Первый рейд Гелеарр
Шрифт:
— Не скажу.
— Но я ведь сама узнаю. Ты, кстати, в последнее время напряжен сильно. Так нельзя. Расслабься.
— Нет, Джес, так не пойдет. У меня сейчас есть Рип, причем обе сразу.
— Им всё насчет меня уже давно объяснили, — она протянула руку к его лицу и погладила по щеке. Пьянящий аромат исходил от кончиков ее пальцев. — Я, как твой партнер по совместимости, всегда вне конкуренции. И еще, ты давно обещал меня кое-чему обучить. А мне как раз подзарядка не помешает. К тому же, милый, ты же знаешь, если я этого захочу…
— Ты
— Тише… Уже посмела.
Едва заметным движением брови она растворила всю одежду на себе и на нем, коротким и четким движением провела пальцем у парня под носом, и Алекс потерял голову.
Алекс сидел на широком подоконнике в обнимку с Джессикой, плотно прижимаясь к ее красивому обнаженному телу. Лицо свое он погрузил ей в волосы и показательно вдыхал аромат. Девушка пыталась не обращать внимания и рассматривала открывавшийся в окне вид на близлежащие здания. Ввиду того, что их общежитие было одним из самых высоких построек в колонии и жили они далеко не на первом этаже, то видно было достаточно далеко. Она пыталась рассмотреть то, чего не видели обычные люди. Но Алекс, который теперь уже вдыхал запахи ее кожи в районе плеч, не давал сосредоточиться.
— Прекрати! — Джессика немного отстранилась от него. — Лучше помоги мне найти источник исклы. Да перестань же ты!
— Эх, женщины, — Алекс положил голову ей на то плечо, которое было ближе к окну. — Почему вы не можете понять, что мужчины, так же как и вы, чувствуют запах? Но им запах женщины нравится, куда чаще, чем вам наш. Почему отказываетесь понять, что существуют мужчины, способные любить женщину не одним единственным органом?
Джессика хихикнула. Она представила себе мужчину с двумя органами, которыми он любит женщину, или даже с тремя. Алекс понял это по выражению ее лица и сказал:
— Я вообще-то не это имел ввиду.
— Неужто ты имел ввиду что-то очень романтичное?
— Да ну тебя!
— Ты мне поможешь или нет?
Алекс тоже посмотрел в окно. Потом вновь погрузил лицо в ее волосы и что-то промычал.
— Чего?
— Говорю, нет здесь источника исклы, рано ему еще здесь объявляться.
— Почему рано? Люди ведь уже давно тут живут…
— А ты откуда про это знаешь?
— Подслушала тебя когда-то.
Алекс посмотрел на нее с упреком.
— Ну, хорошо. Я у тебя в голове это прочитала. Неужели, ты действительно думаешь, что ты можешь закрыться ото всех?
— А ты, наверно, думаешь, что я не могу тебе это просто так позволить считать?
— Ха-ха-ха. Это не было похоже на узко-выделенную мысль…
— Да?
— Это был сложный подбор лазеек так, чтобы ты ничего не заметил. Так что… — тут она осеклась и резко переменилась в лице.
— Что такое? Почему замолчала?
— И все бы это было правдой, если бы
— Это уже лишний вопрос, учитывая то, что ты сама только что на него ответила.
Джессика с силой оттолкнула Алекса и отскочила от окна.
— Зачем ты это сделал?!
— А что?
— НИЧЕГО!
— Джес, ты чего? Обиделась, что ли?
— А я думала тогда, что твоя загадочная улыбка от того, что ты, вроде как ненароком, припомнил какие-то хорошие моменты в своей жизни связанные со мной. Мне казалось, что ты ко мне действительно испытываешь нежные чувства. А ты издевался…
— Так, стоп! Я действительно испытаю к тебе нежные чувства. И всегда испытывал. И моя улыбка тогда… ну как тебе сказать… в общем, мне понравилось, что ты тогда пыталась мне "ненароком" именно эти воспоминания всунуть. Мне действительно было приятно это вспоминать. И практически всегда ты копалась в моих мыслях без каких-либо ограничений, даже тогда, когда я об этом знал или догадывался. Но тогда ты вела себя настолько странно, что, учитывая обстоятельства, которые нас окружали, я должен был тебя проверить.
— А почему до сегодня молчал?
— Мне было просто интересно, соврешь ты мне или же нет, когда, наконец, придет время этого разговора. Вот я и узнал.
— Да ты никогда не расслабляешься, даже со мной! Я так каждый раз стараюсь, но оказывается, ты настолько черствый и железный…
— Джес…
— Не надо! Я Джес уже…
Тут Алекс слез с подоконника и стрелой подскочил к ней. Джессика и ахнуть не успела, как он подхватил ее на руки и понес к кровати.
— Отпусти! — сопротивлялась девушка.
— И не подумаю.
Он бросил ее на постель и, не дав возможности ничего сделать, тут же прижал лицом вниз.
— Ты черствый, бесхребетный, бесчувственный…
— Ну, прежде чем ты, дорогая моя, обзовешь меня еще парой десятков подобных прилагательных, послушай, что я тебе скажу. Никто и никогда, кроме тебя, не мог меня сильно расслабить, а ты это делаешь практически всегда и совершенно без усилий. Ты сама мне два часа назад рассказывала, что для этого в моей жизни и обосновалась. Я так думаю, что, несмотря на то, что ты считаешь в большинстве это своей заслугой, здесь все-таки приложили и остальные руку. Согласна?
— Отпусти!
— Согласна?!
— Согласна.
— Ты прекрасно сама знаешь, как подобные программы у нас проворачиваются, сама принимаешь участие в составлении этих карт совместимости. Или я не прав?
— Отпусти меня!
— Я не прав?
— Да, прав, прав!
Алекс отпустил ее. Джессика, вместо того, чтобы как-то отстранится от своего обидчика или попробовать дать сдачи, просто подтянула к себе подушку, уткнулась в нее лицом и тихо заплакала.
— И то, что ты сейчас меня даже ногой в отместку не пнешь, яркий пример того, что составленная для нас с тобой карта совместимости успешно работает.