Первый фронт
Шрифт:
«Однако какая настойчивая особа! Похоже, ее цель завалить меня в койку, во попал!»
Улыбнувшись, я нейтральным голосом напомнил:
— Мне нужна Дарья Владимировна, я так посмотрю, ее нет дома, зайду попозже.
Выскочив на лестницу, я вытер пот со лба.
«Вот чертовка, и как у них получается? Крутанула бедром, стрельнула глазками, и уже хочется бежать к ней с высунутым языком и виляя хвостом от счастья».
Мои размышление прервала появившаяся из-за угла соседка с
«Похоже, в магазин ходила», — пронеслась мысль, когда я повернулся к ней и, жалобно разведя руками, сказал:
— Что-то не получается у меня сделать пакет. Помогите, пожалуйста, теть Даш!
— Ой, Саш, сейчас сумку в квартиру занесу, так и сходим!
— Я вас тут подожду!
— Сейчас, я быстро!
Как и все вечные женские обещания, ее «быстро» превратилось в пятнадцать минут. Сидя на лавочке, я терпеливо ждал.
— Извини, Саш, я Тане задание давала, наказана она у меня!
Дома я показал ей фронт работ:
— Ну это просто. Бумаги много, конечно, но заклеить их в конверты не трудно.
— Хорошо. С чего начнем?
Через пару минут у меня на столе лежало два тяжелых бруска бумаги, завернутых в подобие пакетов. Заклеивая последний, я между делом поинтересовался поведением Татьяны, сказав, что оно мне показалось странным.
Немного повздыхав, теть Даша ответила:
— Брюхатая она у меня, понесла от кого-то, а от кого, не говорит. Не знаю уж, что делать!
«Зашибись, эта девка что? Решила прыгнуть ко мне в постель и потом объявить, что я стал папой? Вот кукушка!»
Я невольно покачал головой от такой предприимчивости этой соплячки.
«На фиг, нужно держаться от нее подальше, а то еще меня без меня женят!»
Закончив, распрощался с Дарьей Владимировной. Попытка сунуть ей денег не увенчалось успехом, при этом я много о себе услышал.
Вернувшись к столу, посмотрел на бруски, которые с натяжкой можно было назвать пакетами.
«М-да, и ведь печатал по минимуму! О, кстати, а ведь нужна тара, в чем я это повезу. Значит, пока буду в Казани, нужно будет этим озаботиться».
Сделав чаю, отпил и задумался:
«Пока полностью не подготовлюсь, соваться в тот мир мне смысла нет. Нужно готовиться. О, кстати!»
Взяв трубку, набрал номер брата. Поздоровавшись, задал интересующий меня вопрос.
— Ген, ты помнишь, хвастался игрушкой? — На всякий случай я говорил размыто, но брат понял:
— Ты имеешь в виду ту, которой у меня колол орехи?
— Именно! Задари, очень нужно!
— Да не проблема, только… э-э-э… семечек у меня осталось всего четыре штуки.
— Да пойдет, так я еду?
— Давай, жду!
— Лады!
Сунув мобилу в карман, я взял ключи от машины и через минуту уже
«Ну кто еще может звонить? Конечно, мама!»
— Да, мам, я слушаю.
— Ты где?
— К Генке еду, дело у меня к нему.
— А я хотела, чтобы ты к бабушке съездил, привез ее ко мне.
— Может, успею?
— Да нет, я такси вызову, давай, пока.
— Пока!
— Вот, держи! — протянул мне Генка тяжелый предмет, завернутый в промасленную тряпку. Развернув ее, я сжал в руке черную кобуру с намотанной на нее портупеей. Быстро размотав и отстегнув клапан, достал ТТ и, повертев его, выщелкнул магазин.
— Точно, четыре патрона, не сомневайся.
— Что, пострелять пришлось? — спросил я с усмешкой и защелкнул магазин обратно.
— А я помню? На охоту ездили, а там из чего только не стреляли!
Проверив, есть ли в кармашке на кобуре запасной магазин, спросил:
— Интересно, во время Отечественной войны с такими кобурами ходили?
— Примерно такие, точно не знаю, надо уточнить.
— Может пригодиться, кто знает! — пробормотал я тихо, но брат услышал:
— В смысле пригодиться?
— Да так, мысли вслух, не парься!
— Как вообще у тебя дела?
— Норма, отлично все! А у тебя как?
Узнав, что у него все зашибись, я распрощался с братом и поехал обратно.
«Надо завтра не забыть написать заявление на отпуск. Надеюсь, шеф отпустит».
Миновав заправку, я въехал в поселок, поглядывая на флаги и расстроенно думая, что День Победы внаглую проспал.
«Ну ничего, может, и я чем-нибудь помогу. Может, потерь меньше будет».
Дома посмотрел на время.
«Полвосьмого, вечер уже. Может, сгонять посмотреть на мою Аномалию? Для успокоения прокачусь!»
Овал был на месте. Осторожно приблизившись, я сначала ввел в него руку, после чего просунул голову.
На той стороне был вечер, как и у нас. Осмотревшись, ничего не заметил и вернулся к машине.
— Как тяжело вставать-то после выходных! — простонал я после первой трели будильника. С наслаждением потянувшись, бодро вскочил с кровати, посмотрел на стол, где лежал пистолет, который я вчера разбирал и чистил, и направился в уборную. Поставив чайник, подошел к компьютерному столику и, взяв в руки ТТ, направил его в зеркало. На меня сурово смотрел голый парень-шатен и щурил глаза, словно прицеливался. Хмыкнув, я убрал пистолет в кобуру и, встав на стул, положил на шкаф.