Первый линзмен
Шрифт:
– Максимальное ускорение! Держать курс по последним замеренным координатам "Гипериона"!
– капитан, рослый, темноволосый и уже немолодой, казался воплощением спокойствия, когда его пальцы набирали код связи с верховным командованием. Спустя полминуты все боевые корабли сектора, независимо от их величины и вооружения, начали стягиваться к точке, откуда "Гиперион" в последний раз подал сигнал. Несмотря на то, что полосу помех непрерывно расширялась, суда могли общаться друг с другом.
Час за часом огромный шар крейсера набирал ускорение; капитан, офицеры и боевые расчеты стояли на
Они устали терять друзей и близких в бесконечных космических баталиях, устали с трепетом ждать, когда лучи вражеских орудий прошьют защиту их судна; и многих охватывало отчаяние.
В секции снабжения, однако, царил совершенно другой настрой. Там двое помощников суперкарго пытались найти ошибку в ведомостях; их не трогали такие мелочи, как исчезновение крейсера - отчетность была намного важнее.
– Требование на "левистоны" - двенадцать штук, запрос на десантные скафандры - десять, теперь еще… - спокойный мягкий голос, диктовавший цифры из обширной ведомости, прервался на полуслове; один из молодых офицеров застыл, словно прислушиваясь к чему-то извне, недоступному его товарищу.
– Давай дальше, Клив, - начал было второй, но остановился пораженный странным видом своего коллеги: его худощавое мускулистое тело напряглось, янтарные кошачьи глаза смотрели куда-то вдаль, а руки с тонкими изящными пальцами вцепились в край стола.
– Так!
– воскликнул он наконец.
– Значит, они проявили себя… Да… Я все понял… Слушаюсь… До связи…
Снабженец уставился на Клива - тот бросил ведомости, которые держал в руках, и твердым шагом направился к столу дежурного. Достойный офицер удивленно следил, как весельчак и балагур Клив, словно постарев на десять лет, идет к нему уверенной походкой. Затем изумление сменилось почтением, когда молодой человек показал ему какой-то маленький блестящий диск.
– Я только что получил приказ, сэр, и должен отправиться к капитану. Конечно, сейчас нельзя шататься по кораблю, но дело крайне срочное, - с этими словами он выскользнул за дверь, оставив обоих офицеров в состоянии глубокого шока.
Никто не остановил Клива, пока он шел к централи управления, и даже возле ее двери короткая фраза "срочный доклад капитану" послужила паролем. Клив беспрепятственно перешагнул порог, но тут же на него налетел вахтенный офицер:
– …и немедленно под арест!
– закончил он свою короткую, но содержательную речь.
– Вы совершенно правы, сэр… Я хотел пройти сюда незаметно, но мне это не удалось. Значит, так: по приказанию Вирджила Сэммза я явился для беседы с капитаном. Видите это? Прикоснитесь!
– он протянул вахтенному небольшой плоский диск с изображением метеора. Манеры офицера тут же изменились.
– Я слышал об этом знаке, но не видел ни разу, - он прикоснулся к изображению пальцем и ощутил всем телом, мышцами, нервами и разумом удар неведомой силы, словно кричавший непроизнесенные вслух слова - пароль Трипланетной Службы.
– Подлинный знак или нет, но он дает тебе право пройти к капитану, а старик-то
Держа эмиттер наготове, вахтенный провел Клива в святая святых корабля. Без лишних слов огромный, похожий на медведя капитан "Чикаго" коснулся диска, не сводя с посетителя внимательных глаз. Этот командир получил свой пост не случайно и без помощи "крепкой волосатой руки сверху" - так что он все понял очень быстро.
– Должно быть, дело срочное, - произнес он, разглядывая своего подчиненного с некоторым интересом.
– Сэммз не любит раскрывать своих агентов.
Затем он повернулся к вахтенному, вытянувшему от любопытства шею, и рявкнул:
– Благодарю за службу! Вы свободны! Дождавшись, когда офицер выйдет за дверь, капитан лаконично приказал:
– Ну, выкладывайте!
– Обстоятельства настолько серьезны, что все наши люди, дислоцированные на боевых кораблях, получили приказ обратиться к старшему командиру или любому члену экипажа, который может оказать полезное содействие. Такие инструкции даны впервые за все время существования Службы. Итак, сэр, найдена вражеская база - огромный искусственный планетоид, охраняемая тяжелыми крейсерами. Ни сама база, ни корабли не могут быть обнаружены обычными средствами. Однако Служба уже ряд лет экспериментирует с ультраволнами, так что есть надежда кое-что разглядеть. Один из наших парней был на "Гиперионе" и успел передать важное сообщение; Сэммз объявил тревогу, и мне передали приказ подсоединить систему ультраволновой связи к вашему передатчику - на случай новых неожиданностей.
– Работайте, - буркнул капитан, кивнув на передатчик, и Клив сразу приступил к делу.
Внезапно раздался мелодичный сигнал, и передатчик ожил.
– Командующим всех боевых кораблей, - голос адмирала разорвал напряженную тишину.
– Судам в секторах "Л" и "Р" отключить опознавательные сигналы. Суда, командиры которых получили указания из не подлежащих упоминанию источников, немедленно включают красные огни по системе К-четыре и берут на себя роль флагманов. Корабли без опознавательных знаков направляются к флагманам и выстраиваются за ними в боевые конусы. Эскадры, наиболее удаленные от точки контакта с противником, движутся к ней с максимальной скоростью; ближние замедляют ход. До прибытия всего флота боевые действия не начинать. Крейсерам других секторов передислоцироваться на орбиту Марса… - приказы продолжали поступать, все флоты Трипланетной Лиги готовились вступить в бой, если сосредоточенные около Земли силы не смогут уничтожить пиратскую базу.
В ближайших секторах как минимум дюжина кораблей зажгла красные сигнальные огни, и на следящих экранах остальных появились яркие точки, к которым на максимальной скорости начали стягиваться боевые эскадры. В то время небольшие разведывательные корабли Службы обследовали каждый дюйм пространства вокруг пиратской базы. Однако они не рисковали приближаться к планетоиду, и ультраволновые детекторы не могли его обнаружить - малый радиус действия сильно ограничивал их возможности. Пока что невидимый черный шар плыл вне зоны контакта, недоступный локаторам разведчиков.