Первый удар за мной
Шрифт:
– Гм-м… Ничего не получится, Виктор Павлович. Начальство категорически против…
– Почему? – глухо спросил Виктор.
– Из-за ваших, так сказать, методов…
– В каком смысле?
– У нас в Липкинске оперативная обстановка очень стабильная. Как и в целом по области… А вы за один вечер умудрились наломать таких дров, что в завтрашней сводке они займут страницы полторы. А эта сводка, между прочим, идет не только губернатору, но и в центр, и по ней судят об эффективности работы правоохранительных органов области в целом… Понимаете?
– То
– Ну зачем же замять? Мне приказали провести тщательное расследование. Только без этой вашей ковбойщины…
– Какой ковбойщины?
– Не обижайтесь, Виктор Павлович, – со вздохом посмотрел на Логинова прокурор, – но я в Липкинске уже больше двадцати лет работаю. И не могу припомнить случая, чтобы у нас милиция за преступником по поездам гонялась и вагоны отцепляла. А вы за один вечер и на поездах успели перестрелку устроить, и возле людной гостиницы, да еще и на дороге…
– Здорово, – хмыкнул Виктор. – То есть это я виноват, получается?
– Никто вас ни в чем не обвиняет, – покачал головой Фирстов. – Но дело это будет расследовать прокуратура. Точнее, Следственный комитет…
– Понятно, Борис Петрович, – отступил в сторону Логинов.
Прокурор двинулся к приемному отделению, Виктор же направился к стоявшему в десятке метров в стороне «Форестеру». Усевшись на водительское сиденье, он вытащил телефон и перезвонил генералу.
Тот ответил уставшим голосом:
– Да, Логинов! Что там у тебя в Курске?
– В Липкинске, товарищ генерал… – вздохнул Виктор, прикуривая.
– Ну, в Липкинске… Все нормально?
– Да как сказать, товарищ генерал…
Выехав из района одноэтажной застройки, Керим свернул вправо и направил джип к близлежащему перекрестку. Светофор на нем мигал желтым. Керим включил повороты, пропустил фуру и выбрался на дорогу. Направился он к Липкинску.
Минуту спустя джип уже взобрался на путепровод. Внизу справа показался мотель. В нем все сегодня началось, в нем все и должно было закончиться. Так решил Керим – и вовсе не потому, что был склонен к особому символизму. Просто этот способ показался ему наиболее простым, а значит, и безопасным.
Съехав с путепровода, Керим свернул, миновал вход в ресторан и приблизился к заезду в кемпинг. Открыв с помощью гостевой карточки автоматический шлагбаум, он въехал во двор и очень медленно направился к своему номеру.
По дороге Керим вертел головой по сторонам. Машин в кемпинге осталось совсем мало. Для его плана это было очень нехорошо. Однако он не торопился с выводами. Проехав к своему номеру, подогнал джип к двери, опустил стекло на водительской дверце и выключил зажигание.
Так он сидел очень долго – около трех или четырех минут – абсолютно неподвижно и настороженно прислушиваясь. Наконец убедившись, что все в порядке и наблюдать за ним никто не будет, Керим потянулся к бардачку и выудил из него пару нитяных перчаток. Надев их, Керим выбрался из машины, прошел к багажнику и открыл его.
Несколько секунд спустя он уже расстелил сбоку от машины специальный коврик.
Отцепив контейнер, Керим быстро выбрался из-под машины, поднялся и сунул контейнер в небольшой пластиковый пакет, а потом в карман куртки. Дальше он спрятал коврик в багажник, на всякий случай снял нитяные перчатки и тоже сунул их в карман. И после этого наконец вошел в свой номер…
– Стоп! – проговорил в трубке генерал. – Значит, этого самого задержанного кавказца только что уложили одним выстрелом на пороге приемного отделения?
– Так точно, товарищ генерал. Одним-единственным. Прямо в сердце…
– Интересная история…
– Да, очень, товарищ генерал. Особенно если учесть, что у убитого на указательном пальце правой руки характерная мозоль. Хоть уже частично и сошедшая…
– Бывший боевик?
– Наверняка, товарищ генерал.
– Ясно! Ну тогда к Воротниковой он точно никакого отношения не имеет… С ней все в порядке, Логинов?
– Так точно, товарищ генерал! В абсолютном. Отдыхает под охраной одного из территориалов.
– Ну и слава богу. Тогда и ты отдыхай, Логинов…
– Виноват, товарищ генерал! Но я хочу копнуть в сторону этого убитого кавказца. А местный прокурор категорически отказался передать это дело к производству ФСБ.
– Ну так и правильно! С какой стороны это дело относится к ФСБ?
– Ну хотя бы с той, что убитый – бывший боевик. А розыск бывших боевиков…
– Логинов! Он убит, так что о каком розыске может идти речь? Это во-первых. А во-вторых, у кемпинга он наверняка появился для того, чтобы кого-то «исполнить». То есть речь идет об элементарной заказухе!
– Ну, не такой уж и элементарной, товарищ генерал. Учитывая, что этого кавказца так быстро и аккуратно зачистили…
– Да какая разница, как его зачистили, Логинов? Главное, что речь идет о заказном убийстве. А таковое убийство является общеуголовным преступлением вне зависимости от того, кто является его исполнителем – уголовник или бывший боевик…
– То есть вы считаете, что этим делом нам заниматься не стоит?
– Естественно, Логинов.
– Понятно, товарищ генерал. Но тут такое дело… Я у убитого еще при задержании изъял мобильный. Может, мне его пробить на всякий случай? И посмотреть что к чему?
– Логинов, это вещдок! А вещдоки должны быть у кого?
– У следователя, – вздохнул Виктор. – Но когда я его изымал, еще никакого следствия в помине не было…
– Так теперь оно есть! Поэтому отдай телефон прокурору и занимайся тем, ради чего тебя послали в командировку.
– Есть, товарищ генерал…
Войдя в свой номер, Керим прикрыл дверь и прислушался. Никаких подозрительных звуков слышно не было. Он снял куртку и повесил ее на вешалку, потом прошел к холодильнику и достал из нее бутылку колы. Пару раз отхлебнув из нее на ходу, поднялся по лестнице на второй этаж номера.