Первый шаг

Чернышёв Иван Александрович

И правда, стоило надавить на «шапочку» у виска, и стало светло, но не как от фонарика. Все равномерно стало ярче.

Группа направилась по коридору. Алео шел впереди. Он откуда-то знал дорогу. Вскоре они попали в большой зал. Там было много аппаратуры.

– Где мы? – спросил Алекс.

– Это главный пункт управления Волной. Мы считаем, что кто-то специально перенаправил волну к нам, это не может быть просто совпадением.

– То есть мы ищем уже двух пришельцев? – уточнил Николас.

– Скорее всего. Сейчас мы взломаем технику, в том числе устройство слежения.

–

То есть камеры видеонаблюдения?

– Да. Но не только; здесь была очень серьезная охранная система: датчики движения, тепла, состава атмосферы.

Пока мы работаем над системой, можете обследовать здание. С вами пойдет еще восемь человек. Пройдите по зданию, просканируйте его. Через полчаса возвращайтесь.

– Хорошо, – сказал Алекс. – А если там кто-то будет? У нас же нет оружия.

– Если удержать кнопку у указательного пальца ваших сканеров, они перейдут в боевой режим. И не разделяйтесь, ходите по двое, в сопровождении моих солдат.

– Ладно, – сказал Николас, и они пошли вглубь по коридору.

VIII

. Два пути

Было принято решение: Николас пойдет наверх, а Алекс – вниз. Возможно, именно это решение сыграет роковую роль в дальнейшей судьбе этих людей.

Николас поднимался по ступенькам, было тихо. Рядом с ним шел безымянный пришелец.

–Ты понимаешь, что я говорю? – спросил у него Николас.

–Да, понимаю, – несколько неуверенно, по слогам ответил пришелец.

– А как тебя зовут? Ну, звали бы по-нашему?

– Не думаю, что смогу правильно перевести, но, скорее всего, Эулмео.

– Хорошо, Эулмео, – на этот момент они уже поднялись по лестнице, и теперь шли по коридору. – А ты сможешь разобрать этот завал?

Николас указал на груды бетона, лежащего у них на пути.

– Думаю, да. Но мне понадобится некоторое время, а также аденозинтрифосфат. У тебя есть еда? Тут, наверное, стоит объяснить. Аденозинтрифосфат – что-то вроде молекулы, которую человеческий организм преобразует в энергию. Его легко можно получить из обычной пищи.

– Не уверен. Но вроде эта дверь ведет в лабораторию; думаю, мы сможем его получить.

Тем временем, Алекс с другим пришельцем спускались в подвал. По их ощущениям, они были уже глубоко под землей, когда уперлись в прочную металлическую дверь, больше похожую на люк в банковском сейфе.

– Ты сможешь ее открыть? – спросил Алекс.

– Один – нет. Надо попросить помочь, – сказал пришелец. Раздался характерный писк, и через несколько минут к ним подошли еще пять человек. Алекс думал, что сейчас они вместе начнут толкать дверь, но поступок пришельцев не оправдал его ожиданий.

Знаете, как дети играют в паровозик? Встают друг за другом, кладут руки на плечи и бегают по коридорам? Так вот, картина была похожей. Только они не стали бегать, а встали так, что вытянутые вперед руки первого были плотно прислонены к двери. Руки предыдущих прислонялись не к одежде, а, подлезая под воротник, прямо к плечам друг друга. Вдруг они словно засветились, по рукам потекла энергия, и дверь резко отлетела вперед.

За дверью оказалось некрупное помещение, из него шел коридор, далее была комната покрупнее. В центре комнаты

лежало маленькое, сморщенное существо. Снова раздался писк, инопланетяне общались. Они окружили существо, протянули к нему руки, через них пошла энергия. Существо слегка увеличилось в размерах, приободрилось, задышало. Его вязли на руки.

– Что это? – изумленно спросил Алекс, молча наблюдавший за их манипуляциями.

– Это один из нас. Нам нужно прийти обратно, – сказал один из пришельцев.

Они развернулись и пошли, но потом они остановились. Двое из них развернулись и хором сказали Алексу:

– Мы с тобой останемся здесь, обследуем помещение. Остальные пойдут.

Так и было решено.

Тем временем, Николас и Эулмео, которые вывели в лаборатории аденозинтрифосфат, принялись за завал. Эулмео поднимал каменные глыбы, как картонные коробки! Через несколько минут завал был разобран, и исследователи двинулись дальше. Вскоре они вышли в коридор, одной стороной выходивший на улицу. В полуразбитых окнах виднелся закат.

– Ты иди, а я догоню, – сказал Николас. – Сейчас, закат досмотрю…

– Ладно, – сказал Эулмео и удалился.

Город таял в пылающем небе, в окнах загорался свет, последние лучи солнца падали на обломки мрачного завода, а люди, отбрасывающие длинные тени, разбредались по домам; дул легкий теплый ветер, облака стягивали алое небо, деревья наклонялись и вновь разгибались.

Вдруг что-то дотронулось до плеча Николаса. Он обернулся, но никого не было. Вдруг в глазах заискрилось от резкого удара по макушке. Нечто было на потолке! Оно приготовилось к прыжку, собиралось наброситься на Николаса, еще секунда – и…

Но тут Николас перестал быть собой. Он с неестественной ловкостью подбежал к стене, оттолкнулся от нее, ухватился за свисающие с потолка обрывки проводов, пролетел на них несколько метров, и с размаху врезал неведомому существу ногой. То в ужасе отпрыгнуло, но быстро опомнилось, разбежалось и одним прыжком долетело до Николаса. Но тот успел увернуться, но не совсем удачно. Он сорвался с проводов и упал на пол на все четыре конечности, как кот. Существо бросилось на него и протянуло руку, задело его лицо. Но Николас не почувтсовал боли. Он развернулся и нанес ответный удар. Существо скрутилось от боли, но встало и яростно понеслось на Николаса, который прислонился к стене. Существо промахнулось и пробило стену, зацепилось за крутку Николаса, и они вместе полетели вниз, продолжая драться еще в полете. В последний момент оказался выше соперника и приземлился на него. В глазах потемнело, и Николас провалился в сладостное небытие.

IX

. Чудак и его рассказ

Николас очнулся в уже знакомом ему корабле. Все тело ныло, щека болела. Он все никак не мог вспомнить, как он, собственно, тут очутился.

– Добрый вечер, как спалось? – спросил знакомый голос.

– А уже вечер?

– Да, третьего дня. То есть я проспал три дня?!

Николас нашел в себе силы приподняться. Перед ним стоял уже знакомый пришелец Алео.

Николас разом вспомнил все события прошедших дней. Сердце его забилось, он был готов вскочить, но вместо этого просто спокойно сказал: