Первый долг

Винтерс Пэппер

Я вздохнул с облегчением, когда снова скользнул в свою привычную ледяную оболочку.

«Джетро, ты просто устал, перенапрягся, и еще этот чертов побег. Держись правил игры».

Я знал, что будет, если я утрачу хоть унцию драгоценного контроля. Я не мог допустить, чтобы это случилось.

Я взглянул на часы.

Двадцать минут.

Достаточно долго. Она сейчас чувствует, как будто убежала на мили от дома. Она никогда не сможет почувствовать разницу.

Поворачиваясь уходить, я прошел

мимо полки, где хранились кнуты и шпоры. Я взял кнут, заправляя его за пояс.

Он мне понадобится, если она не будет послушной.

Надев солнечные очки, я сменил свои дизайнерские туфли на высокие сапоги для верховой езды и проверил инвентарь. Жаль, что у меня не было времени переодеться. Джинсы такое дерьмо, они натирают ноги при длительной поездке на лошади.

Но эта поездка не будет долгой.

Уголки губ приподнялись в улыбке. Нет, она не будет долгой. Но будет очень забавной. А веселье было не тем, что бывает у меня часто.

Выходя из черной мрачной комнаты, я прищурился от яркого света, который резал глаза, и надел зеркальные серебристые очки авиаторы. Вингс стоял, перебирая копытами возле столбика, к которому был привязан; его окрас блестел и переливался, словно редчайшие черные бриллианты, которые мы добывали на своих шахтах.

Гончие громко гавкали и бегали вокруг друг друга, словно единый организм, неотрывно наблюдая за мной и моими действиями. Я подтянул поводья, поставил ногу в стремя. Перекидывая ногу через массивное животное, я ощутил, как мощнейший поток силы прошелся через мои кости.

Высота Вингса в холке достигала восемнадцать ладоней чистых мышц. Он был самой быстрой лошадью в собственности Хоук, за исключением породистого скакуна моего отца Блэк Плейг, а он не охотился на нем некоторое количество дней.

Он топтался на месте, перебираю копытами, втягивая воздух в легкие в ожидании, фыркая.

Энергия, исходящая вибрацией, от скакуна передалась и мне, напоминая кто я, и какие привилегии я мог брать от жизни.

Поворачивая голову в сторону простирающихся земель «Хоуксбридж Холла», я вонзил острые шпоры в бока Вингса.

Безудержный поток силы прошелся через мышцы животного. Вингс сорвался с места, его копыта набирали бешеную скорость. Резко свистнув, я воззвал этим действием своих помощников в охоте.

Сильный запах пыли, поднятой копытами лошади, ударил мне в ноздри, когда мы пронеслись по траве.

«Я иду за тобой Нила Уивер.

Я иду».

С диким лаем, ревом, словно надвигающийся гром, неслась за мной стая гончих собак, и я крикнул им команду:

— Взять ее. 

Глава 2

Нила

Мои легкие обжигало огнем.

Стопы были изранены.

Ноги болели.

Каждый дюйм моего тела кричал от дикого страха.

Беги. Беги. Беги.

Я склонила голову, толкая свое тело двигаться

вперед, отыскать несуществующую энергию и пронести себя из ада к спасению.

Сколько я буду бежать? Я не знала. Как далеко я ушла от него? Скорее всего, не очень.

Но независимо от ран на моем теле и спазмов от усталости в моих легких, я продолжала бежать. Продолжала свой путь. Я благодарила Господа за нескончаемое количество ночей, которые я провела на беговой дорожке, и впервые в жизни я была счастлива, что у меня маленький размер груди.

Тени преследовали меня по пятам. Солнце было скрыто за кронами деревьев. Яркий желтый свет пробивался сквозь них, говорил мне, что все еще день, светло, принуждая меня к движению, крича на меня, чтобы не смела сдаваться, когда я остановилась и пыталась прекратить бесконечный поток предательских слез и успокоить дыхание.

Я продолжала бежать, петляя настолько, насколько могла, я даже почти подвернула лодыжку, поскользнувшись на валунах, когда пересекала ручей. Я делала все то же самое, что делали люди, которые выживали в экстремальных условиях — про которых я смотрела по телевизору — когда за ними охотились.

Мое сердце шумно билось, я бежала по лесным тропинкам, пыталась избегать грязных луж и скрыть свой запах, насколько это возможно.

Но глубоко в сердце я знала, что этого недостаточно.

«Он найдет тебя».

Мое тело больше не могло сражаться и молило меня остановиться и положиться на судьбу, дать произойти неизбежному. Я должна была перестать наказывать себя ни за что. Мой разум ревел от отчаяния, когда молочная кислота обжигала мои мышцы острой болью.

«Это не сработает. Сдайся.

Просто иди вперед... остановись».

Я покачала головой, принуждая себя двигаться дальше.

«Он поймает тебя».

Уже не так волновало «если» поймает, а волновало «когда» поймает.

Я могла бегать годами, а он бы все равно пытался найти меня. Откуда я это знала? Я не доверяла ему.

Я знала, что он не даст мне уйти так просто. Всё в его словах было тщательно спланированной ложью. Почему его честное слово должно значить больше?

У меня не было сомнений, если он не найдет меня, я попадусь в другую ловушку, просто она ожидала своего часа.

Я напрягалась от каждого звука шагов, ожидая смерти, гадая, будет ли последний шаг моей ловушкой, или мне в сердце вонзится острая стрела.

«Прекрати бежать, Нила».

«Просто… прекрати, Нила».

Мой задыхающийся внутренний голос был голодным и усталым. Мои мышцы свело судорогой. Мой разум задавал слишком много вопросов.

К счастью, было лето, и ко всему прочему мне не пришлось бороться с холодом. Моя кожа была покрыта капельками пота из-за сильнейшей нагрузки, которой подверглось мое тело.