Первый альянс
Шрифт:
Идеальная западня! Даже слегка боязно. Все идет настолько гладко, что подсознательно ждешь какой-то гадости.
Лазурный «Бродяга» скрылся из вида, продолжая свое бесполезное патрулирование.
— Нет, с появлением амулетов-связи зону мобильных дозоров охранного периметра следует увеличить метров до пятисот, а то и до километра, — машинально отметил я, проводив его взглядом. — И посылать двойки.
— Почему двойки? — заинтересовался Бахал.
— Меньше шансов, что маги смогут бесшумно уничтожить дозор. Особенно если машины будут
— Если амулеты-связи всем дозорным выдать, то и одна машина успеет поднять тревогу, — не согласился Бахал.
— Во-первых, может и не успеть. А во-вторых, выдавать амулеты каждому рыцарю еще не скоро будут. Что уже говорить про оруженосцев.
— А «Фе…»
— А «Фениксы» — это исключение, подтверждающее правило, — остановил я его прежде, чем он успеет возразить. — Возвращаемся! Нечего больше смотреть. Да и солнце начинает садиться. Нужно управиться до захода.
Ночной бой, это всегда хаос и жертв будет слишком много, а я обещал постараться обойтись малой кровью. К тому же, скоро на охрану лагеря должна заступить первая ночная стража. Если все пройдет, как задумано, то это будут «Яростные Когти», лишая мятежников даже призрачного шанса избежать разгрома.
В отличие от лагеря наемников, шум которого эхом висел над пустошью, на нашей стоянке царила тишина. Еще с появлением у источника передового отряда мятежников все расползлись по кабинам своих машин, в ожидании боя. Только мы с Бахалом остались по кустам ползать.
Устроившись в кабине, я достал из кармана часы, открыл крышку и сверился со стрелками. Время первой стражи наступило, а сигнала от ласса Авитра все ещё нет. Но с землемерной лентой я расстояние не мерил — прикинул на глаз. Мог ошибиться и встал слишком далеко от стоянки мятежников, вот амулет-связи и не добивает. Да и в подпитке кровью он нуждается — за декаду мог выдохнуться.
Нет, ждать больше нельзя. Солнце садится. А враг любезно подготовил нам лагерь, избавив от очередной ночевки в кабине голема.
— Феникс, это Гора-1, — едва слышимо, тенью шепота, наконец-то донёсся до меня голос.
— Феникс-1, Горе, — не без облегчения отозвался я. — Мы начинаем… Феникс-1 всем отрядам — мы выступаем!
Глухой рокот проснувшегося от дремы паровика поглотил кабину «Дракона», присоединившись к общему хору остальных машин.
— Ракета! — рявкнул я в амулет, когда рыцарь сделал первый шаг.
Вторая часть моей небольшой армии находится с противоположного конца лагеря наемников и на такую дистанцию амулеты-связи не бьют. А ракету в надвигающихся сумерках легко заметят.
Да, наемники ее тоже заметят и сообразят, что это неспроста. Но что с того? Они успеют поднять тревогу, но не среагировать. Да и близкий рокот паровиков десятков големов должен любого насторожить, так что поздно играть в скрытность.
Прошипев что-то ругательное, ракета ушла в небеса. Подарив и так красному из-за заходящего солнца миру еще немного кровавых красок.
— Забияка-1! На тебе авангард.
Кто сказал, что мятежники должны отделаться строгим предупреждением? Казнить я их не собираюсь. Перебить не стремлюсь. Но будет справедливо лишить их части машин. Со своими наемниками ими расплачусь, да и мне за беспокойство положена доля малая.
Делить будем по справедливости. Половина мне, половина — наемникам.
Ладно, хватит грезить о будущих трофеях — больно примета плохая.
Выкинув из головы ненужные мысли, я заставил ставшего «Фениксом» «Дракона» повернуться всем корпусом из стороны в сторону, чтобы оценить обстановку.
Так, наши отважные, а скорее хитрозадые забияки начали движение вперед.
— Забияка-1, начинаю движение, — донеслось через амулет-связи.
Если капитан «Забияк» изначально и хотел переметнуться, то теперь у него нет не только возможности, но и особого желания.
Фактически все предрешено. Любой, у кого есть глаза и сохранились хотя бы зачатки мозгов, это уже понял. На нашей стороне небольшой, но все же численный перевес и внезапность удара по неготовому к бою противнику. Плюс скрытый, но главный козырь — ласс Авитр. Именно его «Когти» сейчас входят в состав боевого охранения, которое и должно сдержать наш атакующий порыв, пока остальные наемники будут спешно занимать места в своих машинах, чтобы пробудить «спящих» големов от сна.
Но кто же им даст это сделать?
В подтверждение моих мыслей за холмами сверкнул луч светового копья. А за ним еще один.
— Полный ход! А то останемся без трофеев! — поторопил я наемников и вновь напомнил: — Первыми огня не открывать!
Торопились мы зря. Бой закончился, так толком и не начавшись. Мятежники очень неудачно поставили свои машины. Для них неудачно. Оруженосцы и рыцари были собраны в одном месте. И когда встревоженные ракетой и дружным рокотом множества паровиков мятежники бросились к своим машинам, на их пути появились «Яростные Когти». Огнеметатели и рунные глефы которых быстро разъяснили мятежникам неправоту их выбора и действий.
Так что когда мы достигли лагеря, все мятежники были согнаны в одну кучу, словно отара овец, окруженная пастушьими собаками. Самые горячие или глупые пытались целиться в големов из ружей и винтовок. Но выглядело это жалко. Собственно, они и сами это понимали. А потому даже не пытались стрелять.
На западе появилось пыльное облако, которое вскоре стало второй половиной моей небольшой армии. Поставив окончательную точку в противостоянии.
Не знаю, кто первым бросил оружие на землю. Но пример оказался заразительным. Слава мучеников в борьбе за правое дело мятежных наемников явно не прельщала. К тому же, кто победил, тот и прав. Бросая оружие, они без приказа становились на колени, подняв вверх руки.