первый раунд
Шрифт:
— Как же мне плохо, — простонал он, не вставая с дивана.
— А, проснулся, пьянчуга. Ты где вчера так надрался? — в комнату заглянул бодрый Виталик. — Уже десять утра. Я целый час по телефону наяриваю, уже мозоль себе на пальце натер в поисках покупателей, а ты после вчерашней попойки дрыхнешь как сурок.
— Я вчера только для пользы дела выпил, — умирающим голосом ответил Егор. — Я договорился с Мариком, чтобы он нам выслал денег, а потом нашел склады для наших плит. Для знакомства мне и пришлось выпить. Нет, больше я этой гадости вообще в рот не возьму.
— Чтоб я так жил! Везет же
— Возможности не было. А где Борик?
— С утра по каким-то своим делам смотался.
— Ладно, сейчас я быстренько приму душ, и позвоню одному парняге. Он обещал мне помочь со складом.
— А что за парень?
— Да так, один абхаз. Я с ним случайно на переговорном пункте познакомился, потом мы в кафешке посидели.
Егор подробно рассказал товарищу историю своего знакомства с Джамбулом.
— А они с братом нас не кинут? — скептично хмыкнул Виталик. — Выгрузим мы плиты у них на складе, а потом ищи-свищи этих деятелей вместе с нашим товаром.
— Не думаю. Моего разговора с Мариком он точно не слышал. Джамбул просто услыхал, что телефонистка вызывала Владикавказ. Так что, когда он подошел ко мне знакомиться, про наши плиты он ничего не знал. Да и после, когда мы сидели в кафе, он у меня ничего не выпытывал и даже денег на прощание взять предлагал. Давай мы сегодня съездим туда вместе, посмотрим и на его брата и на этот магазин, а тогда уже примем решение.
Быстро приняв душ, Егор созвонился с Джамбулом, и тот сразу предложил ему подъехать к магазину своего брата, который находился рядом с Каширским шоссе. Через пару часов Егор вместе с Виталиком уже осматривали подвал, расположенный под большим промтоварным магазином. Сопровождал их пухленький румяный толстячок, это и был брат Джамбула Георгий.
Он важно шел спереди, показывая все закоулки своего полупустого склада. В отличие от своего брата-альтруиста, Георгий не отказывался от платы за хранение товара, но и большую цену не гнул. Осмотрев магазин и подвал под ним, Егор остался доволен увиденным. По всему было видно, что Георгий — не просто арендатор, а действительно хозяин магазина. Поэтому для него игра с мелким кидаловом не просто стоила свеч. Они быстро обо всем договорились и заключили договор об ответственном хранении товара. Этим же вечером друзья, наняв нескольких местных алкашей, наконец-то выгрузили весь свой товар на склад, выплатив водителям за вынужденный простой большую часть своих скудных финансов.
— Ничего, — утешил загрустившего Виталика Егор. — Завтра мы получим деньги из Владика и сразу снимем номер в недорогой гостинице. Там нам будет намного комфортнее, чем в гостях. Мне Джамбул порекомендовал одну на Ленинском проспекте. На обратном пути из Внуково заедем туда и снимем номер.
Все так и произошло. На следующий день друзья получили в аэропорту деньги, переданные им Мариком, и сразу же сняли двухместный номер эконом-класса в гостинице «Южная», располагавшейся на Ленинском проспекте, недалеко от метро «Новые Черемушки». В этот же день они распрощались с родственником Виталика и переселились в гостиницу.
Глава 28
Наступила горячая пора поисков покупателей. Егор решил дать объявление в рекламные газеты о продаже плит. Затем он принялся последовательно объезжать строительные организации, ведя переговоры с руководством, в надежде, что они закупят их плиты
Наконец, в конце апреля, нашелся действительно крупный покупатель. Егор сумел выйти на человека, занимающегося закупками в солидной строительной компании. Они встретились в небольшом ресторанчике на Малой Бронной, чтобы обсудить возможную сделку.
За небольшим круглым столиком, который стоял у большого окна, сидел солидный мужчина в ладно сшитом темном костюме из тонкой английской шерсти. На его холеном чисто выбритом лице застыло выражение безмерной скуки. Весь его вид выдавал в нем преуспевающего чиновника, оказавшегося в нужный момент в нужном месте. Пока что их беседа носила общий характер и касалась погоды, последних политических веяний в стране и начавшегося футбольного чемпионата. Лицо чиновника оживлялось только тогда, когда к их столику подходила симпатичная официанточка в белом фартучке, который туго обтягивал ее стройную фигурку. Наконец официантка принесла им счет в пухлой кожаной папке с золотым теснением, а затем, профессионально виляя бедрами, удалилась.
Егор немедленно взял папку чтобы оплатить счет, а чиновник еще некоторое время задумчиво смотревший вслед ушедшей девушке, повернулся к Егору, наконец, переходя к деловой части их встречи.
— Ладно, все это хорошо, но пора поговорить о деле. Я готов взять ваши плиты по безналу по тридцать тысяч рублей, если ты мне налом вернешь по пять тысяч за штуку. Скажи-ка мне, сколько их у вас вообще?
— На данный момент у меня здесь, на складе в Москве, лежит около двухсот пятидесяти штук, — осторожно сказал Егор кладя папку с оплаченным счетом и щедрыми чаевыми на край стола.
— Это же капля в море, — презрительно скривился чиновник.
— Это только в Москве, — поспешил успокоить его Егор. — У нас было намного больше, но остальное уже продано, а новую партию с завода я не заказывал, пока не было реального покупателя.
— Ладно, я заберу все, что у тебя есть в Москве, на условиях, о которых говорил раньше. Если мы будем дальше работать, то мне нужны будут уже вагонные поставки. Расчет в этом случае, скорее всего, будет не живыми деньгами, а бартером — допустим это будет цемент или другие стройматериалы. Естественно, все это с моим интересом. Ты проработай вопрос бартера, при правильном подходе это просто золотое дно. Цемент, например, можно будет поменять здесь, в Москве, на квартиры в новостройках или сделать бартер на сахар, а сахар продать с большой выгодой. Главное, не забывай о людях, с которыми ты будешь договариваться, и все у тебя пойдет нормально.
— Хорошо, — сразу же согласился Егор. — Я вам завтра, после подписания договора продажи, завезу ваш интерес.
— Завезешь, конечно, — меланхолично кивнул чиновник, с аппетитом обсасывая свиное ребрышко. — Договор-то всегда можно и расторгнуть, если ты поведешь себя неправильно.
— Вадим Петрович, как вы могли такое подумать? Я всегда держу свое слово, и в любом случае мне бы хотелось работать с вами и дальше. Так зачем же рубить сук, на котором сидишь?!