Первый холодный день
Шрифт:
– Нам и ей это как раз удобно. Мы ведь твой день рождения почти не отметили. Джонни был тогда болен...
– Да я помню, - сухо отрезала я, прекрасно помня, как этот маленький поросенок срыгнул на один из моих подарков. Нет, я не была кровожадной, но приехать ко мне в гости и все равно еще как-то умудрится испоганить день рожденье, которого я так ждала, ведь соберется вся семья! Это даже для меня чересчур. А потом родители начали ругаться из-за машины...праздник был испорчен. Наверное, я как-то плохо смотрела на малого, так как Карен старалась держать его все время на руках, а противный малый все равно тянул руки ко мне. Правильно, что она не дала его подержать - я даже боюсь подумать, чтобы с ним сделала!
– Прости...
– Ну ты не виноват, - снова сухо сказала я. Часы на кухне сообщили мне, что сегодня, как
– Так вот, мы будем очень рады тебя видеть с Карен. К тому же Джонни твой братик, а ты почти не видишь, как он растет.
Как и ты не видел, как я росла, подумала я, но промолчала. Я никогда не позорила одного родителя при другом. Они и так хорошенько преуспели в этом. Постоянные ссоры и до развода и после. Карен даже иногда ревновала, потому что когда они ругались, то могли по часу никого вокруг не замечать. И да. Я тоже замечала, что между ними до сих пор есть притяжение. Но если бы меня спросили, хотела бы я увидеть своих родителей снова вместе, я бы однозначно сказала бы что нет. Когда они были вместе, такое было постоянно - ссоры, крики, ругань. И как бы я не любила папу, он никогда не был парой для мамы - он простой механик, а она юрист, даже будучи беременной, она смогла окончить школу с отличием. Папе дали диплом, лишь потому, что он играл во все спортивные игры в школе. Я иногда сомневалась, умеет ли он толком писать, так как всяких разных наград и кубков у него было больше чем дырявых носков. Да и писем он мне тоже не писал. В е-мейлах всегда бывали лишь смайлики и короткие слова, сокращения. Карен ему в этом плане подходила - в последний раз, когда я у них была, она рыдала над индийским кино. Над кино без субтитров. Я готова была всплакнуть возле нее, только из-за одной той мысли, что вероятнее всего быть Джонни идиотом. У меня хотя бы мама была умной, а у него сразу же два неука в доме. Да, зато их два, а у меня одна мама. Идиотам везет.
– Ну что ж... раз вы так решили...
Я решила немного подействовать на нервы обоим родителям.
Папа тут же всполошился:
– Ну что ты, если у тебя свои планы...
Угу. А как же! Толпы поклонников, стая преданных друзей, которые без меня с места не сдвинутся, и что там еще у популярных детей? Короны раскиданы по комнате, розовые обои, первый секс в 14...ничего из перечисленного у меня не было.
– Да нет, я приеду.
Какие у меня могут быть планы? Все мои друзья вместе со своими родителям едут в горы кататься на лыжах - я помнила, что когда-то и у нас такая традиция была. Но я о ней лишь помнила, но не ощущала тех впечатлений уже очень давно. Видеть, как Карен стоит на лыжах, было выше моего терпения - я просто начинала смеяться и не могла остановиться. Папа злился, Карен плакала - меня отправляли домой. Так было три раза. И больше отец такие вылазки не организовывал. Ребенком я была еще тем подарочком!
А с мамой ехать в горы бывало и еще хуже. С нами обязательно ехали ее подруги - три Разведенных ведьмы, как называл их отец. И зачастую одна из них имела при себе такую бутылочку, в которой у нее было мартини. Она напивалась, и мама с подругой отвозили ее в домик. Вот это была картина - ее как мумию тащили за руки, и она лишь держала лыжни ровно. Кошмар. А я оставалась кататься одна, смущенная, да еще наблюдала за счастливыми семьями или веселыми компаниями друзей. Половина из них были мои одноклассники, соседи, знакомые или даже мои друзья - но меня с ними хоть и пускали, я все равно уже ничего не хотела. Так надоело из года в год проживать все одно и то же. Раз в год мы ехали с отцом и Карен, и раз в год с Разведенными ведьмами во главе с моей мамой. Так надоело!!!
– Тогда до пятницы, Котенок!
– До пятницы, - согласилась я, и поставила трубку.
– Ну?
– мама смотрела на меня внимательно, сложа руки на груди.
– Что вы с ним договорились?
– Да. Я в пятницу еду к нему.
– Чудненько!
– Не то слово, - я попыталась выказать такой же ажиотаж. Но не получалось. Почему у меня такое ощущение, что
– Ну не надо делать вид, что тебе не нравиться такая идея. Чтобы я там не говорила о Дике, он тебя любит. Даже та маленькая шваль тебя любит, и малыш...
Мама имела много эпитетов для Карен, но никогда ни как не обзывала малыша. Ей очень нравился Джонни, и я подозревала она не оставляет надежд иметь себе такого же. А почему бы и нет. Ей еще не было 33, или уже было. Но это не важно - важно то, что она все еще могла иметь детей. Но у нее не было мужчины, и вот это ее просто убивало. Да и меня тоже - я как бы сказать, была из тех девушек, у которых мало кавалеров. Их у меня было несколько и то почти все они были еще в младшей школе. А тот один, с которым я уже начала встречаться в старших классах недавно уехал. Это не было для меня моментом страдания, как оказалось, я почти ничего к нему не чувствовала, но Кевин был очень красивым и пользовался популярностью. И хоть убей, я так до сих пор не поняла, почему он вообще выбрал меня из толпы наших местных красавиц. Странно, что я раньше не уделяла этому вопросу должное внимание - а и правда почему?
– Ладно, мама, неважно, я ведь согласилась поехать!
Мама подошла ко мне ближе, чтобы как всегда занудно поправить воротник рубашки и ремень.
– Только я тебя прошу, не поддавайся на их просьбы остаться на Рождество, ты ведь знаешь....
– Что их там много, а ты одна...
– закончила я за нее. Как же мама умела мной манипулировать. Давить на жалость! Это напрягало. На то она и адвокат!
– Спасибо, я знаю, что ты меня понимаешь!
Я терпеливо вздохнула, и наконец, мама поняла, что пора меня отпускать в школу.
С каким облегчением я поняла, что утро среды уже минуло, как и еженедельный разговор с отцом. Пока все не закончилось, я даже не поняла, в каком напряжении была. Допив, уже холодный капучинно, я поспешила в свою новую машинку - Кашкаи Ниссан, большую и огромную. Туда где нет родителей и их проблем, а самое главное, где никто меня не делит, как призовые рога.
Глава 2. Наезд
В школе всегда есть придурки, есть отстой, есть те кто помогает всем, а так же есть средненькие, и конечно же Фак-Богини. Так вот, я была средненькой, но когда встречалась с Кевином, на некоторое время попала в мир Фак-Богинь, и что странно, когда он уехал, со мной продолжили общаться. Но я не навязывалась, изредка принимала приглашение поесть с девчонками или куда-то сходить. В остальное время я общалась с двойняшками Клеменс, живущими через три дома от меня. Более странных людей я не видела, если не учитывать то, что и меня вполне адекватной назвать трудно - все-таки общение с психологом и проживание с моими предками дали свои результаты. Они иногда вели себя как белое и черное, искушение и милосердие, совесть и его полное отсутствие. И постоянно менялись ролями. Если одна говорила, делай, другая запрещала. Бывать с ними в компании это что-то. То за одну краснеешь, то за другую - ну а рассказывать им хоть какую-то маленькую сплетню вообще не стоило. Именно они были агрегатом по изготовлению, накоплению и распространению сплетен. Не зря они работали в школьной газете журналистами, я же помогала - была скромным фотографом, с самым не скромным фотоаппаратом, которым откупился отец, когда не смог в прошлом году поехать со мной в поход. Так что с ними я никогда не могла делиться тем, что со мной случается каждую среду. И никогда им не объясняла свое опоздание. Так же как и то, почему не смогу заехать за ними с утра. Но в школу я все равно спешила. Совершенно забыв учесть одну простую вещь - снег, который выпал сегодня, в первый день зимы, а ведь до настоящих холодов еще полмесяца.
Улицы забелели, словно открытки к Рождеству - все покрыл слой снега в 10-15 сантиметров, превращая город в замерзшую сказку, а дорогу в страшный сон скорой помощи. По сути дела сегодня я как раз вписывалась в их клиентуру. Маленькая девочка, 165 росту, с тонкими худыми кистями, которая не занимается спортом и которая ездит на могучем транспорте похожем на джип. Слишком тяжелом транспорте. Как бы я не хотела это признавать, но мама была права - машина для меня тяжеловата. Хотя и папа тоже был прав - если ехать отдыхать или кататься, она не заменима.