрограмм внедрения окажется настолько же хороша в своем деле, как и настоящая Кортана.
— Удалось получить чертежи станции, — сказала она. — Хорошие новости заключаются в том, что в каждой из ее половин находится центральное машинное отделение, содержащее реактор на пятьсот двенадцать тераватт, схожий по устройству с теми, что используются на остальных кораблях. Их энергии хватит, чтобы щиты базы выдержали столкновение с небольшой луной. Я смогу вызвать перегрузку в одном из реакторных блоков, что приведет к разрушению энергетических контуров и выбросу в окружающее пространство…
— Скажи проще, — нетерпеливо перебил ее Джои. — Он взорвется?
— Да. И взрыв будет обладать достаточной
— Так, это были хорошие новости. Что насчет плохих?
— Реакторный блок не подключен к общей сети. Я ничего не смогу сделать с этого терминала. Вам надо вначале доставить меня туда физически.
— «Туда» — это куда?
— Ближайший пункт доступа к реакторному контролю находится примерно в семи километрах от входа в базы.
Джон взвесил все «за» и «против». Если им будет сопутствовать удача, а они сами проявят осторожность, могло и получиться.
— Существует ли какая-то возможность оставить тебя внутри сети, пока мы не доберемся до места? — спросил он. — Нам бы очень помогло, если бы ты продолжала следить за системами безопасности.
Копия Кортаны молчала добрых три секунды.
— Такая возможность существует, — наконец сказала она. — Создавая меня, исходная версия Кортаны поместила в меня и дубликат процедуры воспроизводства… Она неизбежно становится частью каждой мыслящей копии. Я могу клонировать себя.
— Отлично.
— Но существует и вероятность риска, — предупредил ИИ. — Каждая созданная копия будет обладать целым рядом отличий от предшествующей. И я никак не смогу этого исправить. Возможны неожиданные осложнения, связанные с использованием копии копии.
— Все равно. Приступай, — приказал Джон. — Риск оправдан. В любом случае это лучше, чем вслепую бежать семь километров по вражеской территории, не зная даже, как обойти системы безопасности.
— Ожидайте, — произнесла Кортана. — Обработка начата.
Прошла минута, и из терминала выдвинулся чип.
— Готово, — сказал ИИ на частоте отряда. — Я снова в деле. В тридцати метрах слева от вас расположен выход. Я ослеплю камеры наблюдения и открою двери на двадцать секунд. Торопитесь.
Джон взял чип и вставил его в разъем шлема. Сознание Спартанца-117 вновь наполнилось ледяной ртутью.
— Выдвигаемся, — приказал Мастер-Шеф. — Старайтесь не шуметь.
На дисплее мигнули огоньки Линды и Фреда, показывая, что путь свободен.
Низко пригибаясь, Синий отряд пробежал тридцать метров. Перед ними распахнулся узкий инженерный люк. Спартанцы поспешили протиснуться внутрь, и проход снова закрылся.
В туннеле было невозможно распрямиться; спартанцы вначале ползли по нему на локтях и коленях, потом были вынуждены лечь на животы, а затем выключили энергетические щиты, чтобы суметь протиснуться в особо узком месте. Они миновали так несколько километров, следуя указаниям Кортаны, время от времени замирая в ожидании, пока она просканирует следующий участок трассы. Они двигались по трубе, с боем преодолевая каждый поворот, скатываясь по наклонным участкам, пытаясь не попасть под лопасти огромных вентиляторов и проползая так близко от трансформаторов, что энергетические щиты начинали искрить.